Распад ЕС грозит Европе полной катастрофой

До сих пор ЕС удавалось достойно выходить из всех кризисов — финансовых, социальных и политических. Но на этот раз ситуация может обернуться иначе. Слишком далеко зашли противоречия между странами-участницами, слишком серьезными оказались долговые проблемы некоторых стран ЕС.

По сути "европейский дом" начинает больше походить на "взрывной коктейль" — повсюду усиливаются националистические движения, растут долги финансово неблагополучных стран-участниц.

Европа больше не решение, а проблема, считают эксперты. Для решения накопившего груза проблем от стран-участниц потребуются серьезные структурные преобразования, а также изменение формата диалога в рамках Евросоюза. В то же время игра стоит свеч, ведь cправиться с глобализацией и растущими всемирными вызовами в одиночку не сможет ни одна страна-член ЕС.

От мечты к кошмару

В то время как в Греции продолжаются протестные манифестации, в Брюсселе обсуждают, как предотвратить неумолимо надвигающееся банкротство страны. Уже давно никто не верит, что в следующем году Греция вернется на финансовые рынки, как это было запланировано. Государства ЕС готовы предоставить очередную помощь, но с большими оговорками. "Если выполнены условия, мы можем договориться о дополнительной программе, — говорит министр финансов Германии Вольфганг Шойбле. — Если нет, то мы узнаем, что произойдет с валютой, если она больше не в состоянии решать свои проблемы".

До сих пор подобные резкие формулировки еще не звучали.

Прошел ровно год после того, как Греция получила первый транш финансовой помощи, и сейчас речь идет о новой главе в драме, которой не видно конца. Главная проблема заключается в том, что Европа достигла такого состояния, что не может отвечать на вызовы, которые ставят перед ней государства-участники ЕС. Как уверяют эксперты, на кону — ни много ни мало — будущее ЕС. Многие надеялись, что 2010 год, в котором была запущена программа по спасению евро, останется в памяти как annus horribilis (лат. — ужасный год). Однако после того как в текущем году еще и Португалия потребовала помощи извне, ирландская программа помощи столкнулась с проблемами, а бедственное положение Греции все больше выходит из-под контроля, чрезвычайное положение становится обычным положением дел в ЕС.

Случайность?

Взаимные требования и трения все больше растут. Еще несколько лет назад невозможно было себе представить, чтобы какой-либо политик стал рассматривать выход своей страны из состава союза, если ему чем-то вдруг не понравился бы европейский курс. Роберто Марони, министр внутренних дел Италии, впрочем, недавно заметил, что его страна должна хорошо взвесить, "имеет ли смысл еще оставаться частью ЕС". В связи с потоком беженцев из Северной Африки Италию мало кто поддержал. Но когда Италия стала выдавать беженцам документы для дальнейшего продвижения по Шенгенской зоне, она тем самым спровоцировала дебаты на тему введения ограничений относительно свободы передвижения в рамках Шенгена. Таким образом, один из важнейших элементов союза, одно из его наибольших достижений, преимущества которого понятны любому жителю ЕС, легко попираются.

По мере того, как вера в европейский проект постепенно угасает, ей на смену приходит скепсис относительно судьбы евро. Даже Ангела Меркель, которая вступала в свою должность как защитница Европы, сегодня так отзывается о будущем союза, что глава фракции СДПГ (Социал-демократическая партия Германии) Франк-Вальтер Штайнмайер назвал ее "рупором противников Европы". В некоторых странах-членах ЕС уже появляются такие настроенные против Евросоюза партии, как Национальный фронт во Франции, глава которого Марин Ле Пен выступает против иммигрантов и требует выхода страны из ЕС. Впрочем, по мнению экспертов, возникновение таких партий — еще не самый худший вариант. "Гораздо хуже, когда власти приходится внимать аргументам какого-либо из крайних течений", — считает Янис Эммануилидис из Центра европейской политики в Брюсселе.

Онемевшие элиты

Как могла Европа стать проектом, который сегодня никого не восхищает. Почему мечта превратилась в кошмар? Финансовый кризис, а за ним и экономический, а сейчас и долговой, многое изменили в обществе. Пока что не радикально, но кризисные явления усилили имеющиеся негативные тенденции. Национальные течения в странах-членах ЕС стали более мощными, еще больше возросло недоверие друг к другу. Кризисы открыли глаза европейским государствам, насколько они зависимы друг от друга — чувство не из приятных, к которому приходится привыкать.

При этом сами европейцы стали замечать, как разительно они отличаются друг от друга. Социальные месседжи нередко в корне рознятся от страны к стране, в зависимости от ее финансового положения. Так, например, в Греции сейчас много говорится о чести нации, на которую посягают страны, дающие деньги. В платежеспособных странах — Нидерландах, Финляндии, Германии — напротив, политики и граждане выказывают опасения относительно финансирования обреченных экономик.

В случае с Грецией, чей долг в этом году превысит ВВП страны на 150%, экономисты считают, что реструктуризации не избежать. "Я не знаю ни одной такой страны, которая бы в мирное время имела столько долгов, как Греция", — говорит Клеменс Фуэст, ученый-финансист из Оксфорда и председатель научного совета министерства финансов Германии. "Греция уже больше года банкрот. Она не в состоянии оплатить свои долги", — подчеркивает руководитель Института экономических исследований в Мюнхене Ганс-Вернер Зинн.

Европейский центробанк опасается, что долговая проблема стран-участниц может дестабилизировать всю еврозону. Потребность реструктуризации финансово слабых экономик становится все более явной. Однако принудительную реструктуризацию член совета правления ЕЦБ Лоренцо Бини Смаги считает нереальной. Комиссар по валютным вопросам ЕС Олли Рен указывает на то, что для проведения реструктуризации в валютном союзе нет образцов для подражания, не говоря уже о фундаментальных исследованиях. Политика не справляется, панацеи нет. "Мы пробуем делать то, чего никогда не делали, — говорит министр финансов Шойбле с обезоруживающей прямотой. — Поэтому не все идет гладко".

Валютный союз дает понять странам-членам ЕС и даже тем государствам, которые не входят в еврозону, насколько связаны их судьбы. Долговые завалы соседей и отсутствие роста вдруг становятся проблемой для всех (см. график "Греция — наибольший должник Европы"). Крах евро даже для Великобритании станет плохой новостью, поэтому она и участвует в программе спасения бедствующих стран вместе со Швецией и Польшей.

Взаимозависимость не ограничивается только валютным союзом. Когда министр защиты потребителей Германии предостерегает население от употребления огурцов, спрос на них падает не только в Испании, но и в соседней Бельгии, продукция которой никогда не попадала под подозрение в заражении смертельным штаммом бактерии Ehec, и фермеры остаются "на бобах". Политики в отдельных странах могут сколько угодно возмущаться подобным положением дел, но от этого ничего не изменится, считают аналитики.

Как можно спасти ЕС читайте в печатной или pdf-версии "Инвестгазеты"