ВЯЧЕСЛАВ ЧОРНОВИЛ : "В НАШИХ СПИСКАХ НЕ БЫЛО НЫНЕШНЕГО ПРЕЗИДЕНТА КАК ВОЗМОЖНОГО КАНДИДАТА"

Политическая структуризация Народного

РУХа приходится на конец 80-х — начало 90-х годов. То время можно назвать "звездным часом" для РУХа: он вызвал всплеск национального патриотизма; заняв откровенную оппозицию коммунистической системе, выступил в роли того катализатора, который способствовал ускорению процессов провозглашения украинской государственности. При слове "РУХ", в воображении всплывают картины массовых митингов и демонстраций, лозунги создания независимого украинского государства и возрождения украинской духовности. Нужно отдать должное лидерам: для провозглашения таких лозунгов в конце 80-х требовалась определенная сила духа. Ведь тогда это называлось не национальным патриотизмом, а "антисоветской деятельностью".

Многое изменилось с тех пор. Парламентские выборы, состоявшиеся этой весной показали, что по силе влияния и числу приверженцев, РУХ занимает второе после КПУ место: по предварительным окончательным итогам ЦВК, НРУ набрал 9,4% голосов избирателей, что составляет около 2, 494 млн. человек. Однако сегодня это уже не та массовая, всенародная сила, какой РУХ был у истоков. Оппозиционность партии, влияние на ход политических событий значительно ослабли. Это обусловило потерю определенной части электората. По словам лидера НРУ Вячеслава Чорновила, 48 депутатов в парламенте — это не то, что нужно РУХу. Именно после этого и активизировались тенденции к объединению, которые давно провозглашались, но до последнего времени не были реализованы. Не так давно РУХ провозгласил о создании совместного блока с партией "Реформы и Порядок", не отрицая в перспективе возможности создания коалиции вокруг него. Причина проста: получить большинство на следующих парламентских выборах и не проиграть президентские.

— ВЯЧЕСЛАВ МАКСИМОВИЧ, как и у кого возникла идея создать Народный Рух?

— Идея создания РУХа возникла спонтанно, она шла снизу. Пришли времена "развала империи", так называемой перестройки. Они призвали низы к действию, а среди интеллигенции, бывших политзаключенных, политических деятелей нашлись люди, решившие возглавить это движение. Я припоминаю, как 17 сентября 1989 года мы вывели на улицы Львова 200-250 тыс. человек. Это была природная потребность резко изменить ситуацию, которая на тот момент сложилась в стране: шел развал коммунистической системы, сильно активизировались народные массы и этому нужно было дать какое-то оформление. Первая попытка создать во Львове "Демократический фронт содействия перестройке" состоялась летом 1988 года, но нас тогда разогнали с собаками и ОМОНом. В конце 1988 года, заняв национально-патриотические позиции, нашу идею поддержало большинство членов Союза писателей Украины. Благодаря этому, нам легче было защититься от своеволия власти. Мы смогли огласить программные положения НРУ. Начался интенсивный рост организаций Народного руха в областях. В сентябре 1989 года состоялось учредительное собрание НРУ. В 1993 году НРУ был перерегистрирован в виде политической партии, так как, будучи общественно-политической организацией, мы не могли участвовать в выборах.

— Как бы Вы оценили сегодняшнее место НРУ в обществе?

— Мы были вторыми на выборах этого года. Первыми были коммунисты. Но коммунисты — отмирающая сила. Вы посмотрите, во всех цивилизованных странах коммунистической партии либо вообще нет, либо она имеет очень незначительное влияние на общество. Коммунистическая идеология идет рядом с нищетой. Рух — партия будущего. Мы преодолели 4-процентный барьер по всей Украине, за исключением двух-трех областей, что свидетельствует о том, что мы партия общеукраинская, а не региональная, как некоторые утверждают.

— Каково на сегодняшний день Ваше место в РУХе?

