Последний дон

На прошлой неделе у новой украинской власти были все шансы доказать преступную природу власти старой. За три дня общественность узнала о смерти журналиста Георгия Гонгадзе больше, чем за три последних года. Однако трагическая гибель Юрия Кравченко разорва
Мы продолжаем сражаться с оккупантом на информационном фронте, предоставляя исключительно проверенную информацию и аналитику.
Война лишила нас возможности зарабатывать, просим Вашей поддержки.
Поддержать delo.ua

На прошлой неделе у новой украинской власти были все шансы доказать преступную природу власти старой. За три дня общественность узнала о смерти журналиста Георгия Гонгадзе больше, чем за три последних года. Однако трагическая гибель Юрия Кравченко разорвала цепь между реальными исполнителями и заказчиками

О массовых нарушениях закона высокопоставленными чиновниками из команды Леонида Кучмы в последние месяцы заявляло абсолютное большинство украинских политиков. Самые осведомленные и прозорливые (или желающие выглядеть таковыми) даже выстраивали схемы организации преступной группировки — тот, мол, организатор, тот исполнитель, а этот пособник. В эту канву гибель сразу двух ключевых фигур украинского политикума эпохи Кучмы — Георгия Кирпы и Юрия Кравченко — вписывается весьма органично. О том, что из мафии невозможно уйти без жертв, обыватели четко уяснили еще по фильму "Спрут" и книгам Марио Пьюзо.

Напрашиваются и исторические параллели. Первый зам. главы КГБ генерал Семен Цвигун и министр внутренних дел Николай Щелоков в брежневскую эпоху, начальник Генштаба СССР Сергей Ахромеев, министр внутренних дел Борис Пуго и управделами КПСС Николай Кручина в период развала Советского Союза — все они находились наверху пирамиды власти и покончили жизнь самоубийством (или им помогли это сделать).

Это уже история. Как и эпоха Леонида Кучмы, несмотря на множество "белых пятен" и невыясненных эпизодов. Для новой власти жизненно важно даже не столько расставить все точки над "і" в темных делах прошлого, сколько сделать невозможным их повторение в будущем. Дабы уже сам вопрос "Кто следующая жертва?" отпал за ненадобностью.

Пока это не получается сразу по нескольким причинам. Власть, в первую очередь силовики, не могут работать в тех рамках, которые сами же для себя очертили — под жестким общественным контролем. Громкие заявления Виктора Ющенко о раскрытии дела Гонгадзе или "публичный" вызов Святославом Пискуном свидетеля Юрия Кравченко на допрос — результаты этих шагов оказалась прямо противоположными желаемому. Вместо демонстрации эффективной работы новой власти народ получил лишь повод для сомнений в ее компетентности и профессионализме.

Расследование гибели Кравченко — еще один повод для сомнений. И дело здесь не только в вопросе, мог ли человек выстрелить себе в голову дважды. Дело в деталях. Только один пример: сразу после смерти генерала сообщалось, что возле тела нашли пистолет "Чезет" (CZ) чешского производства. Однако уже на следующий день министр Юрий Луценко говорил о пистолете "Беретта".

Президенту Ющенко необходимо сделать все, чтобы довести это дело до логичного конца — открытого судебного процесса по делу Гонгадзе. Вопреки деталям и неожиданным смертям.