НИКТО НЕ НАДЕЕТСЯ НА ТО, ЧТО НЕ БУДЕТ КОНКУРЕНЦИИ

Пожалуй, за последние 3-4 года одним из самых ярких событий в телевизионном пространстве Украины стало появление "Студии "1+1" — компании, зарекомендовавшей себя высоким профессионализмом и качеством телепродукции. В рубрике "Top manager" известный режиссер-документалист, руководитель "Студии "1+1", Александр РОДНЯНСКИЙ

Ирина ИСАЕНКО

Александр РОДНЯНСКИЙ,

генеральный продюсер телерадиокомпании "Студия "1+1".

Родился 2 июля 1961 года в Киеве в кинематографической семье.

Закончил факультет кинорежиссуры Киевского театрального института им. Карпенко-Карого.

Режиссер более 20-ти документальных фильмов, среди которых "Миссия Рауля Валленберга", "Марш живих", "Прощай, СССР". Продюсер шести художественных фильмов, таких как

"1001 рецепт влюбленного повара", "Первая любовь", "Два месяца, три солнца" и др.

Заслуженный деятель искусств Украины. Президент Телевизионной академии Украины.

С августа 1995 года — руководитель телерадиокомпании "Студия "1+1".

— Александр Ефимович, расскажите, пожалуйста, что повлияло на ваш решение окунуться в мир кино?

— Я родился в кинематографической семье. И даже дом, в котором я рос, был расположен фактически на территории киностудии хроникально-документальных фильмов. И несмотря на разнообразные увлечения, характерные для детей моего возраста, я понимал, что иного пути, чем киноматограф, у меня нет.

По окончании школы учился в мастерской замечательного режиссера Феликса Соболева, встречу с которым считаю своей самой большой жизненной удачей.

— Как возникла идея создания "Студии "1+1" и какие задачи при этом ставились?

— В силу того, что кинематограф, вместе с распадом Советского Союза, "рухнул", стало совершено ясно, что в условиях кризиса единственно развивающейся областью вещания было телевидение. Поэтому, так или иначе, все стали думать о нем. С другой стороны, возникла естественная потребность украинского государства в создании совершенно нового ТВ.

Главное — понимать, что ты хочешь увидеть через пять, десять, пятнадцать лет

Было ясно, что единственной предпосылкой формирования будущего кинорынка является выживание в рамках телевизионного пространства. Телевизионные компании должны были стать естественными соучастниками кинопроизводства будущего. И все начали обдумывать разные варианты идей, одна из которых — создание команды и компании, способной построить свою деятельность на кинопоказе, программах культурно-познавательного и развлекательного свойства. Из этого родилась идея о новом украинском телевидении — более энергичного, свежего образца, — адресованном аудитории, в значительной степени идентифицировавшей себя как граждане нового независимого государства. Так и появилось "1+1".

— А само название?

— Случайно. Никогда не любил названий, что-либо означающих, каким-то образом что-либо подразумевающих.

"1+1" казалось актуальным, потому что мы начали работать на первом национальном канале, называвшемся "УТ-1". Первый канал и первый серьезный партнер. Не хотелось слово "два".

— Как проходило становление от режиссера к продюсеру?

— Это совершенно естественное развитие. Потому что режиссер в Советском Союзе в условиях бывшего советского кинематографа всегда был продюсером собственных фильмов. То есть каждый, на что-либо претендовавший режиссер, был продюсером.

А наличие бюрократических, административных и финансовых аспектов в работе продюсера кардинальным образом не отличается от того, что было в режиссерской работе.

— Никаких радикальных изменений?

— Конечно же, здесь есть своя специфика. Но для меня это представлялось необычайно логичным. Так или иначе я всегда считал, что занимаюсь одним и тем же. Я не менял ни профессии, ни способов своих взаимоотношений с действительностью.

— Каким образом строится система управления? Вы контролируете все звенья или выборочно?

— Нет, конечно. Честно говоря, желание контролировать все — очень плохое качество. Я очень много делегирую.

— Делегирование подразумевает доверие.

— Несомненно. Я причастен к ряду стратегических решений компании. Например, каким образом должен выглядеть канал в эфире, какого рода программы появляться, кто и как их должен делать. Технологией занимается в большей степени Владимир Оселедчик — исполнительный продюсер.

У нас нет мелочного контроля. Мы очень часто смотрим передачи только в эфире, а не так, как это было принято на советском телевидении — за 30 минут до эфира со всеми вытекающими последствиями.

— Какие принципы исповедуете в своей работе?

— Я не большой сторонник того, чтобы разрабатывать катахизис принципов, которым нужно следовать в руководстве. Всегда полагал, что наш опыт достаточно индивидуален и вряд ли переносим на других.

— Тем более, могли сформироваться новые, совершенно отличные от других принципы.

— Мы исходим из того, что нужно ясно представлять некий образ идеи, концепции, которую хотим реализовать. Главное — понимать, что ты хочешь увидеть через пять, десять, пятнадцать лет. Второе условие — достаточно жестко придерживаться того перечня решений и их способов, которые наиболее оптимальны и эффективны для реализации этого образа. Существуют система делегирования полномочий и система индивидуальной ответственности. Другого варианта нет. Мы ничем не отличаемся от любого другого более-менее качественно организованного бизнеса. Это желание сочетать достаточно жесткие регулирующие функции, характерные для частной компании, занимающейся серьезным делом, с характером несколько свободным, богемным. Поэтому все построено, с одной стороны, на структурных принципах — кто за что отвечает, а с другой — на факторе личных отношений и духе команды, что во многом отлично от наших друзей-конкурентов.

— Ваши личные пристрастия влияют на канал?

