Это новое delo.ua. Cайт работает в тестовом режиме

Народного депутата от партии регионов Антон Пригодский: Убежден: всю реорганизацию, всю перестройку хозяйственных механизмов страны должны проводить молодые люди

Народного депутата от партии регионов Антон Пригодский даже не все члены фракции знают в лицо. Но это не мешает Пригодскому с особой легкостью «решать вопросы» в команде действующего премьера Виктора Януковича.

– Вы считаетесь одним из наиболее авторитетных политиков в окружении Виктора Януковича. Порой вас даже называют «серым кардиналом» Партии регионов. Как вы сами оцениваете свое влияние на партию и какие у вас отношения с Виктором Федоровичем?

– Влияние скромно оцениваю как достаточное. А об отношениях с Виктором Федоровичем я бы сказал, что они хорошие и нормальные. Но расставлять здесь восклицательные знаки я бы не стал.

– Если брать во внимание ваше влияние и капитал, почему ваше имя всегда в тени? Вы не занимаете ключевых должностей в правительстве, не являетесь одним из спикеров «регионалов». Почему?

– Опыт жизни, работы, взаимоотношений с людьми привел к определенному пониманию жизненных проблем. Нет особых амбиций, есть знания, что люди, которые имеют серьезные амбиции, не всегда понимают, что эти амбиции потребуют от них самоотречения. А если этого не будет, то скорей всего, он не будет соответствовать тем требованиям, которые предъявляет общество при избрании или выдвижении этого человека на высокий пост.

– То есть не было цели работать в правительстве?

– У меня мотивации такой на данный момент нет. Убежден: всю реорганизацию, всю перестройку хозяйственных механизмов страны должны проводить молодые люди. За нами — приобретенный «советский» опыт. Я с 18 лет на производстве, с 20 лет уже начальник, с 25 — руководитель предприятия. Это положительный опыт, но в то же время и груз. Возможно, именно это мешает мне замотивировать себя на какие-то административные должности. Да и в Верховной Раде мне интересно работать, учитывая, что опыта такого жизненного у меня не было.

– Будете ли финансировать избирательную кампанию, если да, то в каком объеме?

– Да, буду, но это капля в море. В целом, это общепартийные взносы, то есть участие всех членов Партии регионов. У кого больше, у кого меньше.

– Хотя бы порядок цифр.

– Пока ни о каких суммах речь не идет. Но суммы будут значительно скромнее, чем в прошлом году — ведь нынешняя кампания очень короткая. Цифры будут известны 1 августа, когда начнется избирательная кампания, когда нужно будет финансировать штабы и т. п.

– Во время избирательной кампании-2006 именно вы курировали крымское направление ПР. Как оцениваете политическую ситуацию на полуострове?

– Крым политизирован, и благодаря национальному противостоянию крымских татар и русскоязычных — эта политизация с каждым годом усиливается. Это очень существенная недоработка власти. Многие еще не отдают себе отчет в том, что надо все-таки принимать серьезные решения по национальному вопросу. Напряжение растет, и взаимоотношения между этими двумя национальными образованиями усложняются. Это существенно влияет на ведение административной и хозяйственной политики.

– У вас очень разнопрофильный бизнес. Какой считаете наиболее перспективным?

– «Межрегиональный промышленный союз» — корпорация действительно многопрофильная: от производства посуды до строительного бизнеса на Донбассе. И я бы не отдал чему-то одному предпочтение. Это комплекс. Но производство в основном сориентировано на транспортную отрасль.

– Времени на операционное управление хватает?

– Работа в парламенте, партийная работа отняла столько времени, что на бизнес практически не осталось. С руководителями своих предприятий я встречаюсь нерегулярно. Но с бизнесом ничего не случилось. Это нисколько не повлияло ни на расширение, ни на перепрофилирование. Я доверил компанию людям, которым я доверяю, там работают профессионалы.

– Это родственники или друзья, с которыми вы работали?

– Это наемные профессионалы.

– Среди них много зарубежных специалистов?

– Нет. Ни одного.

– А с чем это связано?

