Театральная коммерция

Очень немногим украинским театральным проектам удается быть коммерчески успешными. К сожалению, речь идет лишь об отдельных случаях, но не об успешности театра в Украине вообще. Разобраться в том, почему так, и какими могут быть пути решения проблемы, мы
Мы продолжаем сражаться с оккупантом на информационном фронте, предоставляя исключительно проверенную информацию и аналитику.
Война лишила нас возможности зарабатывать, просим Вашей поддержки.
Поддержать delo.ua

Очень немногим украинским театральным проектам удается быть коммерчески успешными. К сожалению, речь идет лишь об отдельных случаях, но не об успешности театра в Украине вообще. Разобраться в том, почему так, и какими могут быть пути решения проблемы, мы решили вместе с ВИТАЛИЕМ МАЛАХОВЫМ, который в течение многих лет ставит спектакли в своем Театре на Подоле и на других сценах. В том числе и в рамках антрепризных проектов. Мы попытались найти ответ на главный вопрос: как сделать успешную во всех отношениях постановку?

— Виталий Ефимович, насколько театр в Украине успешен на сегодняшний день?

— Во-первых, надо понимать, о чем мы говорим. Что значит успешный — финансово, духовно или в плане посещаемости, резонанса? Большого финансового успеха от театра сегодня ожидать нельзя — как и везде в мире, если говорить о драматическом театре.

— Если не драматический, то какой театр может быть популярным?

— Предполагаю, что музыкальный. Но не все так просто, это ведь целый комплекс. У нас в Украине, как и в России, отсутствует опыт проектных постановок. Можно вспомнить российский "Норд Ост", который шел шесть месяцев и имел некий резонанс и успех, пока его не взорвали чеченцы. И то, к этому времени спектакль уже выдыхался. Я это знаю со слов генерального продюсера Александра Цекало. А такого, чтобы большой мюзикл пользовался успехом год, два, три, не было и нет.

— Почему даже мюзиклы у нас не пользуются успехом?

— Основная причина одна: у нас нет института продюсеров и менеджеров театра. Вообще нет. Я могу ответственно сказать, что знаю двух-трех человек не больше, которые постоянно занимаются театральным продюсингом. Нет структуры, которая бы координировала рекламу, продажу билетов и все остальное. Нет нормальной компьютеризированной сети для продажи билетов. Для зрителей не созданы комфортные условия посещения театра. В целом театральная индустрия у нас развита очень слабо.

— Существуют ли сейчас тенденции к ее развитию?

— Знаете, когда в Киеве появились первые компьютеры, я помню, все думали, что они для того, чтобы на симуляторах ездить в автогонки или летать на самолете. Сейчас потребители покупают компьютеры совсем для других целей. Мы вступаем в эпоху развитого капитализма, поэтому все схемы, которые существуют на Западе, придут к нам и в театральной сфере. Я в этом уверен. Вопрос только времени. Попытки уже есть. Взять ту же антрепризу Бенюка и Хостикоева — еще недавно такое было невозможно. Тот же проект "Экватор". Удачный он, неудачный — не знаю, но это попытка делать коммерчески успешный развлекательный театр. Было время, я следил за нашими музыкальными проектами. Почти одновременно вышли "Три мушкетера" в Театре им. И. Франко, "Экватор", "Бременские музыканты" и в Театре на Печерске "Танго" — очень хороший танцевальный мюзикл, который в этом году побывал на знаменитом Фестивале искусств в Эдинбурге.

— Вы несколько раз побывали в Эдинбурге. Какие впечатления?

— Сейчас этот фестиваль стал очень пошлым. Там зрителям подавай короткие комедии, чтобы за один вечер посмотреть их сразу четыре, попить пива, повеселиться. На Западе многие театры ориентируются на потребности зрителей в легком развлекательном жанре. У меня была своеобразная консультация в Эдинбурге, когда я встречался с известным критиком Майклом Биллингтоном — театральным обозревателем "Обзервера". Мы тогда привезли "Пир во время чумы", и я сказал, что хотел бы в следующем году приехать снова. Он же мне сказал приблизительно такое: "Зритель хочет развлечений. Значит, пункт первый — вы должны привезти комедию. Зритель хочет понимать, о чем речь, поэтому лучше всего, чтобы люди знали сюжет. Давайте посмотрим... Вы Шекспира играете? Да? "Сон в летнюю ночь"? Годится! Знакомый незамысловатый сюжет — что надо. Сколько он у вас идет? Три часа? Укоротите его до часа тридцати и вам успех гарантирован...". Вот приблизительно так там и происходит.

— Какие темы, жанры находят наибольший отзыв у зрителей в Украине?

— Не знаю… У меня был учитель — Владимир Александрович Нелли, который говорил: "Каким должно быть искусство? Я могу вам сказать, каким оно не должно быть: оно не должно быть скучным". Все остальное никаких строгих рекомендаций иметь не может. Я перед собой ставлю задачу делать гуманные спектакли: они не должны разжигать в людях ненависть, должны быть человечными.

— Спектакль не должен быть скучным… А каким он должен быть, чтобы не быть скучным?

