"Мне как менеджеру абсолютно без разницы, кто является акционером"

Прокомментировать ситуацию по поводу двух собраний акционеров на "Прикарпатьеоблэнерго" мы попросили председателя правления компании Александра БУБЕНА
Мы продолжаем сражаться с оккупантом на информационном фронте, предоставляя исключительно проверенную информацию и аналитику.
Война лишила нас возможности зарабатывать, просим Вашей поддержки.
Поддержать delo.ua

Прокомментировать ситуацию по поводу двух собраний акционеров на "Прикарпатьеоблэнерго" мы попросили председателя правления компании Александра БУБЕНА

— Как известно, 22 марта на "Прикарпатьеоблэнерго" состоялось внеочередное собрание акционеров. Какие вопросы на нем рассматривались и почему туда не смогли попасть представители ГКЦБФР?

— Повестка дня была аналогичной предыдущей. Собрание прошло легитимно и законно. Кворум составил 60,79%. Теперь поясню позицию относительно инцидента с ГКЦБФР. Представители Государственной комиссии, призванные осуществлять контроль над законностью при регистрации, сами допустили нарушение законодательства. Об этом уже направлена жалоба в правоохранительные органы и председателю Госкомиссии. Закон нельзя нарушать никому.

— Давайте вернемся назад и проясним ситуацию с первым собранием акционеров. Почему, по вашему мнению, в нем не принимали участие представители Константина Григоришина, но участвовало государство?

— Инициатором собраний на шести облэнерго выступили компании BIKONTIA ENTERPRISES LIMITED и Larva Investments Limited, владельцы свыше 10% акций энергоснабжающих компаний. Но, как показали результаты регистрации, представителей от этих акционеров на собраниях не было.

Представители от Григоришина, в частности Ярослав Дзивидзинский, во время захвата компании и в многочисленных своих интервью всем рассказывал, что он представляет интересы власти и поэтому сделает все возможное, чтобы собрание акционеров состоялось. Но в итоге получилось наоборот. Государство выразило свою позицию тем, что представитель от НАК "ЭКУ", имеющий доверенность на участие в собрании акционеров, зарегистрировался и голосовал по повестке дня собрания "Прикарпатьеоблэнерго". По итогам собрания представители НАК вошли в наблюдательный совет компании, а также ревизионную комиссию. Простым большинством проголосовано решение о распределении дивидендов предприятия в размере 6% от чистой прибыли.

Также отмечу, что со стороны государства не было никаких претензий по поводу обсуждаемых на собрании вопросов. Однако на собрание не явились именно акционеры, инициировавшие их.

— Тем не менее представители Константина Григоришина утверждают, что собрание акционеров на "Прикарпатьеоблэнерго" не было легитимным…

— Оппоненты заявляют, что собрание было проведено с массой нарушений, о чем был составлен протокол, и было решение какого-то суда, и с этим решением был ознакомлен регистратор, мандатная комиссия и другие акционеры, и, следовательно, собрание не должно было проводиться. У меня на руках имеется протокол, подписанный представителями Ивано-Франковского территориального управления ГКЦБФР. Документ свидетельствует о легитимности собрания акционеров 15 марта и отсутствии нарушений при регистрации акционеров. Кроме того, постановления Дарницкого суда г. Киева, которыми прекращались полномочия председателей правлений "Прикарпатьеоблэнерго" и "Полтаваоблэнерго" Бубена и Чернявского, на сегодняшний день отменены с формулировкой "преждевременные".

— То есть вы сейчас приступили к непосредственному выполнению обязанностей руководителя "Прикарпатьеоблэнерго"?

— Я приступил к выполнению своих обязанностей. Уже на днях наблюдательному совету будут предложены на утверждение кандидатуры новых членов правления общества. После этого все свои силы компания направит на постепенное осуществление запланированного. Это и выполнение колдоговора, и реализация инвестпрограмм, и модернизация технического оборудования, и др. Актуальным остается уменьшение сверхнормативных потерь электроэнергии. Одним словом, мы будем делать все возможное, чтобы снабжение электрической энергией населения и хозяйственных комплексов было бесперебойным и чтобы облэнерго получало прибыль благодаря эффективному менеджменту.

Не исключаю, что будут применяться механизмы дискредитации и шантажа для получения предприятия в управление. Это я называю местью, сведением счетов. Но в нормальном обществе это не должно затрагивать управленцев — корпоративные конфликты должны решаться на уровне акционеров путем переговоров. Мне как топ-менеджеру абсолютно без разницы, кто является акционером. Моя задача эффективно управлять предприятием, зарабатывая прибыль для акционерного общества, а акционеры не должны влиять на оперативное управление компаниями.

