Крупнейшие кредиты, которые у нас привлекали ОСМД, достигали 3,5 млн грн — глава Укргазбанка

  • Кирилл Шевченко

    Глава Правления "Укргазбанка"

Глава правления Укргазбанка Кирилл Шевченко рассказал Delo.UA об экокредитовании бизнеса, поддержке ОСМД и планах по развитию банка на этот год
Мы продолжаем сражаться с оккупантом на информационном фронте, предоставляя исключительно проверенную информацию и аналитику.
Война лишила нас возможности зарабатывать, просим Вашей поддержки.
Поддержать delo.ua

Из теперь уже четырех госбанков Укргазбанк в Минфине называют самым подготовленным к вхождению туда иностранного инвестора. И хотя Стратегию, в которой прописана продажа доли, теперь будут переписывать, его по-прежнему планируют продать до конца этого года. Какую нишу хочет на рынке занять госбанк, как работает с должниками и что планирует на этот год, рассказал в интервью Delo.UA глава правления банка Кирилл Шевченко.

Как сейчас себя ведут заемщики-госкомпании?

Очень неплохо: гасят кредиты. У нас в портфеле нулевая проблемность по кредитам госкомпаниям. Нам нужно было "подтягивать хвосты" буквально по 2-3 предприятиям. Теперь мы подходим к заемщикам-госкомпаниям очень избирательно. Если, условно говоря, два года назад их у нас было около 100, то сейчас осталось приблизительно полтора десятка. Но все, кто ушел, — все долги погасили.

Я помню, с "Укрзализныцей" были проблемы.

Только с Донецкой ж/д было непонятно, кто должен обслуживать долг после корпоративной реформы "Укрзализныци". Перед Новым Годом был проголосован законопроект по мораторию на погашение долгов Донецкой железной дороги. А в феврале президент его подписал. При этом "Укрзализныця" продолжает обслуживать этот долг.

После "Креатива" у вас были проблемные заемщики-агрохолдинги?

Только старые истории остались, типа "Мрии". По ним мы отстояли залоги. Но если брать перечень судебных дел, просто перечень, — он будет выглядеть как многостраничный том. "Мрия" просто не хотела и не хочет платить.

Это уже с новыми менеджерами?

Да. С новыми руководителями и со всем остальным. Они говорят, что денег нет.

Есть же закон о финансовой реструктуризации. Вы уже пробовали его применить к таким должникам, как "Мрия"?

По этому закону нам все еще нужно, чтобы заработал секретариат. Он уже вроде как сформирован. Думаю, в течение месяца этот механизм только "стартанет".

Правда, этот механизм предусмотрен только для предприятий, которые живые, которым надо снизить долговую нагрузку. Но надо сказать, что у нас не много кейсов, которые подпадают под этот закон. Буквально до десятка, и это не кейсы на миллиарды гривень. Может быть, через него получится решить и проблему с "Мрией", но я сомневаюсь, что с таким ворохом кредиторов это возможно.

Давайте про стратегию госбанков поговорим. В планах Минфина был выход из капитала Укргазбанка полностью или частично до конца 2017 года. Эти планы пока не меняются?

В принципе, пока ничего не поменялось. Исключительным покупателем являются МФО — международные финансовые организации. Мы видим, честно говоря, перспективу в этом направлении. Но сегодня эту стратегию будут пересматривать, так как государство получило контроль над более чем половиной банковского рынка. Это новые позитивные возможности для того, чтобы запустить или, по крайней мере, столкнуть с места кредитование экономики.

Каким образом? Занижая ставки?

Действительно, сегодня мы можем снижать процентные ставки по депозитам. Мы — это все госбанки. Снижаем процентные ставки по депозитам, ну и, соответственно, зеркально будут снижаться процентные ставки по кредитам.

Но ведь остается рисковая составляющая в цене кредита.

Риск, конечно, никуда не делся. Есть претензии к работе судебной системы, исполнительной службы. Стоимость риска — это разница между ставкой привлечения средств и размещения. Но мы можем снизить стоимость привлечения, и это снизит цену кредита.

