Кинопремьера: Мартин Скорсезе "ударился в детство", сняв "Хранителя времени"

5 января в украинский прокат выходит три новых фильма: две голливудские премьеры от  мировых знаменитостей -  триллер Дэвида Финчера "Девушка с татуировкой дракона" по мотивам мирового бестселлера и  семейный фильм Мартина Скорсезе "Хранитель времени", посвященный магии кино. А так же южноафриканская драма Паулы Ван дер Уст "Черные бабочки": о поэтессе, которая борется против апартеида.

 О ленте "Хранитель времени" рассказывает кинокритик Сергей Васильев.

 Неожиданный выбор для традиционной истории

Видеть Мартина Скорсезе в роли автора экранизации детской книги – очень необычно, ведь за свою долгую карьеру в кино он создал себе прочную репутацию режиссера фильмов с мужским характером ("Банды Нью-Йорка", "Отступник", "Остров проклятых"), которые детям до 16 лет смотреть, в общем, противопоказано. И то, каким именно образом он подошел к экранизации романа Брайана Слезника "Изобретение Хьюго Кабре" усиливает это ощущение удивления в несколько раз.

 Действие происходит в зимнем Париже 1930-ых годов. Сирота Хьюго Кабре (Аса Батерфилд) – сын часовщика, погибшего в пожаре, – живет на вокзале, поддерживая в рабочем состоянии многочисленные часы, за которые должен отвечать его дядя алкоголик. Дядя запил и пропал, мальчику угрожает вояж в приют, поэтому он скрывается от вокзального инспектора, а пропитание ворует у местных продавцов. В свободное от этих занятий время Хьюго пытается починить механического человека, над ремонтом которого трудился его отец перед смертью. Мальчик уверен, что с помощью этого механизма отец пытается связаться с ним, сказать ему что-то важное.

 Дебютные сцены фильма Мартин Скорсезе снимает, как традиционное семейное кино, наполняя кадр привлекательными и мало реалистичными персонажами, которых играют сплошь известные актеры. В образе исключительно позитивного отца Хьюго появляется Джад Лоу. Холодный, но в душе очень добрый торговец книгами, достался патриарху британского кинематографа Кристоферу Ли. Скромную торговку цветами играет Эмили Мортимер. А вокзального "цербера" – хромого инспектора, который истово стремится отправить всех беспризорников в детский дом, – сыграл эксцентричный комик Саша Барон Коэн, мастерски умеющий перевоплощаться в не совсем нормальных персонажей.

 Его образ немного напоминает ищейку, и эта привязка к собачьим мотивам не случайна. Дополнительное средство, с помощью которого Мартин Скорсезе создает на экране более-менее благодушную атмосферу семейного кино (со своими напряженными перипетиями, но все же без излишнего страха за жизнь героев), – эту животные. Вокзального инспектора сопровождает страшного вида ищейка, взаимодействие с которой рождает не одну забавную сцену.

 Говоря об атмосфере картины, особо стоит упомянуть и музыку Говарда Шора. У этого композитора есть склонность нагнетать напряжение и даже вызывать уныние. И режиссеры активно пользуются этим. В "Хранителе времени" напряженных и унылых сцен, хоть отбавляй. Однако, на этот раз композитор действует на несвойственном для себя контрасте. Не смотря на то, что режиссер рассказывает о не вполне приятных событиях, связанных с трагедиями в жизни героя, демонстрирует его обездоленность, музыка остается довольно оптимистичной. Будто бы поддерживает зрителя, сообщая (и обещая) ему, что все будет хорошо.

 Кино вместо магии

 Направление развития истории позволяет предположить, что это "хорошо" настанет благодаря отремонтированному механическому человеку, который добавит в жизнь главного героя немного волшебства. Будь это действительно так – и от известного нам Мартина Скорсезе в этом фильме не осталось бы и следа. Однако, волшебство в "Хранителе времени" проявляет себя совсем не так, как этого можно было ожидать, исходя из развития сюжета. Потому что для Мартина Скорсезе волшебство все-таки в первую очередь ассоциируется не с механикой, а с кинематографом. И приходит через кино.

