Foreign Policy: Евразийский Союз — организация-импотент

Это никогда не предполагалось в качестве возврата Советского Союза. Когда президент Казахстана Нурсултан Назарбаев впервые призвал к Евразийскому Союзу около 20 лет назад, он предполагал объединение отдельных государств с отдельными интересами для сотрудничества с целью получения друг от друга экономической выгоды. Назарбаев, автократ с железной хваткой, и единственный президент в истории независимого Казахстана, ссылался, кажется без иронии, на "волю народа к интеграции", когда пытался оправдать реинтеграцию независимых государств, появившихся после кончины Советского Союза, — пишет издание Foreign Policy .

29 мая Назарбаев увидел, как эта цель, наконец, осуществляется. В некотором роде. Бок о бок с российским президентом Владимиром Путиным и президентом Беларуси Александром Лукашенко Назарбаев подписал базовое соглашение Евразийского Союза (ЕАС) в Астане, проложив путь переходу из нынешнего таможенного союза к полноценному ЕАС 1 января 2015 года. Путин назвал подписание событием "эпохального значения".

Но Путин обладает способностью манипулировать риторикой и реальностью. И хотя ЕАС намеревается вернуть постсоветское пространство к экономической агломерации — и даже получил заинтересованных партнеров от Вьетнама до Сирии — он остается далеким от цели, некогда преследуемой Назарбаевым, и еще дальше от того, на что хотел бы надеяться ирредентист Путин.

Вместо запуска целостной постсоветской реинтеграции, ЕАС стремительно превратился в нечто более деградированное — и столкнулся с существенным противодействием стран, наблюдавших путинскую попытку превратить ЕАС в очередной инструмент российского реваншизма, так очевидно показанную в Крыму. Хотя беспокойства по поводу ЕАС изначально касались экономики — преимуществ ощутимо в пользу России — события в Украине показали, что кремлевский неоимпериализм вернулся. "Изначальной целью Евразийского Союза было создать доминирующую региональную экономическую организацию с правовой архитектурой под управлением Москвы", — комментирует Александр Кули, профессор политологии колледжа Барнарда. "Но, в конце концов, Крым показал, — Путин скорее согласится на что-то, способное "эффективно привязать страны к московской политической и экономической орбите".

Смоделированный на основе экономических конструктов Европейского Союза, новый союз представит рынок объемом в 170 млн, и сможет похвалиться совокупным ВВП в пределах $3 трлн. ЕАС будет служить более зрелой формой нынешнего таможенного союза, состоящего из трех стран, и позволит дальнейшую экономическую интеграцию — упрощение свободного движения товаров, упорядоченное регулирование торговли, объединенную макроэкономическую политику — между странами-членами. И у ЕАС есть потенциал роста. Если Путин каким-то образом сможет соблазнить оставшиеся постсоветские (не балтийские) страны, рынок ЕАС сможет достичь 300 млн и около $4 трлн совокупного ВВП.

Но этот рост далек от правдоподобия. Даже до того, как ЕАС стал официальным, у членов было множество сомнений в его преимуществах. Казахстан, наиболее динамичная экономика Центральной Азии, не сумел обрести ожидаемое преимущество от членства в таможенном союзе, а ЕАС, кажется, продолжит эту тенденцию. Вовлеченность в нынешний таможенный союз и далее отсрочила вступление Казахстана во Всемирную Торговую Организацию, а ВТО ссылалась на "несоответствия" внешних тарифов, которые продолжат действовать в рамках ЕАС. Тем временем Россия вступила в ВТО на своих условиях, а не так, как изначально предполагалось в блоке.

Большую тревогу у членов вызывают результаты исследования Всемирного Банка за 2012 год: членство в таможенном союзе, по причине действия внешних тарифов, "снизило реальные показатели заработной платы на 0.5 % и уменьшило реальную доходность капитала в Казахстане на 0.6 %". Это "приведет к потерям роста производительности труда в долгосрочной перспективе" — эти результаты были представлены Институтом по исследованиям в области безопасности Европейского Союза. Будучи обязанными больше торговать со странами-членами союза, и меньше с не-членами — увеличивая, как указал Всемирный Банк, "издержки для бизнеса и потребителей импорта" — Казахстан вынужден отказаться от технологически продвинутых товаров и услуг, от него требуется большая зависимость в этом вопросе от российских поставок. Как говорит один казахский аналитик, союз выглядит как "встреча казахского школьника и российского профессионального боксера на ринге".

