Банкиры жалуются, что ГСО постоянно повышает стоимость вооруженной охраны, пользуясь своим монопольным положением на ношение огнестрельного оружия. Можете рассказать, с чем это связано?

В 2007 году мы провели анализ нашей деятельности по банкам, который показал: если продолжать оказывать в 2008 году услуги по прошлогодним тарифам, получим убыток около 70 млн. грн. А что это за такая хозяйственная деятельность, которая ведет к убыткам? Поэтому пришлось повысить тарифы, выведя деятельность на уровень рентабельности.

Благодаря этому была повышена заработная плата сотрудников ГСО. Тогда она в среднем составляла 700-800 грн., а в 2008 году в три этапа мы повысили ее до 1,2 тыс. грн. На сегодня средняя зарплата по регионам составляет 1,6-1,8 тыс. грн., в Киеве — 2,2-2,4 тыс. грн., плюс надбавки за звание, выслугу лет и прочее.

И сколько ежегодно зарабатывает ГСО?

В прошлом году валовой оборот составил 1,8 млрд. грн., при этом мы уплатили 700 млн. грн. налогов.

Почему так много?

Мы находимся на общей системе налогообложения, а наши конкуренты имеют льготу и работают по единому налогу.

Какую прибыль вы получили в прошлом году?

В финансовом плане по итогам 2009 года мы практически вышли в ноль. А в этом году нам необходимо найти дополнительно 120 млн. грн., чтобы соблюсти принятый закон «О повышении соцстандартов».

Прибыльна ли инкассаторская деятельность для ГСО и какую долю она занимает в общей выручке?

Рентабельность этого вида деятельности чуть-чуть выше нуля. В валовом обороте это 1/6 всех поступлений.

Банкиры экономят на охране

Какие гарантии безопасности предоставляет ГСО? Если, к примеру, произошло ограбление инкассаторской машины банка, охраняемой сотрудником ГСО, вы компенсируете утрату?

Служба предоставляет услуги потребовал до 2015 года заменить все небронированные инкассаторские автомобили на бронированные. Как вы готовитесь к этому?

На сегодняшний день в сфере инкассации ГСО задействовано около 3 тыс. сотрудников, силами которых инкассируется 4,6 тыс. точек, в том числе и банковских. Нами используется 293 инкассаторских автомобиля, из которых 27 — бронированные. Для переоснащения автопарка нужны немалые средства, и это опять-таки приведет к повышению стоимости охраны.

Сколько вам нужно потратить средств на покупку бронированных автомобилей?

Мы таких расчетов не делали и делать не будем, так как готовы сейчас предоставлять только сопровождение по инкассации.

Если до 2015 года вы не будете покупать бронированные автомобили, то сможете выезжать на инкассацию только на тех бронированных авто, которые есть сейчас в наличии...

Думаю, до 2015 года не будет и этих 27 машин.

Так вы же в таком случае уйдете с рынка инкассации?

Точнее мы перестанем предоставлять полную инкассацию (то есть обеспечивать клиентов инкассаторским автомобилем, инкассаторами и охраной. — «ДЕЛО»), а на услуги по сопровождению инкассаторов это никак не повлияет. Мы должны заниматься своим делом. В первую очередь служба была создана для обеспечения охраны особенно важных объектов. Сопровождение инкассаторов — да, это наше, охрана боеприпасов, газо-, нефте-, амиакопроводов — это наше, а вот предоставлением услуг инкассации на своих автомобилях, со своими инкассаторами — этим должны заниматься банки.

Предыдущие годы были безнадежно проблемными, потому что не было взаимосвязи между президентом и Кабинетом Министров. Естественно, что политическая нестабильность не способствует притоку инвестиций. Ситуация определенно изменится, если президент и Кабинет Министров будут играть в одни ворота.

Что нужно инвесторам? Во-первых, работающее законодательство и верховенство права. К сожалению, и законодательная, и судейская системы в Украине не работают по своему прямому назначению. Увы, они коррумпированы, действуют только по приказам, работают в основном на высокопоставленных чиновников. Судейская система не является независимой. С ангажированностью этой системы напрямую связан вопрос рейдерства. Каким образом? Рейдеры используют законодательные лазейки, чтобы «проникнуть» на чужую территорию. Стране обязательно нужны работающие законы, защищающие права инвесторов.