Но при этом есть нехватка хороших заемщиков, с одной стороны, а с другой — проблемы, с которыми мы сталкиваемся при кредитовании в силу ужесточения норм Нацбанка.

Какие именно проблемы?

Есть такое 351-е постановление (об определении кредитного риска), и в его нормах появляется дополнительная нагрузка на капитал. Банки сейчас говорят о том, что им лучше пока подержать свободную ликвидность в депозитных сертификатах и ОВГЗ, чем идти в кредитование, потому что при кредитовании появится дополнительная нагрузка на капитал.

Банки же давали свои предложения по внесению изменений в постановление?

Да, и туда действительно внесли правки. Но даже после них еще много вопросов осталось. Но мы постоянно в диалоге с Национальным банком. Я думаю, что на этом этапе все изменения, которые можно было внести, уже внесены. Но в нем есть и положительные вещи, хотя их надо дорабатывать. Появилось понятие инвестиционный проект, а конкретно Укргазбанку это интересно. Мы с ними часто сталкиваемся в работе в связи со спецификой работы по эконаправлению. У нас сильно выросло количество заявок на проекты по этому направлению — уже на 6,5 млрд. Решений о выдаче при этом на 3,5 млрд грн. Это проекты по повышению энергоэффективности для предприятий. Но это только одна часть экопроектов. Вторая — это развитие альтернативных видов энергетики: на солнце, ветре, воде или биомассе. Еще одна категория экокредитов — розница. Это кредитование домовладений, выдача займов под солнечные панели, теплонасосы и так далее. Особое внимание стоит уделить сегменту альтернативной энергетики. На сегодняшний день зеленый тариф у нас самый высокий в Европе. И поэтому строительство солнечных, ветреных, гидроэлектростанций — это очень интересный бизнес.

Но возьмем для примера солнечную электростанцию. Для того, чтобы построить солнечную электростанцию, нам нужны панели, нам нужно "врезаться" в сеть, согласовать технические условия и подключиться по зеленому тарифу, подписать договор. Это означает, что по "солнечным" проектам в зависимости от мощности (если мы говорим о мощности от 5 до 10 МВт) этот процесс занимает около 6 месяцев. То есть предприятию, которое взяло деньги на постройку мощности по альтернативной энергетике, нужно эти 6 месяцев из чего-то платить проценты.

Однако по действующей нормативной базе мы не можем предоставить им грейс-период, иначе у нас все автоматически уходит в резервы.

В таком случае экономическая эффективность этого кредита становится отрицательной. Хотя логика подсказывает, что пока они не начнут получать доход по зеленому тарифу, им стоит сделать грейс-период. Пока этого нет, перечень заемщиков сужается до тех, кто уже имеет действующий бизнес и из действующего бизнеса может оплачивать проценты. Нам нужны нормы, которые это исправят. Да, нужно, конечно, внимательно смотреть, чтобы такие лазейки не использовались для кредитования связанных лиц, но в случае с госбанками такой риск нулевой.

Мы считаем, что именно зеленые проекты станут нишей, которую мог бы занять Укргаз.

Из этих трех сегментов, о которых вы говорили, что занимает наибольшую долю в портфеле?

Альтернативная энергетика. Там проекты сами по себе масштабные. Возьмем, например, проект "Виндкрафт" в Херсонской области — там большие ветряные мощности. Общая стоимость одного такого проекта — 1 млрд грн.

Это украинская компания строит?

Нет, это не украинская компания. Есть один из крупнейших производителей башни — того, на чем крепится ветряк. Это датская компания, их дочернее предприятие в Украине.

Кроме того, мы подписали меморандум с Минэкологии, и в рамках работы по этому меморандуму провели переговоры с крупнейшими загрязнителями окружающей среды.

Мы подписали его осенью, а уже в январе выдали первый кредит на покупку фильтров. Это был кредит для "Запорожстали". Они ставили фильтры с украинской технологией на карбоновые выбросы. Это первый в стране такой проект. Они стали нашим первым заемщиком, который взял деньги именно на фильтрационное оборудование. За счет него выбросы могут снизиться минимум на 20%.

