Это новое delo.ua. Cайт работает в тестовом режиме

Юристы жалуются на "печерскую аномалию"

Сегодня о реприватизации говорят все: политики, экономисты, общественные деятели и рядовые граждане. Такой живой интерес объясняется тем, что за годы существования Украины как самостоятельного государства какая-либо частная собственность есть практически

Сегодня о реприватизации говорят все: политики, экономисты, общественные деятели и рядовые граждане. Такой живой интерес объясняется тем, что за годы существования Украины как самостоятельного государства какая-либо частная собственность есть практически у каждого, а возможность отобрать ее появилась почти у всех. Тем более что существующая судебная система во многом этому способствует

Ситуация усугубляется тем, что с начала года среди многочисленных заявлений правительства относительно реприватизации нет ни одного, определяющего правовые нормы того, как и по каким критериям будет пересматриваться право на собственность тех или иных предприятий. Единственным конкретным примером того, как это может быть, является скандальное судебное разбирательство вокруг ОАО "Криворожсталь".

На днях по инициативе газеты "Юридическая практика" был проведен круглый стол на тему "Судьба приватизационных объектов: юридические риски. Новые риски для собственников имущественных прав на приватизированные объекты".

Круглый стол начался с доклада киевского юриста Олега Сидорца об "Особенностях применения в судебной практике решения Конституционного суда Украины об охраняемом интересе и последствия его применения в приватизационных спорах". Суть доклада сводилась к тому, что решение Конституционного суда хоть и было, но на практике однозначного толкования понятия "охраняемый интерес" оно не дало.

Как следствие после судебного процесса по "Криворожстали" появился прецедент, который позволяет пересматривать формально результаты любой приватизации независимо от того, когда она была произведена.

Судите сами. Есть закон, четко предписывающий продажу стратегического предприятия, в котором ясно сказано, что покупателем может быть только промышленный инвестор. Есть промышленный инвестор, купивший завод и прошедший два судебных процесса, в результате которых покупка была признана законной. Казалось бы, чего еще?

Но появляется некая гражданка Назарова и как физическое лицо, не имеющее отношения к делу, оспаривает законность продажи "Криворожстали". Судья принимает ее заявление, несмотря на прямой запрет постановления Пленума Верховного суда, на том основании, что был нарушен ее "охраняемый законом интерес", а именно — возможность купить акции "Криворожстали". В судебном процессе представитель консорциума "Инвестиционнометаллургический союз" Алексей Резников предложил Ирине Назаровой купить желаемое количество акций, но она отказалась. Судья не дает сторонам ознакомиться с заявлением, не позволяет ходатайствовать, озвучивать позицию и на следующем заседании просто отменяет все предыдущие судебные решения.

Среди всех участников круглого стола не было ни одного юриста, который не воспринимал бы происходящее в Печерском суде как кризис национального правосудия.

"17 февраля в Печерском суде родилась новая внеюридическая судебная технология, — отметил Сергей Власенко. — Я лично выберу десяток красивых предприятий, которые прошли суды, и пойду по вновь открывшимся обстоятельствам. Просто из спортивного интереса!"

Самое печальное, что представители консорциума "Инвестиционнометаллургический союз" — далеко не единственные юристы, которые столкнулись с проблемой судейства вне закона.

Но странно то, что все скандальные дела рассматриваются только в Печерском суде. "У нас вопросами реприватизации занимается единственный суд — Печерский, — отмечает адвокат Сергей Карпенко. — Неважно, где находится предприятие. Всегда появляется физическое лицо, которое перемещается в Печерский суд и предъявляет иск, а вместе с иском требование, не имеющее к суду никакого отношения".

Не иначе как здание Печерского суда стоит на тектонической трещине или находится под влиянием каких-то потусторонних сил, отменяющих законы и судебные правила на территории отдельно взятого суда. Но видеть это дано только юристам.