Ну, и один из самых болезненных вопросов — это своевременный возврат НДС. Сейчас государство попросту забирает у предприятий весомую часть их оборотного капитала. Компании, которые привлекали банковские кредиты, платят большие проценты, в том числе и за отобранную у них часть капитала. А государство не только ничего не возвращает им, но еще и закрывает глаза на вымогательство отдельными чиновниками «комиссионных» за возврат положенных бизнесменам средств. Предпринимателям же зачастую ничего не остается, как «делиться» с чиновниками.

Пока эти задачи не будут решены, серьезного отношения к Украине не будет и существенного притока инвестиций ожидать не стоит. Если же эти вопросы решатся, будет гораздо легче договариваться с международными финансовыми институтами, инвестфондами и отдельными крупными инвесторами о том, чтобы их деньги пришли в Украину. На сегодня это удается с большим трудом.

На данный момент инвестиции в Украину — это риски. Istil Group уже 20 лет работает в этой стране, поэтому мы хорошо знаем наши риски и в соответствии с этим устанавливаем лимит средств, которыми готовы рисковать. Мы поставили себе планку — вот такой-то риск возьмем на себя, и не больше. А выше будем прыгать только при существенном улучшении ситуации. Пока участвуем в инвестициях в основном своими деньгами. На сегодня наша «чистая» инвестиция в Украину составляет около $250 млн. Если бы мы узнали, что все перечисленные проблемы решены, то привлекли бы средства внешних инвесторов в наши проекты. Мы вполне могли бы увеличить объем инвестиций в четыре раза за 2-3 года.

Мохаммад ЗАХУР

основной акционер и председатель правления Istil Group

Рынки всегда интересуются краткосрочными перспективами и весьма чутко реагируют на новости. Их необходимо постоянно подпитывать хорошими новостями. И это уже стало правилом, что те сигналы, которые будут посланы новой властью в первые сто дней после выборов, зададут тон всему президентству Виктора вернуться, а Украине — снова стать страной, воспринимаемой позитивно.

Жак МУНЬЕ

председатель правления Корпоративного и инвестиционного банка «Креди Агриколь»

Елена Макеева

генеральный директор аудиторской фирмы «Аксенова и партнеры»

В Украине существует 43 вида налогов и сборов: 29 общегосударственных и 14 местных. Соответственно, почти столько же существует форм отчетности. Для большинства иностранных инвесторов это является серьезной проблемой, как в плане понимания ожидаемого налогового бремени, так и в контексте усложнения администрирования бухгалтерской деятельности.

На мой взгляд, на пути к улучшению инвестиционного климата следует осуществить следующие шаги:

1. Пересмотреть эффективность и применимость существующих налогов/сборов. Коммунальный налог, налог на промысел, рыночный сбор, курортный сбор, сбор за участие/выигрыш в бегах на ипподроме, сбор за использование местной символики и т.д. являются неэффективными в общей системе налогообложения, поскольку расходы на администрирование таких налогов/сборов гораздо больше самих поступлений. Соответственно, количество форм отчетности по таким налогам/сборам уменьшится.

2. Упростить систему налогообложения путем введения единого социального взноса. Вместо четырех сборов (Пенсионный фонд, Фонд социального страхования на случай безработицы, Фонд социального страхования от несчастных случаев на производстве, Фонд социального страхования на случай временной утраты трудоспособности), ввести единый социальный взнос с единой формой отчетности.

3. Упростить/ликвидировать некоторые формы отчетности. Многие статистические годовые формы отчетности, такие как отчет об объемах реализованных услуг, отчет по труду, отчет о наличии вакансий, отчет о наличии вычислительной техники, носят информационный характер, зачастую заполняются бухгалтерами безответственно. Такие формы являются устаревшими, неэффективными и такими, которым не следует доверять.

4. Разработать и внедрить на государственном уровне единую форму электронной отчетности, что позволит упростить процесс подачи отчетности и ликвидировать конкуренцию со стороны частных структур.

