Я не живу на зарплату городского головы

Михаил Добкин говорит, что он никоим образом не зависит от решений Партии регионов, и читает, что иногородние помощники помогут ему избежать коррупции на местном уровне
Мы продолжаем сражаться с оккупантом на информационном фронте, предоставляя исключительно проверенную информацию и аналитику.
Война лишила нас возможности зарабатывать, просим Вашей поддержки.
Поддержать delo.ua

– Господин Добкин, все ли в Харькове оказалось таким, как вы себе это представляли до выборов? Или есть открытия и разочарования?

– По большому счету, мы знали, куда и на что идем. Конечно, предполагали, что некоторые отрасли находятся в лучшем состоянии. Ну, ничего страшного. Мы не жалуемся.

Сегодня главная задача новой  власти — создать систему, при которой все городское хозяйство будет работать не в ручном режиме, а по заранее намеченным программам. Идет переформатирование старого на новое. Не всем это нравится, в том числе и внутри команды. Не все справляются с теми темпами, которые мы стараемся поддерживать, и не все одобряют некоторые действия. Мы пытаемся максимально отодвинуть чиновников мэрии от возможности, ставя свои подписи под какими-то документами, решать судьбы тех или иных проектов.

– Но без подписей-то нельзя...

– Мы хотим добиться того, чтобы подпись не имела денежного эквивалента.

Свободный мэр

–  Насколько вы свободны в своих решениях от руководства Партии регионов?

– Степень моей независимости от партийного руководства абсолютна. Не было ни одного звонка с просьбой устроить того или иного человека на работу или позаботиться каких-то делах. Я не свободен в своих решениях от своей команды — мы их принимаем коллегиально, и если мнения расходятся, последнее слово приходится оставлять за собой. Тем не менее, большинство решений — общие.

– А как складываются отношения фракции Партии регионов в горсовете с одноименной фракцией в Верховной Раде?

– Рабочих контактов, в результате которых представители Партии регионов лоббировали бы исполнение программных документов, помогающих городу, нет по причине того, что Верховная Рада не работает. На уровне предварительных разговоров взаимодействие происходит постоянно; мы ощущаем поддержку, и я уверен, многие наши вопросы рано или поздно будут вынесены на обсуждение в парламент, поддержаны сессионным залом и реализованы как законы. Контакты по партийной линии происходят все время. У нас было уже два съезда депутатов всех уровней. Мы не теряем связи с парламентариями-харьковчанами.

– Вы были народным депутатом, каково ваше мнение о том, что сейчас происходит в парламенте?

– Крайне негативное. Я вижу, что президент не хочет или не может навести порядок. Там надо принимать решение, связанное не с трудоустройством Пети или Юли, а с тем, как нашему политикуму выходить из глубокого кризиса. Ведь за ним моментально следует кризис экономический. Думаю, первые нехорошие последствия длительного безвластия мы начнем ощущать при вхождении нашего городского хозяйства в зиму. Это будет беда не только Харькова, но и проблема всех городов.

– Вы не жалеете о том, что сейчас находитесь в Харькове, а не в Киеве?

– Я никогда ни о чем не жалею.

– Вы после выборов встречались со своим предшественником Владимиром Шумилкиным?

– Да, конечно. Я никогда не говорил, что все, сделанное Шумилкиным, плохо. Даже во время избирательной кампании, где от конкурентов по отношению друг к другу исходит масса критики. Есть дела, которые были начаты Владимиром Андреевичем, и не получили завершения, и мы будем продолжать все, что считаем благом для города. В том, что Харьков все эти годы активно развивается, есть заслуга и Шумилкина, и Пилипчука, и Кушнарева, и всех предыдущих руководителей Харькова. Я очень надеюсь, что по завершении моей каденции я свою лепту в это внесу.

– Гуманитарной сферой в Харькове сейчас заведуют не харьковчане. Это случайность или ваша принципиальная позиция?

– Владимир Заец руководит департаментом по социально-гуманитарным вопросам и является моим заместителем. Игорь Шурма — мой советник в этой области. Богдан Федак возглавляет больницу скорой и неотложной помощи, которая подчиняется тому же департаменту. Дело в том, что если говорить, например, о здравоохранении, эта сфера имеет очень серьезные особенности. Наибольшая тенденция к семейственности в профессии наблюдается именно в медицине. Это и хорошо, и имеет свои негативные стороны. Чтобы максимально эффективно бороться с не самыми лучшими моментами, я пригласил людей, которые не имеют привязки к Харькову. У них нет обязательств, к примеру, перед педагогами, которые их учили, и чьих детей надо трудоустраивать. У них нет родственников, которые бы тоже хотели работать в здравоохранении и должны занимать те или иные посты. То же, хоть и в меньшей степени, можно перенести на образование, культуру и спорт. Иногородним людям будет гораздо легче создать качественно иную систему, которую давно ждут харьковчане. Поэтому мы выбрали такой подход.