– Скорей всего, с тем, что зарубежные специалисты в нашей среде пока непригодны. У нас рынок еще не приспособлен к реальным рыночным отношениям. Слишком много неопределенности. Существуют попытки разных бизнес-групп выходить на западные рынки. Как вы, наверное, знаете, это не всегда успешно. Да и правила игры у нас неприемлемы для нормального восприятия западного специалиста. Не приживаются они у нас.

– Вы как председатель парламентского комитета по вопросам транспорта и связи какие решения лоббировали в Раде?

– Я внедряю какую-то свою схему, в которой уверен на все 100%. Единственное, что я системно поддерживаю, это те законопроекты, которые способствуют нормализации работы предприятий транспорта: порты, авиапорты, автомобильный транспорт, где уже более продвинутые взаимоотношения.

– С этим же связано, что у Минтранса забрали право назначать начальников портов?

– Никто ничего еще не забрал. Назначить директора порта не является прерогативой Минтранса. Это касается и отношений с авиационными предприятиями, и с производителями самолетов, с авиапортами, терминалами и тому подобное. Сфера транспорта оказалась более сложной из-за многопрофильности.

– Какая сейчас ситуация со строительством гольф-клуба вблизи Гурзуфа? Прокуратура отклонила свой протест на выделение вашей фирме земли?

– Возникшие трудности в связи с реализацией инвестиционного проекта, примеров которого в Крыму нет. Это вопросы, в первую очередь, к стране. К негодной политизации всех явлений, которые в ней происходят. Я считаю, что это сугубо чья-то политическая договоренность, политический заказ. Кроме того, непонятно, почему нет ярких инвестиционных проектов в Крыму.

– Какой объем инвестиций планируете в свой крымский проект?

– Точных цифр пока нет, но, учитывая, что я сам строитель и занимался многими инвестиционными проектами, я могу оценить, исходя из стоимости проекта. Сумма затрат на проектирование этого объекта составляет около 4-5 миллионов евро. Следовательно, обычно проектные работы это где-то 10% от стоимости. Поэтому — около 80 миллионов евро.

– Как оцениваете инвестиционный потенциал Крыма?

– В Крыму неиспользуемых как минимум 60% земель. Плюс практически 40% этой территории занято под военные полигоны. Земля не оформлена и никем не используется. Ажиотаж возникает в первой линии прибоя, а во второй линии ничего не строится, так как существует проблема доступа к береговой линии, линии пляжа. Это нужно планомерно решать. Это очень сложная проблема.

– Подконтрольная вам компания «Эмброл-инжиниринг» строила большинство объектов Рината Ахметова, включая тренировочную базу ФК «Шахтер». Не планируете ли перемещать свой строительный опыт в Киев?

– Это совершенно другой рынок, в котором у меня нет желания участвовать.

– С Ринатом Леонидовичем вы партнеры, никогда не было корпоративных конфликтов?

– Никогда. Были какие-то разночтения, потому что мы по тому или иному вопросу придерживаемся разных мнений. И Ахметов — не тот человек, который идет на конфликт. Если ему какой-то вопрос надо решить, он его заблаговременно начинает решать, начинает советоваться, задавать вопросы.

– Во сколько оценивается ваше состояние?

– Никогда себе не ставил задачу оценить свое состояние. 90% моих активов находится в деле. Стоимость в доле тех или иных предприятий, оборотные средства… получаю я оттуда в виде дивидендов регулярно не более 20%, что мне положено. На жизнь хватает.

– Есть какие-то необычные увлечения?

– Не могу отметить для себя каких-то особых увлечений. Кроме разве что всеми осужденных охотничьих — не могу избавиться от желания приобретения очередного охотничьего ружья или охотничьего ножа. Меня не интересуют ни кинжалы, ни сабли, только ружья и охотничьи ножи.

– Сейчас вы живете в Киеве, переехали сюда с семьей? Расскажите о своем быте…

– Квартиру я купил еще в 2000 году, 500 квадратных метров. Меня вполне удовлетворяет. Там я живу с семьей. Жена занимается воспитанием сына, которому уже 11 лет. Кроме того, с нами живет теща. Вот так и живем.

– Сын интересуется бизнесом отца? Каким вы видите его в будущем?

– Я знаю очень много биз-несменов, и себя отношу к ним, которые не хотели бы, чтобы дети занимались бизнесом. Поэтому искусственно подтягивать его к этому я не буду. Не хочу тем более, чтобы он занимался политикой.