— 1 марта 1992 года меня избрали сопредседателем РУХа, а в декабре 1992 года — председателем. Это был переходный период: из широкой фронтовской организации РУХ переходил к более суженной идеологической базе и постепенному преобразованию в политическую партию. Когда пришло время структурировать РУХ, сделать его более организованным, партийным, возникла потребность в новых людях. Возможно, более закаленных, с более четкой ориентацией, с большими организаторскими способностями. Как председатель Львовского областного Совета, я был тогда кандидатом от РУХа на президентских выборах. Объездил все области. И, очевидно, руководители областных организаций РУХа увидели во мне человека, который может изменить направление деятельности РУХа. Состоялся бурный 3-й съезд, на котором менялся вектор концентрации усилий и организационные принципы РУХа. Меня тогда выбрали. Я считаю, что приложил достаточно много усилий, чтобы РУХ стал тем, чем он есть теперь. Кто-то считает, что в сравнении с фронтом, РУХ наоборот ослабел. Но, на мой взгляд, фронт и партия — разные вещи. Фронтовская организация выполнила свою, в первую очередь, разрушительную функцию. Наибольшее творческое достижение РУХа — провозглашение независимости на руинах прошлого. Но когда нужно было создавать что-то новое, РУХ остановился. Стало ясно: нужны решительные перемены. Они произошли, и я как раз причастен к этому процессу.

— 2 декабря РУХ и ПРП заявили о создании совместного блока. Что послужило толчком к его созданию?

— Вы знаете, что последним "холодным душем" для центристских и правоцентристских сил были выборы в парламент этой весной. Мы проиграли эти выборы именно из-за нашей разобщенности и недоверия друг другу. Сам факт наличия 30 политических партий и блоков, из которых около 25 принадлежали центристам и правоцентристам, привел к растягиванию голосов, передаче депутатских мест левым силам и поражению.

То, что сейчас происходит у нас с ПРП — первый реальный шаг, который свидетельствует об определенной политической мудрости. Мотивом к созданию такого блока послужили будущие президентские выборы. Мы проиграли президентские выборы 1991 года, выборы 1994 года. Очень хотелось бы не проиграть президентские выборы 1999 года. Думаем мы уже и о будущих парламентских выборах, на которых такой блок может дать очень хороший результат. Не отбрасываем и возможности создания коалиции вокруг нашего блока, в которую вошли бы другие политические силы. Так что, как видите, у нас далеко идущие планы. Но, если кто-то не хочет так далеко идти с нами, может присоединиться к нам по вопросу совместного кандидата или большинства в президентских выборах.

— Кто выступил инициатором создания блока, кто сделал первый шаг: РУХ или ПРП?

— Вы мне скажите, кто кого выбирает в семье. Тогда я отвечу, выбрал я Пинзеника или он меня.

— Как Вы сказали, целью создания общего блока стало: получить большинство на следующих парламентских выборах и выиграть президентские. Получается, Ваш общий с ПРП блок — работа на перспективу. Дает ли этот альянс что-то уже сейчас?

— Это работа на перспективу. За один день ничего не делается. До президентских выборов осталось уже меньше года. Мы еще не согласовали общей кандидатуры: РУХ предварительно выдвинул меня и Геннадия Удовенко, а ПРП поговаривает о Викторе Ющенко.

— А как РУХ воспринимает кандидатуру председателя НБУ?

— Позитивно, но ведь он сам не дает согласия баллотироваться. Я думаю, если ситуация не изменится, ПРП согласится на наши кандидатуры. А у нас пока выбор из двух. Но все это предварительные наметки, впереди у нас очень много совместной работы.

— На днях состоялся съезд РУХа. Разработана ли уже программа действий (стратегия) для блока?

