Инвестиционные (не) обязательства

Всю прошлую неделю власть агитировала потенциальных инвесторов вкладывать деньги в Украину. О серьезности намерений должен был свидетельствовать не только киевский мини-Давос, но и меморандум между Кабмином и парламентом о гарантиях прав собственности. Теперь остается дождаться, пока довольные радушным киевским приемом благовидные западные инвесторы вернутся с чемоданами денег. И, что не менее важно, вложат в экономику страны реальные, а не бумажные инвестиции

Несмотря на обещание премьер-министра Юлии Тимошенко "постелить прекрасные ковровые дорожки" для тех, кто решится вкладывать деньги в нашу экономику, в Украине пока не решена основная проблема — как обеспечить прозрачность будущих приватизационных сделок и наладить систему контроля за работой инвесторов.

Как известно, до последнего времени 90% "иностранных инвестиций" в Украину приходилось на наших же бывших или нынешних сограждан. Здесь они стараются прикрыться иностранными паспортами или звучными именами офшорных компаний и постоянно намекают — если власть начнет "обижать", то "заграница" им поможет. Соответственно, играли такие инвесторы по украинским деловым правилам, используя лазейки в законодательстве, непрозрачность процесса приватизации и связи среди высокопоставленных чиновников.

Одна из таких историй связана со скандалом вокруг превращения бывшего Северодонецкого государственного промышленного предприятия (СГПП) "Объединение Азот" в совместное предприятие (ЗАО "Северодонецкое объединение "Азот"). А также ролью, которую сыграл в этом процессе президент IBE Trade Corp. американский бизнесмен Алекс Ровт, он же Алексей Семенович Ровт (Киселев), уроженец Мукачево, в середине 80-х годов уехавший в поисках лучшей доли за океан.

Серьезные проблемы у третьего по величине в Украине производителя аммиака и минеральных удобрений начались несколько лет назад. На мировом химическом рынке тогда наблюдался некоторый спад, а в Украине за перспективное предприятие шла борьба между несколькими бизнес-группами, рассчитывавшими забрать его за долги. Именно в этот момент судьба и привела Алекса Ровта в Северодонецк.

Исходя из официальной биографии будущий владелец "Азота" выглядит живым воплощением американской мечты. Окончивший Львовский торгово-экономический институт и эмигрировавший через Венгрию в США, Ровт за несколько лет "прошел путь от простого менеджера до главы крупнейшей в своей отрасли компании с мировым именем". Очевидцы помнят, что еще в начале перестройки фирма Ровта поставляла по бартеру на тот же Северодонецкий "Азот" так называемые товары народного потребления (видеомагнитофоны, телевизоры, обувь и т. д.).

Алексу Ровту, благодаря тому, что IBE Trade является сбытовым партнером предприятия "Россошанские минеральные удобрения" (Воронежская обл.), а также имеет торговые офисы в США, Турции, России и Венгрии, удалось наладить экономические связи с украинским заводом. Причем, как оказалось, настолько прочные, что руководство "Азота" (точнее, управляющий санацией предприятия Алексей Кунченко) к 2004 году уже просто не мыслило завод без IBE Trade. Компания замкнула на себя хорошую часть сбыта продукции "Азота". Однако сотрудничество с мировым химическим трейдером не помогло предприятию расплатиться с кредиторами и прекратить процедуру санации.

Дальше — больше. На уровне правительства Януковича Ровту удается пролоббировать создание СП на базе СГПП "Объединение Азот". Мощности стратегического предприятия ориентировочной стоимостью $140 млн. достались американской компании по цене погашения кредиторской задолженности, составлявшей на тот момент около $10 млн.

Самое интересное, что частный инвестор Worlwide Chemical LLC, получивший в создаваемом совместном предприятии 60%, фактически не взял на себя четких и понятных инвестиционных обязательств, которые помогли бы вывести предприятие из кризиса. Нет их ни в плане санации, ни в документах конкурса по отбору инвесторов (в котором принимали участие только компании, представляющие интересы А. Ровта), ни в договоре о создании нового общества. Конечно, инвестор неоднократно заявлял о своих планах погасить кредиторскую задолженность предприятия, модернизировать производство и т. п. Однако если все эти вещи так и не были прописаны юридически — где гарантии, что в конечном счете обещания станут реальностью?

В подтверждение этого риторического вопроса стоит привести один пример. Деньги, перечисленные компанией Worlwide Chemical LLC за свою долю в создаваемом ЗАО "Северодонецкое объединение "Азот", до сих пор заводом так и не израсходованы ни на погашение долгов, ни на модернизацию. Сейчас, по некоторой информации, они просто лежат на депозитном счете. Конечно, учитывая массу судебных исков по поводу незаконности создания СП на базе Северодонецкого "Азота", расследование, которое проводит прокуратура Луганской области, и постоянные разговоры о грядущей реприватизации предприятия, нежелание Алекса Ровта тратить деньги вполне объяснимо. Однако есть ли гарантии, что когда страсти по поводу возврата производственных мощностей "Азота" государству улягутся, деньги, заплаченные Worlwide Chemical LLC за долю в СП, попросту не перекочуют назад за океан?

Интересно, что государство, которое потеряло от прихода на "Азот" Алекса Ровта больше всех, в последнее время начало относиться к ситуации в Северодонецке более спокойно. Если еще два месяца назад ЗАО "Северодонецкое объединение "Азот" неизменно упоминалось в так называемом "списке Кинаха", то теперь сам первый вице-премьер сообщил, что предприятие работает хорошо, а значит — причин для пересмотра результатов его приватизации нет. Впрочем, резко возросшая рентабельность работы "Азота" в 2005 году — вещь труднообъяснимая. Реальная модернизация еще не проводилась, оборудование то же, люди те же, поставщики и подрядчики не изменились, даже руководство новым предприятием осталось прежним. В общем, ничего не поменялось, за исключением финансовых результатов — по итогам первого квартала "Азот" получил около 100 млн. грн. чистой прибыли. При том, что старое государственное предприятие так и не смогло восстановить свою платежеспособность и вернуть кредиторам 14 млн. грн.