5. Пересмотреть периоды подачи отчетности. Отказаться от месячных форм отчетности (НДС, Пенсионный фонд), перейти на исключительно квартальную, а со временем на годовую форму отчетности, как это принято во многих европейских странах. Финансовая отчетность должна иметь исключительно годовую форму.

6. Разработать новые требования к годовой финансовой отчетности по принципу «суть должна превалировать над формой». Следует учесть требования к подготовке годовой финансовой отчетности стран — членов ЕС, с тем чтобы сделать национальную финансовую отчетность максимально понятной для инвесторов. Финансовая отчетность, помимо основных форм отчетности (баланс, отчет о прибылях и убытках, отчет о движении денежных средств и т.д.), должна содержать также такие данные, как информация о структуре компании, органах корпоративного управления, миссии и стратегии развития компании, информация о принятой учетной политике в компании, письмо правления/менеджмента компании и т.д. Такие требования к финансовой отчетности, а также внедрение действенной системы штрафов за некорректное составление финансовой отчетности или за неподачу такой отчетности позволят повысить уважение к финансовой отчетности и бухгалтерскому учету в Украине.

7. Максимально сблизить бухгалтерский и налоговый учет, что позволит избежать ситуации, когда, например, по результатам года финансовая бухгалтерская отчетность отражает прибыль, в то время когда налоговая отчетность декларирует убытки.

Владимир Котенко

партнер, руководитель налогово-юридической практики «Эрнст энд Янг»

Проведите эксперимент: войдите в базу нормативных актов и отыщите содержащиеся в ней формы отчетов, бланков, справок и тому подобное. Ищите только действующие. Найдется много, не одна тысяча. И все эти формы кто-то должен заполнять и подавать в определенные сроки предписанным способом установленному адресату.

Есть сторона принимающая. У этой другой стороны свои специальные формы, подтверждающие прием форм от подающей стороны, правила, предписывающие порядок циркуляции полученных форм, их учета и регистрации…

Кому-то приходится подавать больше форм, кому-то меньше. Но подают все. И много. Подают в органы статистики, отраслевые министерства, местные администрации, налоговые и иные контролирующие органы. Причем сам процесс сбора далеко не безоблачный — недружелюбный и некомфортный. При этом почему-то закрадывается сомнение, что «девятый вал» собираемых данных (кстати, кто-то может поручиться за их качество и достоверность?) имеет шансы трансформироваться в блестящие аналитические выводы, которые позволят улучшить организацию общества.

Похоже, сбор несметного количества информации превратился в традицию и представляет собой один из способов создания видимости активного функционирования органов управления. Тревожно, не правда ли? Такие же ощущения возникают в противоположных ситуациях, когда нам приходится просить у органов управления лицензии, разрешения, согласования, справки, выписки… Надо признать, что даже когда просите вы, очень велики шансы, что попросят и у вас. Имеется в виду информация, а вы о чем подумали?

Однако те, кто проявил предпринимательскую инициативу, взял на себя предпринимательские риски и ответственность, зачастую не готовы смириться с бессмысленной практикой лишь потому, что такая практика традиционна. Предприниматели — это та часть общества, игнорирование интересов и требований которой бюрократией в широком смысле может дорого стоить всему обществу.

Радикальный пересмотр формата общения предпринимателей и органов управления назрел давно. Нынешний формат базируется на превалировании недоверия к бизнесу. Причем не исключено, что бизнес «пострадал» по инерции, в результате репликации и дальнейшего развития в стране практик, унаследованных из «до независимости». И этот формат тотального недоверия одних к другим себя исчерпал. Как иначе объяснить 40%-ный сектор теневой экономики в среде, где контроль является массовым?

Доверие к предпринимателям должно проявиться в создании условий для самоорганизации бизнеса. Это потребует отказа от тотального мелочного контроля и от концепции «движения исключительно  по предписанным маршрутам». Определить, от контроля за чем можно отказаться, а какие показатели критичны и будут отслеживаться контролирующими органами, и является одной из задач органов управления. Кстати, такой подход уменьшил бы рутинную нагрузку на органы управления и позволил бы им больше концентрироваться на аналитической работе. Не секрет, что неуспех концепции тотального контроля объясняется неспособностью эффективно ее имплементировать, в том числе по кадровым причинам.