— Чего лукавить. Конечно, влияют. Но другое дело, что они уравновешиваются личными симпатиями и вкусами людей, работающих на канале. Менеджеры и ведущие в состоянии повлиять на мое решение. Если я не прав, всегда это признаю, если полагаю, что это разумно. Я не давлю. Есть масса программ или телесериалов, которые я не считал удачными.

— А по каким критериям вы их оцениваете?

— Они должны соответствовать облику канала — энергичному, активному, современному и интеллигентному. Должны присутствовать принципиальная нацеленность и направленность на конкретную аудиторию. Мне очень важно понимать, для кого передача планируется и кто ее должен смотреть. Третье — профессионализм, умение реализовать поставленные задачи. И последнее, что позволяет поддерживать разговор, — это, конечно же, степень успеха у аудитории, то есть те социологические показатели, на основании которых мы принимаем решение в пользу той или иной программы.

— Какова структура владения капиталом?

Главным и единственным нашим финансовым партнером является компания СМЕ — достаточно известная в центральной Европе хотя бы тем, что она объединяет семь каналов центральных и восточноевропейских стран, пять из которых являются лидерами ТВ в своих странах. Компания, занимающаяся исключительно телевизионным бизнесом, в отличие от многих других инвесторов и партнеров.

— Где ее штаб-квартира?

— В Лондоне, но основные деньги — американские. Компания была основана в 1993 году двумя бывшими послами США — послом Австрии Рональдом Лаудером, человеком, родившимся с миллиардами денег и старающимся их потратить со смыслом, известным меценатом, куратором Музея Современного Искусства в Нью-Йорке, кандидатом в мэры Нью-Йорка от республиканцев (в общем — крупной фигурой), и послом США в Венгрии, а также помощником Рейгана по Советскому Союзу Марком Талмером. Так появилась и развивалась эта компания. Через несколько лет работы в центральноевропейских странах она сумела выйти на мировой рынок и стала продавать акции на Нью-йорской бирже. Таким образом, это американские деньги, что во многом гарантирует стабильность и прозрачность бизнеса. Это очень важно, ведь если акции компании находятся на бирже, то масса структур — комитетов, прочих институтов следят за использованием общественных денег.

У нас с СМЕ замечательные отношения, и несмотря на то, что украинский рынок в значительной степени отличается от привычных для них даже чешского, словацкого, венгерского, словенского, они относятся к нам с пониманием.

Эта компания — стратегически важный для нас партнер, все деловые отношения регулируются законодательством Украины. Исходя из закона, определяющего лимит участия иностранных инвестиций в телекомпанию, СМЕ инвестирует 30%, остальные 70% — украинские.

— Оправдываются ли затраты существующих на украинском телевидении достаточно мелких телекомпаний?

— Я считаю, что это нормально. Все должны иметь свой шанс. Очень часто они не оправдываются, но это и является непременным условием рыночной экономики. Вы вкладываете, вы рискуете — это и есть то, что называется конкуренция. Главное, чтобы все происходило в рамках законодательства.

— Не кажется ли Вам, что телекомпания "Эра" проходит аналогичный путь становления на украинском ТВ (вы ведь тоже в свое время имели эфирное время на УТ-1) и в будущем может стать одним из главных конкурентов? Как относитесь к своим друзьям-конкурентам, как было подчеркнуто Вами выше?

— У нас традиционно хорошее отношение с каналом "Интер", нашим основным конкурентом. Если говорить об "УТ-1", то при всем уважении ко многим замечательным людям, там работающим, этот канал пока не составляет нам конкуренции. У нас дружеские отношения с "ICTV", "ТЕТ-а-ТЕТ". И я не вижу проблем, если мы будем строить наши отношения на коллегиальных принципах. С "СТБ" сложились конкурентные отношения, но тем не менее я считаю ее одной из лучших телекомпаний. У нас нет взаимоотношений жестких или натянутых, и, думаю, что не будет.

Что же касается телекомпании "Эра", то на данном этапе ее наличие на телеканале "УТ-1" является единственным сходством с нами.

Мы начинали все-таки бурно. А здесь я ничего не вижу: ни качественного продукта, ни интересных ведущих. Ну, это пока. Может быть, в будущем что-либо изменится. Чего я им и желаю.

Никто из нас не надеется на то, что не будет конкуренции, в будущем будет посложнее, чем сейчас.

— Хочется сравнить вас с российской телекомпанией НТВ, впервые показавшей своим зрителям в 1993 году, так же как и "Студия "1+1" в 1995-м, лучшие фильмы мирового кинематографа, но им понадобилось без малого два года, чтобы в полном объеме осуществлять вещание на четвертом канале. Сколько же вам потребуется времени, чтобы стать полноправным хозяином канала? Или вас удовлетворяет существующее положение вещей?

— Конечно же, не удовлетворяет. Максимум нам потребуется еще года два, чтобы убедить наших уважаемых коллег.

— А вообще, есть какой-то способ влияния на аппарат, который выдает разрешение?

— Это вопрос, касающийся национальной безопасности, политики. Это — информационная безопасность. Здесь нужно доверие со стороны государственных органов, в том числе и Национального совета Украины по телевидению и радиовещанию, по отношению к компаниям, которые на протяжении определенного времени показали себя законопослушными, заслуженно получив лицензию.

— Что будет представлять собой телевизионный комплекс, который вы планируете построить? Каким Вы его видите?

— Это будет помещение площадью в шесть тысяч квадратных метров, где будет 3 тыс. кв. м административных помещений и такое же количество съемочных павильонов. В любом случае, это будет не высокое здание, а горизонтальный вариант, как у большинства европейских телекомпаний.

— Чего сегодня не хватает "1+1"?

— Много не хватает. Не хватает неожиданностей, программы, которая "била" бы любой фильм, как это делает московский КВН...