Что украинским университетам нужно от государства и бизнеса: интервью с Петром Чернышевым

О новом статусе университета. Или это свобода, или только ее призрак?

Год назад вы говорили о внедрении бизнес-практик в НАУ, трансформировавшемся в Государственный университет "Киевский авиационный институт". Что удалось добиться, и достаточно ли этого для автономии?

— Мы не планируем из университета сделать в чистом виде бизнес-структуру. Но мы должны привнести больше элементов бизнеса, это очень важно. В 2024 году мы перерегистрировались как некоммерческое государственное предприятие. Это позволяет открывать счета в коммерческих банках – в "Привате", mono, "Райффайзене", а не только в Госказначействе. Для университета это означает большую оперативность и удобство в финансовых вопросах. Мы также получили Наблюдательный совет. Таких вузов в Украине всего три: мы, Запорожский национальный университет и национальный университет Прикарпатья им. Стефаника. Но это только начало, мы остаемся в сфере влияния Министерства образования, Госимущества и других органов.

Как статус НДП влияет на стратегические возможности КАИ и может ли он стать моделью для других университетов?

— Новый статус дает нам мало. Открепил нас от Госказначейства, но настоящая автономия невозможна без контроля над имуществом.

Представьте себе, даже как государственное предприятие, мы имеем "право" самостоятельно заключать договор аренды — но только на помещение до 400 квадратных метров. И это, к сожалению, не шутка. Это капля в море для нашего университета. У нас десятки тысяч квадратных метров площадей, но первоначальную стоимость для аукциона на ProZorro устанавливает не университет, а Фонд госимущества. Мы не против открытых торгов — это правильный подход, однако стремимся самостоятельно определять стартовую цену, а не полагаться на решения внешних структур.

Мы инициируем изменения в два закона и два постановления Кабмина, чтобы передать управление университетским имуществом непосредственно вузам, а не оставлять его под контролем Фонда госимущества. Если нам это удастся, другие университеты также пойдут по этому пути

О госзаказе и сотрудничестве с бизнесом путем организации лабораторий

Большой бизнес все больше испытывает дефицит тех или иных рабочих и стал создавать собственные образовательные организации. От курсов к корпоративным вузам. А как КАИ взаимодействует с бизнесом?

— Действующие законы и нормативные акты не позволяют нам активно играть на этом поле. Мы бы охотно усилили взаимодействие с бизнесом, тем более что есть такой запрос, но в инструментах мы ограничены. Поэтому главной формой взаимодействия являются лаборатории.

Мы развиваем общие лаборатории, так называемые лабы, с известными корпорациями. К примеру, корпорация Ajax построила у нас лабораторию, это серьезные инвестиции. В лаборатории студенты учатся передовым практикам работы на оборудовании Ajax. Специалисты Ajax приходят, читают лекции, ведут практические занятия, лабораторию посещают около 200 студентов. Ajax имеет право отобрать лучших из них.

Мы ведем переговоры с такими IT-компаниями, как SoftServe, промышленными предприятиями, интересующимися БПЛА, потому что это наша главная компетенция – все, что летает. Планируем создать хабы для стартапов, где студенты и бизнес будут работать вместе. В 2024 году мы привлекли несколько миллионов гривен, но это начало. Без автономии бизнес боится вкладывать средства, потому что Госимущество может все заблокировать.

Это катастрофа для партнёрств. Бизнес спрашивает: "А что будет с нашей инвестицией, если Госимущество заберет имущество?" Мы теряем инвесторов. Одна из ведущих ИТ-компаний отказалась заходить в хаб именно из-за этих юридических рисков. А это могли быть миллионы гривен, которые бы пошли на студентов, инфраструктуру, стипендии, практику.

А какие еще форматы вы хотели бы внедрить?

— Мы хотим внедрить двойное образование: студент учится в университете и работает в бизнесе с профессионалами, разрабатывающими для него программы. Это работает круто в нескольких крупных компаниях Украины, мы тоже хотим. Это требует времени и качественного менеджмента. Главная проблема – не деньги, не время, а качественный менеджмент, которого в университетах практически нет.

А корпоративный заказ возможен? И, кстати, что с госзаказом?

— Заказ означает, что какая-то украинская корпорация или государство может предусмотреть, что будет со страной через пять лет, потому что пять лет студенты учатся. Кто может сказать, что будет с Украиной через пять лет? Мы будем членами Евросоюза или нет? Будут ли привлекательны условия для бизнеса? Когда кончится война? Я считаю, что заказ не очень хорошая идея. Считаю, что должен работать рынок.

Важный момент. Если бизнес готов брать на себя риски и делать корпоративный заказ – это его право, это деньги. А вот государственный заказ – это рудимент советской эпохи.

Раньше вы анонсировали создание ассоциации выпускников. Это, напротив, не советский рудимент, а западная практика. Заработала ли ассоциация и дала ли ожидаемые результаты?

— Да, мы создали ассоциацию, но буду откровенным, она пока не "выстрелила". Мы очень хотели, чтобы ассоциация смогла помочь с фандрайзингом и коммуникацией с бизнесом. Пока что результаты не на "отлично". Но следует отметить, что очень многие наши выпускники живут и работают за границей и их трудно привлечь к этим процессам.

Что касается фандрайзинга, то действительно вдохновляющий пример — Киевская школа экономики, и мы берем их примером. У них это заняло семь лет. Я был в наблюдательном совете КШЭ восемь или девять лет, и знаю, что это не скоро. Так что мы продолжаем работать над этим.

О новом HR-подходе

Как бизнес-практики изменили найм?

— Мы первый государственный университет, который ввел должность HR-директора. Она из бизнеса, нормальный боевой директор. Мы нанимаем людей только через HR, как в бизнесе. Это повышает качество кадров, и мы видим результат.

Почему вузам не хватает менеджеров и как привлечь специалистов?

— Две причины: неконкурентная компенсация и ректоры-цари. В бизнесе конкуренция заставляет слушать подчиненных, иначе ты банкрот. В государственных университетах ректоры живут без конкуренции, им и так неплохо.

О проблемах образования: плагиат и отсталость

Какие системные проблемы тормозят высшее образование?

— Плагиат – огромная проблема. Многие диссертации, особенно гуманитарные и медицинские, украдены. Минобразования не борется с этим. Нужны жесткие проверки, иначе наши дипломы не будут признаваться в мире.

Вы являетесь основателем проекта "Контора Пи", который занимается развитием математического образования в школах. Помогаете учителям и талантливым учащимся. Поэтому должны знать о системных проблемах в школьном образовании.

— Она в отвратительном состоянии. Многие студенты, которые приходят к нам, не могут решить квадратное уравнение или сосчитать площадь треугольника. Школа недорабатывает. В Украине 26 000 учителей математики. Многие учителя не хотят ничему обучаться, они деклассированы, преподают по конспектам 20–30-летней давности. Не все такие. Мы помогли "прокачаться" более 2 тысячам учителей, но решить проблему всего школьного образования мы не можем.

Где ключ решения этой проблемы? На уровне Минобразования, Кабмина, Верховной Рады?

— Считаю, что важнейший двигатель реформы школ – родители. Надо дать им власть, создать наблюдательные советы школ из родителей, живущих рядом выпускников. Эти советы должны увольнять и нанимать директоров, завучей, учителей. Сейчас у них нет власти, директоров назначает местный совет, они оцениваются по формальным показателям, а не по качеству изменений в школе. А именно родители наиболее заинтересованы в результате работы школ. Поэтому они должны получить власть.