А есть еще кто-то на очереди?

Ну, мы работаем в этом направлении. Но кандидат на такое финансирование должен быть платежеспособным, иметь экономический эффект от внедрения этого оборудования за счет снижения платы сбора за загрязнение окружающей среды.

Другие госбанки выдают экокредиты?

По программе энергоэффективности в кооперации с Госэнергоэффективности. По ней работали три госбанка. Программа хорошая, она получила большую популярность. В прошлом году ее бюджет мы выбрали уже концу лета. Но в 2016 году на работу с физлицами больше перешел Ощадбанк, а мы начали осваивать сегмент ОСМД.

Как выстраивается вообще работа банка с ОСМД?

Кредиты выдаются по тем же ставкам, что и юрлицам. В чем преимущество ОСМД? Все решения — брать ли кредит, на какую сумму и срок — принимаются при согласии 2/3 совладельцев ОСМД. Поэтому уровень проблемности по таким кредитам — ноль. Мы их выдаем уже чуть больше полутора лет на приобретение энергоэффективного оборудования и материалов, без залога.

Без залога, потому что источником погашения кредита являются очень диверсифицированные и непрерывные поступления заемщика (платежи совладельцев ОСМД). Подтверждением чему есть отсутствие случаев нарушений платежной дисциплины по таким кредитам.

Крупнейшие кредиты, которые у нас привлекали ОСМД, достигали 3,5 млн грн — это был кредит на полную модернизацию многоквартирного дома в Луцке. При этом государство компенсировало им 40% стоимости по программе Госэнергоэффективности. Это был кредит на 10 лет.

Вы будете наращивать портфель ОСМД?

Да, но мы хотим работать не только с ними, но и с индивидуальными домовладельцами. Потому что там непочатый край работы. Котлы, гелиосистемы, теплонасосы — установка всего этого требует финансирования. Плюс я считаю, что в этом году должна вернуться на рынок Украины ипотека. В этом году у нас не должно быть потрясений в банковской системе с точки зрения курсовых колебаний. Я объективно не жду их в этом году. В таких условиях у застройщика возникнет необходимость стимулировать спрос. А это можно сделать можно только используя ипотеку. И им придется или снижать цены, или делиться доходностью с банком для того, чтобы делать совместные программы, чтобы банки наращивали ипотечное кредитование.

Готовы ли сейчас банки снова "влазить" в ипотеку, ведь до сих пор не решен вопрос с валютными заемщиками?

У нас весь "плохой" портфель, залог по которому подпадает под мораторий, полностью зарезервирован. Но это не решает проблему. Однако спасение утопающих — дело рук самих утопающих. Мы сделали две программы в банке по конвертации валютных ипотечных кредитов в гривну. Процент успеха — 20%.

В декабре Укргазбанк привлекал рефинанс на 2 млрд грн. Зачем банку понадобились такие деньги?

Там было больше чем 2 млрд. Мы их в декабре привлекли и в декабре же и отдали. Это было краткосрочное кредитование.

А зачем брали больше, чем по 30 дней?

Какие были аукционы — такие и брали. Нам какая разница. Ставка всегда одинаковая, и досрочно можно вернуть.

У вас сейчас есть какая-то задолженность перед Нацбанком?

У самого Укргаза нет, но есть еще часть долга по рефинансу, который мы получили вместе с банком "Киев". Там около 500 млн грн. Мы их выплачиваем в соответствии с графиком. Это было зафиксировано в условиях сделки по присоединению активов банка "Киев".

Два миллиарда — довольно большой краткосрочный разрыв…

Для активов на 54 млрд грн — не очень большой. Это по кредиту "Нафтогазу". Но это хороший заемщик, который погасил эти 2 миллиарда за два дня.

Сколько сейчас составляет доля "плохих" кредитов в банке?

Доля негативно классифицированных активов снизилась на 36% за прошлый год — до 18%, в основном за счет "Креатива". Погашение проблемных задолженностей произошло на сумму 3 млрд грн.