— Ярослав Дзивидзинский неоднократно заявлял о злоупотреблениях менеджмента "Прикарпатьеоблэнерго". Например, о лизинговой сделке в 2,1 млн. грн., в которой стоимость объекта лизинга (автомобилей) была завышена в 1,4 раза. Насколько обоснованы подобные обвинения?

— Давайте немного отойдем от темы и расскажем об истории работы Ярослава Дзивидзинского на "Прикарпатьеоблэнерго". В 1996 году, когда компания была еще государственной, он возглавил ее по протекции Павла Лазаренко. Цель его назначения — подготовить предприятие к приватизации. Он занимался корпоратизацией компании, или, если хотите, "сидел на списке, кому и сколько акций в коллективе распределить, а потом, соответственно, продать". Когда облэнерго корпоратизировали, а затем приняли решение о продаже пакета акций в размере более 70%, г-ну Дзивидзинскому дали понять, что он уже не нужен, вместо него был назначен Геннадий Зайков. В это время предприятие полностью контролировалось Константином Григоришиным.

Попав месяц назад на "Прикарпатьеоблэнерго" через известное определение Дарницкого суда, Дзивидзинский изъял некоторые документы, похитил печать компании, которая и по сей день находится у него. Захватив кабинет заместителя председателя правления, он вызывал по очереди директоров предприятия, запрашивал у них бумаги, а затем круглосуточно отправлял их по факсу в Киев и Запорожье. До сих пор по Прикарпатскому региону ходят люди с доверенностями и документами, подписанными Дзивидзинским, заверенными нашей печатью, хотя, как я уже сказал, определение Дарницкого суда отменено. Поэтому обвинения Дзивидзинского основаны, по всей видимости, на украденных документах и непонимании сути заключенных сделок.

Если говорить о лизинговых (арендных) договорах, нужно вернуться к концу 2002 года, когда мне было предложено возглавить компанию. После анализа деятельности "Прикарпатьеоблэнерго", было принято решение разработать программу по снижению сверхнормативных потерь, которые были главной проблемой убыточности. Наряду со многими проблемами, которые существовали на то время в компании, нужно было решить и вопрос изношенности автомобильного парка. Большинство авто прошло ресурс 300-400 тыс. км, затраты на их содержание превышали разумные рамки.

Вопрос состоял в том, за какие ресурсы это делать, поскольку в "Прикарпатьеоблэнерго" существовал дефицит оборотных средств. Рассматривались два источника — кредиты либо лизинговые (арендные) операции. Проанализировав условия по кредитам и лизингу, выбрали последний вариант. Лизинговый договор был подписан со львовской компанией "Первая Западно-Украинская лизинговая компания", накладные расходы по лизингу составляли 15% годовых, а кредитные ставки — до 20% . В 2004 году поменялось законодательство, работать по лизинговым операциям стало менее выгодно, и компания отказалась от этой практики.

Поскольку с лизинговыми операциями мы работали в течение 2003 и 2004 годов, то расходы по ним были покрыты за счет прибыли предприятия, а также за счет средств, получаемых от других видов деятельности, которыми занималось предприятие для максимизации прибыли. Никакого ущерба ни потребителям, ни акционерам от этой сделки не было. Документы по всем операциям проверялись налоговыми органами, которые не нашли нарушений.

— Еще одно обвинение — экспортные операции "Прикарпатьеоблэнерго" и схемы по возврату НДС. Это соответствует действительности?

— В нашем распоряжении имеются документы по проверкам различными инстанциями, начиная от налоговых органов и заканчивая КРУ, аудиторами, которые гласят о том, что претензий по всем видам операций к компании нет. Официально заявляю, за подписью главбуха общества, что государство нам НДС не возвращало. Внешнеэкономические сделки разного плана действительно были. Но они приносили компании прибыль. В частности, были сделки по торговле ценными бумагами, торговле товарами и т. п. Заниматься этими операциями нам разрешено согласно уставу общества.

— А с НКРЭ такие действия согласовывались?

— С комиссией мы согласовываем сделки, которые влияют исключительно на тариф на электроэнергию. Поймите, что есть управленческая логика. Убыточность компании заставляла меня принимать решения о занятии предприятием другими видами деятельности, задача которых — приносить прибыль. Тем доходом, который мы получали от сделок по другим видам деятельности, мы перекрывали убытки компании за 2002 год. Причем результат налицо — если в 2002 году сумма убытков компании достигала около 8 млн. грн., то в 2003 году этот показатель снизился до 1,7 млн. грн. Это дало мне возможность иметь ресурсы для поддержания энергохозяйства компании, выплачивать своевременно зарплату сотрудникам и производить платежи в бюджет. По итогам 2003 и 2004 годов "Прикарпатьеоблэнерго" признано самым крупным налогоплательщиком в г. Ивано-Франковске.