— Не могу сказать. Я сам никогда не могу предугадать, как зритель прореагирует на ту или иную постановку. Вы, наверное, знаете, что наш "Дядя Ваня" получил пять "Золотых пекторалей". Я не могу понять причину этого успеха: на мой взгляд, достаточно скучный спектакль, идет три часа. Тем не менее, он собирает аншлаги, и зрители сидят, и им интересно. А никаких зрелищ мы ведь им не предлагаем.

— Если говорить о балансе идейности и зрелищности, то какая сторона нашей публике интересней?

— Что значит идейность? Политология? Думаю, на идеи сейчас никого не купишь. У нас с масками проповедников и доступными популярными идеями хватает на телеэкранах политиков. Кто-то из великих сказал, что человек больше в том, как он чувствует, чем в том, как он мыслит. Потому и люблю мелодраму. Для меня один расплакавшийся на спектакле человек дороже, чем сотня говорящих красивые речи. Потому что человек, способный переживать, чувствовать, уже безопасен для общества. Я свое предназначение вижу именно в продувании эмоциональных каналов людей. Брать на себя продвижение какой-то идеологии не берусь, потому что и сам во многом сомневаюсь. Спектакль ни в коем случае не должен заканчиваться дидактикой, рекомендацией к действию. Во всяком случае, мой театр — это не театр моралите. Я не знаю всех правильных ответов на жизненно важные вопросы. Я могу, в лучшем случае, поставить вопросы и постараться сузить их круг до самых сущностных, чтобы не распыляться на размышления, почему Ромео и Джульетта так и не смогли встретиться. Важно поставить очень конкретные вопросы, отвечающие тем загадкам, которые ставит перед нами жизнь. Я могу только надеяться, что они наведут кого-то на размышления и помогут ему найти ответ в своей жизни.

— Переходя от темы духовности к сферам более материальным... Какова зависимость успеха спектакля от суммы вложенных в него денег?

— Подобная постановка вопроса не совсем корректна. Такая зависимость есть, но она не прямая. Это и связано, и не связано. Я видел немало постановок на сцене Дворца "Украина", в которые было вложено очень много денег, но они были неудачными. Скажу так: хорошо, когда вопрос денег при постановке не стоит.

— Насколько я понимаю, основная проблема театральной индустрии Украины сегодня — это недостаточное финансирование?

— Да. Тут очень важно, чтобы финансисты четко знали, чего они хотят. Я понимаю, что "пивникам" или тем, кто торгует жвачкой, театр мало интересен. И наоборот, большой интерес театральное искусство представляет для производителей элитных продуктов — коньяков, например. Театру свойственна определенная элитарность. Если человек покупает билет в театр, теоретически подразумевается, что у него есть определенные претензии по вкусу — это новая интеллигенция.

Неплохо в качестве рекламного канала театр подходит банковским организациям. Их не интересует ударная реклама — сезонная, будем так говорить. Потому что театр не сможет собрать такое количество зрителей разово, как большая эстрада, например, но зато спектакль у меня может идти с определенной регулярностью много лет. И если у него есть спонсор, его лейбл будет вместе с афишами спектакля в течение всех этих лет. И это надо понимать. Спонсорские отношения с театром уместны, если потенциальный спонсор четко понимает, что его интересуют не широкие слои, а определенный круг людей, которых условно можно назвать новой интеллигенцией.

— Что получают спонсоры от сотрудничества с театром?

— Самое главное — это ассоциирование с театральной темой. Формирование определенного имиджа, причастность к театру. Помогать театру — это красиво, престижно.

— Какими рекламными мощностями располагает театр?

— Это вся сопутствующая продукция, сопровождающая спектакль. Но ко всему следует подходить творчески. Эти возможности — открытое поле для деятельности. Сейчас я пытаюсь реализовать со спонсорами проект, который бы позволял размещать моих актеров на носителях внешней рекламы. Разве не взаимовыгодно, когда вместе с образом известного актера на каком-нибудь "сателите" будет логотип спонсора? Это реклама, которая на пользу и театру, и спонсору.

— Какая минимальная стоимость постановки? И сколько нужно денег, чтобы обеспечить спектаклю большой резонанс?

— Постановка постановке рознь. В Театре на Подоле это одно, в Театре русской драмы — другое. Для того чтобы был резонанс, с самого начала нужна престижная сцена. А аренда такой сцены будет уже стоить немалые деньги. На сегодняшний день театральная постановка стоит от $5 тыс. до $75 тыс. Главное — наличие обильной рекламы. Я думаю, сейчас такое время, что расходы на нее должны занимать около 50% общего бюджета постановки.

Биографическая справка

Виталий Ефимович Малахов

Родился во Львове 19 июня 1954 года.

В 1972 г. поступил в Киевский государственный театральный институт им. Карпенко-Карого на факультет режиссуры драмы.

С 1979-го по 1984 г. — главный режиссер Театра эстрады.

С 1987-го до сегодняшнего дня — директор и художественный руководитель Театра на Подоле.

В 1994 г. получил звание "Заслуженный артист Украины".

В 1999 г. назначен директором и художественным руководителем крупнейшего фестиваля Украины "Київ Травневий".

В 2002 — 2004 гг. — художественный руководитель "Булгаковского фестиваля искусств".