– Вы приняли решение лично курировать жилищно-коммунальное хозяйство Харькова и нести ответственность за все, что там происходит. Есть ли какие-то реальные сдвиги к лучшему? И когда ожидать уже вашего повышения тарифов на квартплату?

– Я буду лично курировать ЖКХ и не назначать себе заместителя до конца года. Я это обещал харьковчанам. Жилищно-коммунальное хозяйство сегодня работает исключительно в ручном режиме, и именно в этой сфере мы хотим выстроить новую систему управления. Если у нас все будет идти по намеченному плану, мы уже с сентября введем в действие реформу ЖКХ в одном из районов Харькова, «обкатаем» ее и с нового бюджетного года перенесем на весь город. Вместе с этим мы пересмотрим тарифы — я возглавляю рабочую группу по их разработке. Это будет абсолютно понятная харьковчанам система ценообразования. Мы обоснуем каждую копейку.

Путь в Европу

– Ваша команда, оказавшись у власти, заявила, что не боится непопулярных решений. Что вы будете делать, если проиграете суды, например, владельцам малых архитектурных форм, которые сейчас активно сносятся, или застройщикам, у которых решением сессии забрали ранее выделенные им участки?

– Закон на нашей стороне. Кроме того, среди самих киоскеров — неразбериха. У них нет единых требований. Все упирается в «я хочу, чтобы мой ларек стоял». Но есть обратная сторона. Мы живем в XXІ веке. Был период, когда в нашей стране был сплошной дефицит. Когда мы стали «незалежною державою» и начали выстраивать рыночные отношения, возникла острая необходимость строительства малых архитектурных форм для обеспечения потребности населения в продуктах питания. Прошло время, началась волна приватизации. Появились частные магазины, супермаркеты. Не должно быть на одном пятачке земли рядом с несколькими большими магазинами такого количества киосков, которые занимаются продажей, в том числе и спиртных напитков. Это не мое требование. Мы в Европу идем.

У меня есть одно объяснение тому, что происходит, — запущенность. Никто этим не занимался. Почему предыдущая власть, начав наводить порядок среди МАФ, бросила это на полпути, чем натворила еще больше беды, чем если бы она вообще это не трогала? Они не смогли справиться с этой ситуацией. А мы справимся. Мы не боимся ни судов, ни митингов, организованных определенными людьми за определенные деньги.

Когда мы поднимали краном киоск, под ним оказалась огромная дохлая крыса, и в этом же ларьке продавалась шаурма, где лук, рассыпанный на пол, на моих глазах руками без перчаток был собран и обратно брошен в таз. Это мы должны оставить? Пока я мэр, не будет такого. Чего бы мне это ни стоило и какие бы силовые структуры ни стояли за этими киосками. Очень часто те люди, которые приходят отстаивать свои права, на самом деле просто реализаторы. А собственники… Я не хочу, чтобы люди приезжие и без прописки рассказывали харьковской власти, как нам здесь жить. Мы сами наведем порядок.

– Как вы отреагировали на инициативу руководителей сети супермаркетов «Таргет» организовать перевыборы городского головы?

– Никак. С таким же успехом они могут заявить о полете на Луну.

– Какие-то резонансные решения, кроме строительных, ожидаются в ближайшее время?

– Скоро мы начнем наводить порядок на рынках Харькова, что, скорее всего, опять будет встречено в штыки. Когда человек сидел при городской кормушке или пользовался чем-то, принадлежащим территориальной громаде, и потихонечку каждый день отпиливал себе что-то в семейный бюджет, любые действия со стороны власти по наведению там порядка воспринимаются им как «моих детей оставляют без куска хлеба». Но ведь это хлеб, нечестно заработанный. Для меня неэффективное использование бюджетных средств приравнивается к воровству. Когда люди с этим смирятся, я думаю, что прекратится ворчание по поводу тех или иных непопулярных решений. Но здесь стоит уточнить. Когда мы говорим «непопулярные меры», мы это относим ведь не ко всем, а только к определенной части. Нельзя обобщать и записывать всех предпринимателей в пострадавшие. Почему бы не обратить внимание на то, что для других бизнесменов это — благо. 

– Столь жесткая постановка многих вопросов рождает массу слухов. Как вы относитесь к разговорам о банальном переделе строительного рынка в Харькове?

– Если на тех участках, где решением от 31 мая отменено строительство, кто-то увидит новых застройщиков, тогда можно будет говорить о перераспределении строительного рынка в Харькове. Уверяю вас, этого не случится.

– А как насчет слухов о ваших личных интересах. Вы пришли на должность мэра сразу же на более низкую зарплату, чем оклад парламентария. За какие деньги вы живете сейчас?

– У меня нет бизнеса в Харькове, и никогда не было. Это очень важно в моей работе. Дело в том, что я не живу на зарплату мэра. К тому моменту, когда я стал городским головой, я уже стал человеком, который может сказать, что материальное положение его полностью устраивает. Я этого не скрываю и не стесняюсь. Пусть говорят все, что угодно. Те, кто распускает разные слухи, преследуют одну цель: чтобы я начал на них реагировать, давать какие-то комментарии. Не вижу в этом смысла.