Первым шагом, точнее, просто жестом, могла бы стать отмена наиболее одиозных, архаичных требований (сразу вспоминаются командировочные удостоверения, путевые листы, доверенности на получение ТМЦ).

В перспективе просматривается целый набор действий: уменьшение количества лицензируемых видов деятельности, сокращение количества налогов, уменьшение частоты подачи различных отчетов, а там, глядишь, и до оптимизации расходов бюджета дойдет…

Павел Нуржинский

старший юрист адвокатской компании Arzinger

Несмотря на рост фискальной эффективности налога на добавленную стоимость в течение 2004-2008 годов с 4,9 до 9,7% валового внутреннего продукта, соотношение сумм такого налога с произведенных в Украине («внутренний» налог на добавленную стоимость) и ввозимых в страну товаров  («внешний» налог на добавленную стоимость) ухудшилось. В частности в 2004-м «внешний» налог на добавленную стоимость превышал «внутренний» в 2,5 раза, а в 2008 году — в 7,6 раза. То есть 88% поступлений налога получено за счет импорта. Такая ситуация сложилась вследствие ухудшения состояния торгового баланса, недостатков в администрировании налога на добавленную стоимость, увеличения количества уклонений от уплаты налога и предъявлений незаконных требований относительно его возмещения.

Налог на добавленную стоимость должен стать основным гарантированным источником поступлений в государственный . С целью приведения указанного налога в соответствие с международными требованиями необходимо обеспечить:

— охват базой налогообложения всех конечных потребительских расходов;

— взимание налога на добавленную стоимость и сокращение льгот (преференций) по его уплате;

— предотвращение дифференциации основной ставки указанного налога.

В целях обеспечения эффективности уплаты налога на добавленную стоимость необходимо решить вопрос организации его возмещения. Искажение процесса возмещения налога на добавленную стоимость приводит к значительным потерям налогоплательщиков, заставляет добросовестных налогоплательщиков применять схемы его оптимизации и существенно влияет на конкурентоспособность экспортного сектора национальной  экономики.

В рамках реформирования налога на добавленную стоимость необходимо принять следующие меры:

— уменьшить количество льгот (преференций) по уплате налога;

— урегулировать вопрос о применении специальных режимов налогообложения в сфере сельского и лесного хозяйства, рыболовства;

— отказаться от вексельной формы расчетов;

— достичь максимальной нейтральности указанного налога путем четкого разделения порядка налогообложения операций, в том числе связанных с перемещением товаров через таможенную границу  Украины, предоставлением туристических услуг, ввозом (вывозом) на таможенную (с таможенной) территорию давальческого сырья и вывозом (ввозом) произведенной из него готовой продукции, а также операций, проводимых нерезидентами, в частности в сфере информационных технологий;

— усовершенствовать правовые нормы относительно регистрации плательщиков налога;

— совершенствовать порядок налогообложения операций по предоставлению услуг и операций, связанных с реорганизацией предприятий;

— обеспечить предоставление налоговой отчетности в электронном виде, в частности усовершенствовать процедуры ее приема и обработки, проведение мониторинга и основательного анализа.

При этом достижение указанных целей возможно только при условии реализации взвешенной государственной налоговой политики, которая предусматривает принятие Налогового кодекса Украины для обеспечения баланса интересов государства и налогоплательщиков, что в целом позитивно скажется на имидже и инвестиционной привлекательности страны.

Дмитрий Корбут

cоветник юрфирмы «Саенко Харенко»

Я бы хотел привести два известных высказывания Бенджамина Франклина на эту тему,  а именно:  «В этом мире неизбежны только смерть и налоги» и «Нет в этом мире другого такого противозаконного поступка, который бы люди честные во всех отношениях хотели бы совершить, как неуплата налогов».

Нас прежде всего интересует практический аспект: как достичь разумного баланса между необходимостью наполнения бюджета Украины за счет уплаты налогов и стремлением государства к улучшению инвестиционного климата. Последнее позволит в дальнейшем не только достичь экономического роста, создать новые рабочие места и увеличить уровень доходов на душу населения, но и обеспечить более эффективное наполнение бюджета страны.