У нас самый большой портфель по проблемным кредитам юрлиц — это портфель, который достался после рекапитализации от предыдущих собственников. После них идет доля физлиц и их ипотечных долгов. Дальше идут компании типа "Мрии", но их доля относительно небольшая.

Что происходит с портфелем бывших собственников? Почему бы его не зарезервировать, списать и забыть?

С одной стороны — да, но там есть нормальные кредиты. В прошлом году мы их оживили.

Они обслуживаются?

Если они негативно классифицируются, то, конечно, они не обслуживаются. Но мы возобновили работу по залогам. Нам удалось большую часть залогов поставить на баланс. Мы считаем, что если заниматься задолженностью, то результат будет.

Какие у вас планы на 2017 год?

Мы планы на 2017 год строим от результатов на 2016 год. Результаты 2016 года нас порадовали — мы вошли в пятерку крупнейших по активам, получили приток клиентов — физлиц и МСБ. Начали работу с IFC по экокредитам. За прошлый год объем кредитного портфеля в эконаправлении составил 3 млрд грн, из них по проектам альтернативной энергетики — около 2 млрд грн. В этом году планируем нарастить портфель экокредитов еще на 3,6 млрд грн.

Также планируем продолжить активную работу с ОСМД. В прошлом году мы выдали им около 300 кредитов на сумму более 48 млн грн, в нынешнем выдадим точно не меньше, а скорее всего и больше, даже с учетом появления на рынке еще одного государственного банка.

Традиционно будем уделять внимание и сегменту малого и среднего бизнеса — в планах у нас нарастить кредитный портфель МСБ на 85% до 2 млрд грн (с долей экокредитов около 50%), портфель пассивов — на 40% до 3 млрд грн. Ну и привлечь на обслуживание около 8 тысяч новых клиентов МСБ.

Какие планы по новым проектам, продуктам?

Помимо общего развития в нише "экобанка" (что само по себе задача очень непростая), из приоритетного у нас это переход на собственный процессинг, проект уже на финишной прямой. Кроме того, работаем над новыми карточными проектами.

Когда мы смотрели прирост/отток кредитного портфеля по данным отчетности банков, у Укргаза по физлицам было сокращение на 19%. Чем это вызвано?

Это произошло за счет следующих факторов. Первый — плановое уменьшение срочного портфеля, которое проходило за счет погашения "работающего" портфеля, которое составляет в среднем на уровне 40 млн грн в месяц. Второй — в 2016 году банк был сконцентрирован на выдаче относительно коротких кредитов, на 3 года, на покупку энергосберегающих товаров и материалов по программе "Тепла оселя". В рамках данной программы в 2016 году было выдано более 18 тыс. кредитов на общую сумму 348 млн грн, задолженность по которым на конец 2016 года составляла всего 60 млн грн, а оставшаяся часть была досрочно закрыта клиентами. Ну и третий — целенаправленная работа банка с валютными кредитами по уменьшению валютных рисков и погашению задолженности, за счет чего произошло уменьшение задолженности физлиц в иностранной валюте (за минусом сформированных резервов) — уменьшение за 2016 год составило 74,6 млн грн.

Если же оценивать динамику общей суммы кредитной задолженности клиентов за 2016 год (без уменьшения задолженности на суму сформированных резервов), то ее уменьшение составило всего 35,4 млн грн, или 0,6% портфеля.

После того как Нацбанк разрешил банкам операции с деривативами, быть маркет-мейкером на рынке валютного фьючерса решился пока только "Авангард". Почему так и готов ли Укргаз выходит на этот рынок?

Мы будем на этом рынке и будем выходить на него в качестве маркет-мейкера, так как нам это должно принести доход. Это единственная цель, ради которой мы хотим на этом рынке участвовать.

Но большому банку, тем более государственному, нужно подходить к этому вопросу как минимум взвешенно. Нужно прописать весь внутренний норматив, нужно понять, для кого мы это делаем — сами с собой мы не будем фьючерсами торговать, должен быть рынок. Нужно взвесить риски, поэтому у нас процесс подготовки объективно занимает больше времени.