Нобелевскую премию за открытие СПИДа могут оспорить

премия 2008 года по медицине досталась трём вирусологам – немцу, французу и француженке. Половина премии, присуждённая за открытие ВИЧ, грозит скандалом: в решении Нобелевского комитета нет и слова об американской группе, открывшей ВИЧ одновременно с французами.

Если вспомнить специфику исследований, самостоятельно проводимых Каролинским медицинским институтом, совет которого ежегодно выбирает лауреатов соответствующей премии, то вручение награды за вирусологию покажется приятным исключением. Притом исключением, подтверждающим, что члены совета неукоснительно следуют наставлениям Альфреда Нобеля. Он завещал, что премия должна присуждаться не за увеличение мирового объема знаний или общие заслуги, а именно за открытие, ведущее к новому пониманию проблемы и методов её решения.

Именно такими стали открытия трёх вирусологов – Гарольда цур Хаузена, Люка Монтанье, Франсуазы Барре-Синусси.

Половину премии, 5 миллионов шведских крон (около 501 тысячи евро), 10 декабря получит немец Хаузен, доказавший, что большую часть случаев рака шейки матки вызывают несколько типов вирусов папилломы. Другую половину поровну поделят (по 2,5 миллиона) француженка Барре-Синусси и француз Монтанье, отмеченные самой престижной научной наградой за открытие вируса иммунодефицита человека (ВИЧ).

Практически одновременно с французами и независимо от них ВИЧ изолировали и американские учёные во главе с Робертом Галло из Национального института рака США. Последнее время конфликт разрешают по формуле «французы открыли ВИЧ, а американцы доказали, что он является причиной СПИДа», но отсутствие какого бы то ни было упоминания о Галло в решении Нобелевского комитета поразительно.

Посмотрим, станет ли это поводом для скандала и очередных обвинений в необъективности в адрес Нобелевского комитета. Тем не менее нет сомнений, что все трое лауреатов в полной мере соответствуют формулировке завещания Нобеля, просившего отметить ученых, «принесших наибольшую пользу человечеству». Ведь их исследования не только глубоко фундаментальны, но и еще нашли непосредственное клиническое применение.