Безусловно, одним из самых болезненных вопросов в этом отношении является сложившаяся в Украине система администрирования налога на добавленную стоимость.  

Проблема с администрированием НДС является общеевропейской проблемой. Каждое государство, входящее в Европейский Союз, так же, как и Украина, борется с массовыми злоупотреблениями в этой области. Тем не менее, в отличие от Украины, ни одно европейское государство не ставит вопрос с возвратом НДС в прямую зависимость от уплаты взяток тем, кто отвечает за контроль в этой области. Для меня показательными в этой области были мнения людей, сталкивавшихся с данной проблемой в Украине. Отмечалось, например, что сразу после «оранжевой» революции 2005-го вопрос с возвратом НДС без взяток и откатов был решен». Значит, можем! С другой стороны, начиная с того же 2005 года и до последнего момента уровень коррупции в этой области неуклонно рос. По мнению тех же людей, с которыми я общался, процент взяток и откатов к концу 2009-го достиг такого уровня, который оказался даже выше 2004 года. Мне эта система чем-то напоминает систему «откупщиков», которая была изобретена в Древнем Риме в вопросах сбора налогов с провинций. К слову, эта система в Древнем Риме привела к массовым и непрекращающимся восстаниям в Малой Азии, самой богатой провинции на тот период, в итоге налоги оттуда в Рим перестали поступать вообще.

Итак, по моему мнению, самое лучшее, что государство может сделать для улучшения инвестиционного климата, это прекратить систему взяток и откатов в вопросах возврата НДС. Второе — это кардинальное улучшение своей судебной работы в делах по возврату НДС. Не секрет, что сейчас налоговые инспекции на местах просто таки «обязаны» находить «злоупотребления» в вопросах уплаты НДС любого самого честного и открытого налогоплательщика, если только он претендует на возврат НДС и не собирается платить взятки и откаты. Это приводит к тому, что налоговые инспекции через своих представителей «обязаны» начислить несуществующие налоговые обязательства и штрафы, а затем до последнего защищать в суде свою неправомерную позицию. Я бы предложил ввести существенную по размеру ответственность и налоговых инспекций, и лично чиновников за начисление несуществующих налоговых обязательств и штрафов, которую в виде компенсации налогоплательщикам они были бы вынуждены выплачивать в случае проигрыша в суде.

Даниил Гетманцев

к.ю.н., доцент, адвокат, почетный президент юридической компании Jurimex

Реформы налоговой системы, которые уже неоднократно начинались в Украине (1997, 2000 годы), имели половинчатый, незавершенный характер. Именно поэтому достаточно прогрессивные и обоснованные нормы налогового законодательства были зачастую мертворожденными или искривленными на практике до своего антипода. Вспомним хотя бы институт налогового компромисса, налогового поручительства и т.д.

В целом проблемы сегодняшней налоговой системы можно разделить на три взаимосвязанные и взаимодополняющие группы.

Первая группа касается общих положений и понятийного аппарата налогового права. Сегодня на уровне закона отсутствуют легальные определения «налога», «сбора», «пошлины», а определение, которое содержится в ст. 2 Закона «О системе налогообложения», не выдерживает критики. Гражданско-правовые категории, употребляемые в специальных налоговых законах, наполняются абсолютно иным содержанием. И если их содержание не раскрывается на уровне закона, то это вызывает не только проблемы правоприменения, но и возможности для налоговых злоупотреблений. Очевидна необходимость увязывания понятийной базы налогового права с понятийной базой других отраслей права. Кстати, эта проблема актуальна и в самом финансовом праве (противоречия в понятийном аппарате налогового и бюджетного права). Необходимы также нормы, регулирующие порядок исчисления сроков в налоговом праве, единые сквозные для всей отрасли понятия «налогового агента», «налогоплательщика», «связанного лица», «обычной цены», «», «налогового представителя», «налоговой правосубъектности».

Вторая группа — это проблемы, связанные с отсутствием всего необходимого набора налоговых процедур, несовершенством существующих налоговых процедур, а также отсутствием эффективных инструментов защиты прав и законных интересов налогоплательщиков. Решение этих проблем лежит в плоскости гуманизации налогового права, завершения процесса реформирования правового статуса плательщика налога как лица, абсолютно подчиненного государству, в лицо, которое имеет соответствующие своим обязанностям права по отношению к государству. Именно поэтому необходимо закрепление на уровне закона четкого перечня обязанностей контролирующих органов по отношению к плательщикам налогов. Крайне необходимо усилить положения действующего законодательства касательно процедуры исполнения обязанностей по уплате налогов и сборов, взыскания сумм недоимки, обеспечения исполнения налоговых обязательств. Особое внимание следует уделить институту ответственности за налоговые правонарушения. Ответственность «без вины», существующая в отечественном налоговом законодательстве два последних десятилетия, очевидно, изжила себя. Урегулирования требует также и различие между такими сложными экономико-правовыми явлениями, как уклонение от уплаты налогов и оптимизация налогообложения.

И третья группа касается регулирования налоговых отношений на подзаконном уровне. Те формы и методы, применяемые на протяжении 2009 года Кабинетом Министров Украины касательно НДС, налога на прибыль предприятий, единого налога, состоящие в подмене подзаконным актом закона, создании дополнительного, не предусмотренного законодательством налогового давления на плательщика, очевидно, не только незаконны, но и аморальны. Они подрывают не только доверие к отечественной налоговой системе и к правовой системе в целом, но и создают предпосылки для практики подобных действий уже непосредственно на уровне налоговых органов.

Владимир Кочетков

юрист международного отдела компании Campio Group

Спешу вас поздравить! По рейтингу Всемирного банка в части уплаты налогов в 2010 году Украина повысила свой рейтинг на целую ступеньку: с 182-го до 181-го места (из 183 стран в рейтинге). Стоит упомянуть, что инвестора не пугает высокая налоговая нагрузка на предприятие, ведь, например, в Италии и Бразилии компания, работающая на внутреннем рынке, платит в совокупности больше налогов. Перспективного инвестора может озадачить само количество налогов, сборов и необходимость постоянной отчетности. Нерезидент, не набивший шишек в украинских реалиях, просто не может должным образом спланировать свои налоговые обязательства. А в случае неаккуратного планирования деятельности или неграмотности бухгалтера — еще и получить дополнительные налоговые обязательства в виде налога на репатриацию, штрафов за пропущенный отчет из-за потерянной бумажки или еще какого-нибудь «приятного» сюрприза.

Большинство государств стремятся в корне упростить и унифицировать систему налогообложения, упрощая критерии уплаты налогов и отчетность. Такое решение позволяет разгрузить работу налоговых служб, уменьшить количество нарушений (в силу уменьшения количества нарушаемых правил) и в целом даже увеличить сборы в казну.

Мировая практика вывела несколько векторов упрощения налогового климата не в ущерб казне:

1. Высокие налоги на доходы физических лиц и низкие корпоративные налоги (большинство штатов США, Великобритания, Кипр). Именно поэтому изрядная доля резидентов этих стран имеют собственные компании — им просто дешевле получать доход на баланс компании, а не в карман.

2. Низкие корпоративные налоги, но высокие целевые налоги (например, в Чехии практически на любую деятельность необходимо получать отдельную лицензию). Достаточно честно — «я плачу только за то, чем занимаюсь» + НДС. Количество налогов можно ограничить лицензиями, символическим корпоративным налогом, НДС и социальным взносом с зарплаты персонала.

3. Территориальный принцип налогообложения (Франция, Гонконг, Нидерланды). Компания платит налоги только с прибыли, полученной на территории государства регистрации. Едва ли привлекательно для бурных инвестиций в реальный сектор, но служит стимулом для работы холдинговых компаний.