Экономические проблемы союза еще глубже. Казахстан уже пережил серьезную девальвацию и рекордные провалы в продаже нефти в 2014 году — не связанные с деятельностью союза — и с учетом замедления российской экономики вследствие западных санкций, она, вероятно, потянет Казахстан за собой. Астана не единственная подвергнется удару. Согласно заместителю министра финансов России Сергею Шаталову, российская фискальная поддержка двух других членов ЕАС вскоре может достичь более $30 млрд, или в пять раз больше нынешнего показателя, если будут сняты все торговые барьеры. С точки зрения экономики, сползающей в рецессию, и столкнувшейся с санкциями и утечкой капитала, наблюдать, как союзники высасывают настолько необходимые средства, — скорее всего, очень тяжелое зрелище для Москвы. Более того, — комментирует экономист Айтолкин Курманова, — "Без прямых субсидий страны Центральной Азии не получат существенного преимущества от интеграции в ЕАС".

События в Украине набросили еще более темный покров на формирование Евроазийского Союза.

Хотя Назарбаев когда-то предсказывал, что ЕАС будет коалицией равных, движущей силой для его введения в действие стал московский неоимпериализм. "Внезапно беспокойства перестали касаться только экономической стороны — теперь они политические", — говорит Люка Анчески, преподаватель университета Глазго, специалист по центрально-азиатским исследованиям. Эти опасения появились не только в ходе переговоров о ЕАС — после Крыма Астана предложила увеличить наказание для всех, призывающих к сепаратизму и сократить срок рассмотрения запросов на получение гражданства от этнических казахов. Тем временем националистические, анти-российские протесты — которые можно редко увидеть в Казахстане (если такие вообще случаются) — участились.

Такой ответ, в целом, не удивителен. Северные части Казахстана исторически были в составе России — и более 60% россиян считают, что части соседних стран "действительно принадлежат России". Как один казах, этнический русский, недавно спросил: "Вы действительно считаете Казахстан страной?" В ответ на путинское империалистическое движение Астана подчеркнуто обратилась к первоочередному значению своего территориального суверенитета в вопросах, связанных с ЕАС, а Назарбаев постоянно призывал к замедлению интеграционного процесса: "Я не ... сторонник быстрого принятия решений". Назарбаев недавно заметил: "Мы все должны понимать, что не создаем здесь сверкающего снеговика, который растает перед лицом экономических и геополитических изменений".

Путинская авантюра в Крыму фактически ослабила любой импульс, которым некогда обладал ЕАС. Российские призывы к перспективе введения общих паспортов и валюты провалились. Возможность создания Евразийского Парламента, впервые предложенная российской Думой в 2012 году, не смогла получить отклик в Беларуси и Казахстане. Лукашенко недавно заметил, что будет "бороться" со всяким, пытающимся угрожать суверенитету Беларуси.

Не только Казахстан и Беларусь имеют дело с ЕАС и московским неоимпериалистическим давлением. Кыргызстан, который кажется естественно подходящим для вступления в ЕАС — денежные переводы из России составляют более 30% ВВП страны, а более 35% его импорта идет от стран ЕАС — несколько раз откладывал решение о пути вступления в союз. В Армении прошли протесты против союза, несмотря на то, что это одна из немногих стран, публично поддержавших аннексию Крыма Россией; она также стала свидетелем, как Москва вдвое увеличила предложение о поставках танков многолетнему противнику Еревана, Азербайджану. Неудивительно, что Армения решила продолжить переговоры с ЕС об отложенном соглашении об ассоциации, от которого страна внезапно отказалась всего несколько месяцев назад ради членства в ЕАС.

Но даже если Армения и Кыргызстан внезапно изменят курс и бросятся вступать в ЕАС, их слабые экономики дадут мало веса. Чтобы ЕАС действительно состоялся в качестве влиятельного геополитического полюса, ему, в конце концов, потребуется членство Украины, чей промышленный вес и 46-миллионное население составляют самую большую экономическую силу в бывшем Советском Союзе, после России. Но события в Украине в последние шесть месяцев полностью исключают потенциальное привлечение страны. Киев не испытывает особого энтузиазма по поводу вступления в союз с правительством, поддерживающим и распространяющим гражданскую войну, гремящую на востоке Украины.

Неучастие Украины в ЕАС проводит жесткие параллели с другой глобальной попыткой постсоветского объединения: Содружеством Независимых Государств (СНГ). Поднявшись на останках разваленного СССР, СНГ должно было стать его региональным преемником. Но без полного участия Украины — Украина была только ассоциированным членом, и официально покинула группу в этом месяце — СНГ мало что могло предложить, кроме кадров для фото и пустых рукопожатий.

И это то, что сейчас готовится предложить ЕАС: много зрелищ и церемоний, но показывать особенно нечего. Ассоциация будет далека от целей, преследуемых когда-то Назарбаевым или Путиным. ЕАС окружают призраки Советского Союза и империалистической России — но организация будет страдать от импотенции из-за деятельности самого Кремля.