 Хьюго Кабре знакомится с Жоржем Мельесом (Бен Кингсли), который когда-то был одним из пионеров кинематографа, а теперь – разочаровавшись в кино и жизни – работает безвестным продавцом игрушек. Это знакомство, в итоге, становится краеугольным элементом истории, а образ Жоржа Мельеса и рассказ о его выдающейся "жизни в искусстве" выходят на первый план.

 Словно подчеркивая значимость этой сюжетной линии, Мартин Скорсезе даже появляется в одном из исторических эпизодов в роли фотографа, который снимает Жоржа Мельеса, фиксируя его успехи для настоящих и будущих поколений. К слову, фото в данной ситуации, оказывается намного более долговечным "носителем", чем кинопленка: после Первой мировой войны практически все картины Жоржа Мельеса уничтожаются, а он – морально уничтоженный и занесенный в списки умерших – становится "мифическим" режиссером, фильмы которого существуют лишь в памяти благодарных зрителей.

 Как жизнь человеческая может в любой момент оборваться, так и фильм может навсегда исчезнуть и больше не существовать. Мартин Скорсезе, уделяющий значительные усилия сохранению и реставрации раритетных картин, знает об этом не понаслышке. Если поместить "Хранителя времени" в такую "охранную" перспективу, становится понятным, почему Мартин Скорсезе выбрал для себя этот семейный фильм. История кино и рассказ о роли Жоржа Мельеса в развитии киноискусства занимают его много больше, чем детская сказка об обретении нового дома сиротой.

 3D для "великого немого"

 "Хранитель времени" сделан в 3D. Учитывая, что фильм рассказывает об одном из первых режиссеров, который работал, пользуясь простейшими техническими приемами, решение снимать его, используя при этом самые современные технологии развлекательного кинематографа, выглядит достаточно парадоксальным.

 В одном из интервью, которые предшествовали выходу фильма в прокат, это решение режиссера активно поддержал гуру объемного изображения Джеймс Камерон, консультировавший Мартина Скорсезе на съемках. По его словам, тот подошел к использованию технологии с умом, как настоящий художник, добавивший новых красок в свою и без того очень палитру.

 В этом есть доля правды.

 Демонстрируя сложное действие часовых механизмов, с которыми возится главный герой и внутри которых проживает, а также – представляя захватывающие виды состаренного Парижа, Мартин Скорсезе успешно использует возможности технологии 3D. В полной мере "объем" задействован и в финальных сценах картины, когда с его помощью усиливается эффект присутствия зрителей, их участия в происходящих событиях.

 Впрочем, справедливости ради следует заметить, что этот результат Мартин Скорсезе вполне мог бы достигнуть и без 3D, исключительно благодаря игре человеческими эмоциями, которой он владеет в совершенстве.

 Не позволяя технологиям взять верх над собственно художественными интересами, режиссер даже своеобразно подтрунивает над современным поклонением перед 3D. В "Хранителе времени" модная новация служит для того, чтобы показывать молодому зрителю долгие сцены из старых фильмов Жоржа Мельеса, снятых на заре кинематографа. Черно-белые кадры более чем столетней давности, в которых магия рождалась с помощью простейших приемов, цирковых трюков, смекалки и энтузиазма их гениального создателя, таким образом, вновь оказываются в авангарде, поражая даже больше, чем эпизоды, обильно использующие компьютерную графику.

 В итоге, главная мысль, которую режиссер Мартин Скорсезе пытается донести в "Хранителе времени" (наряду со всегда важными семейными ценностями и необходимостью доброты), оказывается достаточно прозрачной. Время состоит из наших воспоминаний о прошлом и фантазий о будущем. И ничто не хранит их лучше, чем кино. Каким бы "устаревшим" оно нам ни казалось.