Также боюсь, что с украинским «западостремительным» вектором, скорее всего, придется принять крайне непопулярное решение и расстаться с упрощенной системой налогообложения (по крайней мере, для юридических лиц), для того чтобы соответствовать европейским принципам отсутствия преференций. Не радует? Но если подсчитать, при грамотной коренной налоговой реформе, вывести совокупное давление на юридическое лицо в рамках 40%, которое будет поровну состоять из налога на прибыль, налога на реальную заработную плату сотрудников и НДС, то наше государство будет процветать, а предпринимателям платить налоги станет проще, престижнее и выгоднее. А если станет возможным упростить отчетность, то инвестиционный климат сразу станет едва ли не лучшим в Европе, благо, что инвестировать есть во что.

Любой инвестор будет вкладывать средства в какой-либо проект при условии, что его инвестиции будут приносить доход.  Мы хотим иметь гарантии того, что наши деньги не пропадут. Для любого инвестора важными факторами для принятия решения являются прозрачность, стабильность, предсказуемость среды, понятное и работающее законодательство, а также отсутствие излишней бюрократии.

Несмотря на общеизвестный факт необходимости инвестиций в энергетику, сейчас отсутствуют стимулы для их привлечения. При установлении розничных тарифов конечным потребителям не соблюден принцип полного возмещения затрат. Результатом таких ценовых перекосов является перекрестное субсидирование между целыми группами потребителей и между потребителями различных регионов.  Единые тарифы и значительный уровень перекрестного субсидирования запутывают ситуацию, делают ее непрозрачной и непредсказуемой. Тарифы для облэнерго не покрывают всех необходимых для хозяйственной деятельности затрат, не говоря уже о компонентах, стимулирующих дополнительные вложения.

Выходом из такой ситуации может быть внедрение новой тарифной методологии, которая бы опиралась на лучшие мировые практики, обеспечивала эффективное использование средств и поощряла улучшение качества обслуживания потребителей. Стоит отметить, что НКРЭ для разработки такой методологии уже создала рабочую группу с участием различных облэнерго. Эта работа поддерживается Всемирным банком и ожидается, что она будет завершена в 2010 году.

Украинское законодательство регулирует основные юридические аспекты в секторе на приемлемом уровне, но некоторые нормы требуют пересмотра и улучшения. Например, принятие закона о Национальной комиссии регулирования энергетики Украины, который бы четко указывал полномочия регулятора и ограничения в регулировании другими государственными органами энергетического сектора. Зачастую у регулятора слишком размытые полномочия, приводящие к их дублированию и непонятным правилам игры. Проблемы начинаются, когда регулятор используется как инструмент воздействия и влияния на предприятие.

Есть еще одна проблема. В 2001 году, когда корпорация AES приобрела компании в Украине, законным и правильным считалось отнесение сверхнормативных потерь электроэнергии на затраты, необходимые для хозяйственной деятельности. Законодательство, регулирующее этот вопрос, с того времени не изменилось. Однако налоговые органы стали трактовать законы по-новому: сверхнормативные потери нельзя отнести к затратам, необходимым для ведения хозяйственной деятельности. Для бизнеса это означает не только дополнительные суммы налогов, но и солидные штрафы за прежние времена, когда все, включая налоговиков, трактовали закон «по-старому». К слову, это ярчайший пример нарушения принципов предсказуемости, прозрачности и стабильности.  Хочется верить, что это просто ошибки, связанные со специфичностью вопроса, а не действия, направленные на инициацию повальных банкротств облэнерго с целью их приобретения заинтересованными людьми.

Альфия Джумаева

глава набсоветов «AES-Киевоблэнерго» и «AES-Ривнеэнерго»

Несмотря на большой инвестиционный потенциал Украины, который не был реализован до кризиса, а в некоторых сферах увеличился благодаря кризису, хотелось бы выделить три отрасли, которые, по мнению инвестиционной группы компаний ІТТ, могут принести наибольшие бенефиты как Украине, так и самим инвесторам.

Производство товаров народного широкого потребления (FMCG) и пищепереработка. Кризис и падение гривни создали уникальные возможности для украинского производителя не только заместить , при этом введя ограничения по ее перепрофилированию и использованию.

Оксана МАРКАРОВА

президент — председатель правления инвестиционной группы ІТТ

Поэтому мы — своеобразный лакмус экономики, состояния отрасли и отдельных граждан.