— Блок был создан как раз накануне съезда. Мы не разворачивали его работу, пока съезд не скажет свое слово. Съезд партии одобрил такое решение. И даже больше того: предложил, используя блок, создать более широкую структуру (коалицию) всех патриотических реформистских сил вокруг него. Что касается плана действий для блока, в ближайшие дни мы договорились с ПРП начинать наработку общих программных документов.

— Какие политические силы Вы видите близкими Вам в блоке или коалиции. Проявил ли уже кто-то желание к объединению?

— Прямо на съезде РУХа лидер Республиканской Христианской партии Николай Поровский заявил, что присоединился бы к нашему блоку. Что касается коалиции, уже более 10 партий подписали совместное заявление, что будут искать общую кандидатуру, которая позволила бы нам объединиться на президентских выборах. Среди них: Конгресс украинских националистов, РХП, Демократическая партия и другие. Некоторые из них, правда, существуют только номинально и не являются полностью сформированными партиями. Но даже голос партии, которая существует только на бумаге, тоже плюс.

Я бы хотел только предостеречь: не путать понятия блока и коалиции. Блок предполагает более тесное сотрудничество и единство взглядов. Коалиция — временное объединение, например, в отношении общего кандидата на президентских выборах. Близкими нам в блоке и коалиции я вижу партии правоцентристской и центристской направленности.

— Является ли действующий Президент для Вас приемлемым кандидатом?

— В наших списках не было нынешнего Президента как возможного кандидата, которого будет поддерживать блок.

— Какие теперь отношения

РУХа с действующим Президентом?

— Такие же, как и раньше. Мы поддерживаем те его действия, которые предпринимаются в интересах государства. И ведем жесткую борьбу с теми, которые могут навредить. Больше всего нам не нравится его кадровая политика. А именно: неумение сформировать четкую реформистскую команду, остановить разворовывание государства и наступление кланово-мафиозных сил. Это то, чего, к сожалению, не смог предотвратить Леонид Данилович.

— Каковы, на Ваш взгляд, шансы Кучмы быть избранным на следующий срок?

— У действующего Президента всегда есть в руках определенные механизмы, которые могут ему оказывать существенную поддержку. Но сегодняшняя ситуация в экономике не способствует его популярности.

— Предположим, в финал президентских выборов выйдет Леонид Кучма и представитель левых. Кого Вы будете поддерживать?

— Мы созовем наш руководящий орган, может даже съезд, на котором и будем решать эту проблему. Я не могу ответить за весь РУХ. Да и не правомочен сам решать такие вопросы. Если мы и пойдем на поддержку нелевого кандидата, то очень жестко обозначив условия нашей поддержки. Это и четкая кадровая политика, и четкое соблюдение реформистской программы. И создание коалиционного правительства, как наибольшей политической силы.

— Как Вы расцениваете реалии создания коалиционного правительства?

— Я думаю, что сегодня это малореально. В этом направлении мы делаем шаги, но, к сожалению, преградой созданию коалиционного правительства является фракция "Громада", которая по сути выступает с левыми. Если бы "Громада" переориентировалась, у нас хватило бы голосов, чтобы создать стойкое депутатское большинство. А создать коалиционное правительство, не имея стойкого большинства в Верховной Раде — это авантюра.

— Как бы Вы охарактеризовали действующее правительство?

— Я бы назвал его эклектическим. В нем нет ни единой команды, ни единой программы. Оно очень разношерстное и не способно вывести Украину из кризиса.

— Поэтому РУХ не хочет видеть своих представителей в высших эшелонах власти?

— Идти в правительство (занимать министерские посты) — значит взять на себя ответственность за него. Мы сегодня не контролируем правительство и если возьмем на себя такую ответственность, проиграем. Вхождение в низовые структуры власти мы не запрещаем: если есть возможность, пусть люди учатся, пробуют. Таким образом, мы создаем свой кадровый потенциал на будущее. Это наша давняя стратегия.

— Вы говорили, что существующее правительство не в состоянии вывести Украину из кризиса. А что Вы думаете о реформах?

— