Дядя Коля и госбюджет

В семь утра на Лукьяновке выдают первую порцию еды — двадцать граммов сахара и половину буханки хлеба местной выпечки. Вкусовые качества этого продукта заслуживают отдельного внимания. Внешне хлеб очень напоминает музейные экспонаты Второй мировой, демонс
Мы продолжаем сражаться с оккупантом на информационном фронте, предоставляя исключительно проверенную информацию и аналитику.
Война лишила нас возможности зарабатывать, просим Вашей поддержки.
Поддержать delo.ua

В семь утра на Лукьяновке выдают первую порцию еды — двадцать граммов сахара и половину буханки хлеба местной выпечки. Вкусовые качества этого продукта заслуживают отдельного внимания. Внешне хлеб очень напоминает музейные экспонаты Второй мировой, демонстрирующие, чем питались в блокадном Ленинграде. Съедобной можно считать только корку.

Правда, у мякиша есть свое преимущество — он отлично выбраживает, поэтому в тюремных условиях используется для приготовления самогона. Меню завтрака, обеда или ужина не отличается разнообразием: перловая каша с комбижиром (эта пищевая добавка хорошо знакома не только заключенным, но и солдатам), и суп с борщом. Вообще, кушать "первое" достаточно сложно — слишком кислое. Злые языки говорят, что это из-за уксуса, который нейтрализует запах гнилых овощей. В редкие дни заключенных "балуют" килькой и соленьями из зеленых помидоров. А еще солидное улучшение рациона отмечалось на Пасху и во время конституционного референдума.

У чиновника из ведомства Омбудсмена Нины Карпачевой, которая иногда проверяла условия моего содержания в Лукьяновском СИЗО, рассказы о тюремном меню удивления не вызывали: "А что ты хотел, если на питание заключенного ежедневно выделяется чуть больше 20 копеек плюс 6 копеек на лекарства (дело было пять лет назад)".

Я, вообще-то, ничего тогда не хотел, потому что каждую неделю получал передачи. Еще два моих сокамерника получали посылки от родственников где-то раз в месяц.

Так что тюремными "харчами" мы питались мало, как и большая часть "постояльцев" СИЗО.

Единственный из нашей камеры, о ком родные не вспоминали, — дядя Коля. Сидел он за то, что вместе с группой подростков воровал алюминий в подъездах жилых домов на Троещине. Набралось где-то на полторы тысячи гривен. Подростки, или вернее их родители, попросили дядю Колю не губить юные души и взять вину на себя. В изоляторе к тому моменту он сидел уже четыре месяца, ожидая суда.

И вполне вероятно, что впоследствии за свои алюминиевые пристрастия получил от слепой Фемиды пару лет.

О дяде Коле я вспомнил в связи с одной занимательной цифрой — в среднем содержание одного заключенного обходится государственному бюджету в сумму 1600 грн. в год. Получается, что за полгода сидения в СИЗО государство на дядю Колю потратит половину того, что он украл. А если дадут срок в пару лет, то вообще останется в убытках. Конечно, расчеты мои не учитывают воспитательного эффекта, однако вряд ли, оказавшись на свободе после отсидки, дядя Коля сможет найти себе достойную работу. А значит, рано или поздно снова возьмется за алюминий. Сколько таких троещинских мужиков среди 188 тысяч украинских заключенных, судить не стану. Однако, видимо, не так уж и мало.

Расчеты так увлекли, что я даже осмелился рассчитать прямые убытки госбюджета для персоны более известной, чем дядя Коля. Вот, например, Бориса Колесникова посадили в апреле нынешнего года. В апреле следующего он имеет все шансы пройти в парламент в составе какого-нибудь оппозиционного Блока Януковича, получит неприкосновенность и выйдет на свободу еще до решения суда. Получается, что за "Белый лебедь" его государство так и не покарает, а 1600 грн. потратит. Правда, тут, конечно, воспитательный эффект посильнее будет. И для самого Колесникова, и для других "старорежимных" олигархов.

Пару лет назад в ведомстве уполномоченного по правам человека подсчитали, что в Украине за решетку на время следствия и судебных разбирательств садят каждого третьего подозреваемого, тогда как в богатой Европе этот показатель раза в три меньше. Зачем вроде бы демократической, и тем более бедной стране 180 спецучреждений, на которые сейчас уходит почти миллиард гривен, не может сказать никто.

В профильных ведомствах откровенно признают, что ситуацию пока спасают разве что масштабные амнистии да лагерное руководство, закрывающее глаза на превышение нормы килограммов в передачах от родственников.

О необходимости разгрузки изоляторов и колоний говорят уже не первый год. Правда, ситуация от этого никак не меняется — достаточно глянуть на статистику количества спецконтингента. Привычка сажать, сформировавшаяся за десятки лет жизни в тоталитарной системе, для наших правоохранительных органов и судов — штука непреодолимая. Нужен воспитательный эффект. Вот только какой?

Бюджетное финансирование Госдепартамента по исполнению наказаний, млн. грн.

Год

Всего

В том числе на содержание спецконтингента

2000*

228

2001*

350

2002

480

205

2003

565

209

2004

764

242

2005

966

235

*В 2000-2001 годах в Госбюджете не предусматривалось отдельной строчки на содержание "спецконтингента"

Источник: Госбюджеты Украины в 2000-2005 гг.

Структура размещения спецконтингента пенитенциарной системы:

Всего

Тыс. чел.

%

188,0

100,0

В следственных изоляторах

38,2

20,1

В колониях минимального уровня безопасности с общими условиями

6,7

3,5

В колониях минимального уровня безопасности с облегченными условиями

1,6

0,8

В колониях для женщин

8,3

4,4

В колониях среднего уровня безопасности для осужденных впервые

52,7

27,7

В колониях среднего уровня безопасности для осужденных повторно

56,9

29,9

В колониях максимального уровня безопасности

4,5

2,4

В исправительных центрах

4,4

2,3

В лечебных учреждениях

11,0

5,8

В воспитательных колониях

3,2

1,7

В лечебно-трудовых профилакториях

0,5

0,3

Источник: Госдепартамент по исполнению наказаний