Почему сегодня европейские операторы могут внедрять новые технологии — UMTS, думать об LTE, показывать IPTV, а украинские только прицеливаются и решают, как это сделать дешевле? К сожалению, в результате экономического спада серьезно сократились доходы населения. По последним исследованиям (данные Института демографии и социальных исследований (ИДСИ) НАН Украины), украинцы получают самые низкие зарплаты в Европе, ниже, чем в России и Молдове. И это — тревожная тенденция.

Мы надеемся, что руководство страны осознает эту угрозу и будет нацелено на оздоровление экономики.  бизнеса — основы экономики любой страны.

Налоги

В контексте поддержки бизнеса важна разумная и сбалансированная налоговая политика. Большие налоги отразятся на операторах, которые будут вынуждены значительную часть своей прибыли отчислять в виде налогов в госбюджет. Это неизбежно приведет к высоким ценам. В результате рынок телекоммуникаций будет развиваться медленнее, операторы инвестируют меньше средств, будут медленнее внедрять инновационные услуги и технологии, меньше создавать рабочих мест. В минусе окажутся все — и потребители, и государство.

Сегодня налоговые органы проявляют большую активность и внимание к нашей отрасли. Безусловно, телекоммуникации являются одной из самых рентабельных и пока еще инвестиционно привлекательных отраслей. С другой стороны, отрасль требует и огромных инвестиций в развитие инфраструктуры.

Есть и более частные, но тем не менее негативно влияющие на отрасль решения. Например, дополнительный сбор в Пенсионный фонд, который в свое время был введен как налог на роскошь (сначала 6%, потом 7,5%). Это было актуально, когда на рынке было несколько сотен тысяч абонентов, каждый из которых платил за связь по $100 в месяц. Сегодня, когда проникновение мобильной связи составляет более 114% и она превратилась в абсолютно доступную услугу, заставлять практически все население Украины платить «за роскошь» не представляется логичным.

Отраслевое регулирование

Один из ключевых вопросов в регулировании рынка связи — долгосрочное планирование его развития. Недальновидная политика распределения частот в прошлом сегодня привела к тому, что частоты, на которых работают операторы, находятся в разных диапазонах, это делает невозможным развитие на базе существующих лицензий новых технологий связи 3-го и 4-го поколений. Вопрос, который очень часто задают наши зарубежные партнеры: почему в Украине нет 3G? С точки зрения нормальной бизнес-логики, то, как развивается UMTS в Украине, необъяснимо. Государством были созданы эксклюзивные условия развития 3G для государственной компании с ограниченными возможностями внедрения технологии и продвижения услуг. В результате в Украине нет ни национального покрытия, ни нормальной скорости, ни мощного позиционирования, ни адекватных рынку цен на услуги. Украинский потребитель не видит преимуществ технологии, а сама идея развития UMTS скомпрометирована ради обеспечения монополии государственного оператора на 3G-частоты. Регулирование рынка должно быть сбалансированным: отсутствие принципиальной регуляторики — тоже минус. Государство в Украине не вмешивалось в конкуренцию. Поэтому использование игроками демпинга привело к формированию рынка на очень низком ценовом уровне. В результате несколько операторов, претендующих на статус заметных игроков на рынке, сегодня являются глубоко убыточными.

Невмешательство регулятора в политику «Укртелекома» также привело к негативным последствиям. Все операторы мобильного рынка весь год прожили без договоров с «Укртелекомом», не велись взаиморасчеты за предоставляемые услуги. На фоне ряда нерешенных проблем, тормозящих развитие и инвестирование отрасли, операторы вынуждены «отрывать» средства на финансирование не приоритетных или потерявших актуальность проектов, таких как создание базы IMEI-кодов или фонд универсальных услуг. Наконец, операторы сталкиваются со сложной и запутанной процедурой ввода в эксплуатацию объектов мобильных сетей, а местные органы власти инициируют взимание не предусмотренных законодательством дополнительных сборов.

Вместе с тем мы — оптимисты. Работая на этом рынке, мы видим его потенциал, готовы инвестировать средства, в том числе и в передовые технологии связи, и очень рассчитываем на поддержку государства.

Марк БУРДЕН

член совета директоров Американской торговой палаты, финансовый директор «»