Всем известно, что торговля электроэнергией — это бизнес, который проверяется массой инстанций: Минтопэнерго, НКРЭ, налоговыми органами. Неужели вы думаете, что все эти органы закрывали глаза на якобы незаконные сделки? Это абсурд.

— В прессе был обнародован ряд кредитных договоров "Прикарпатьеоблэнерго". На какие цели брались деньги и за счет чего они погашались?

— Компании с полумиллиардным оборотом не избежать кредитования. Крупные займы, которые брались предприятием в 2004 году, были не прогнозированы менеджментом. Деньги, взятые в кредит, направлялись на оплату НДС и налога на прибыль. Не планированные налоговые обязательства в размере 19,5 млн. грн. возникли в результате списания в 2004 году кредиторской задолженности облэнерго перед ГП "Энергорынок" в размере 62 млн. грн., поскольку Высший хозяйственный суд 7 сентября 2004 года принял постановление о том, что по этой задолженности вышел срок исковой давности. Согласно законодательству, сумма указанной задолженности подлежит включению в доход и налогообложению. На погашение этих обязательств были привлечены кредитные ресурсы банка "Биг Энергия".

Кроме того, хочу прояснить ситуацию по кредиту в размере 260,4 млн. российских рублей, полученному от компании Сarmito Enterprises Limited. Это была бомба замедленного действия, заложенная родоначальниками приватизации еще в далеком 1998 году. Тогда компании, принадлежащие К. Григоришину, подписали с Фондом Госимущества соглашение о том, что инвестиции за приобретенный пакет акций вносятся на возвратной основе. Согласно договору, где одной стороной выступало ОАО "Прикарпатьеоблэнерго", по истечении пяти лет "Инвестор" имеет право требовать возвращения вложенных средств. А это — ни много ни мало $14 млн. Вот такой "подарок" в виде уведомления с требованием вернуть деньги получила компания во второй половине 2003 года.

Замечу, до этого времени кредитные ресурсы привлекались на краткосрочной основе. Не помогла переписка, судебные разбирательства. Единственное — мы выиграли время, которое было потрачено на поиск банка или компании для получения заемных средств. За короткое время, около 2-3 месяцев, нашим постоянным партнером — банком "Биг Энергия" — был предложен вариант зарубежного кредитора, т. к. украинские банки отказались кредитовать в необходимом нам объеме. На то время был оптимальным вариант, предложенный компанией Сarmito Enterprises Limited. Данное предложение было согласовано с наблюдательным советом, оформлен кредит сроком до шести лет с правом пересмотра процентов за пользование кредитом (в сторону уменьшения после года работы). Вот такой "сюрприз" получило нынешнее руководство компании из далекого прошлого.

— Почему "Прикарпатьеоблэнерго" вышло из состава учредителей банка "Биг Энергия", и правда ли, что принадлежащий пакет акций был продан по заниженной цене?

— Я не согласен с такой постановкой вопроса. Акции банка были проданы по стоимости их приобретения, а не по заниженной стоимости. Мы вышли из состава акционеров банка, поскольку компании нужны были оборотные средства на выполнение инвестпрограммы. Эту сделку по инициативе псевдопредседателя наблюдательного совета г-на Никоненко проверяла Генпрокуратура уже при нынешней власти и пришла к выводу, что состава преступления в этом нет.

— Ваши оппоненты предлагают создать рабочую группу, в которую войдут представители государства, и провести анализ финансово-хозяйственной деятельности по "Полтава-", "Львов-", "Прикарпатье-", "Тернополь-", "Сумы-", "Чернигов-" и "Запорожьеоблэнерго" в период 2002-2004 годов. Считаете ли вы целесообразной такую проверку? Как вы относитесь к тому, что она может осуществляться аудиторской фирмой "БИАнА-АБ", которая уже нашла злоупотребления в работе облэнерго?

— Могу сказать одно: вся информация, которая базировалась на данных, полученных вследствие якобы аудиторской проверки, проведенной фирмой "БИАнА-АБ", и распространялась в различных интернет-изданиях, неправдива. Поскольку эта фирма предприятие вообще не проверяла. У нас не было договорных отношений с данным аудитором, поэтому оснований для обнародования результатов проверок не было. Сейчас руководство "Прикарпатьеоблэнерго" инициирует подачу иска в суд на эту фирму.

Что касается аудиторской проверки, то она у нас проходит каждый год, проводит ее Ивано-Франковская компания "Альфа-аудит", привлекались и компании с мировым именем, в частности KPMG.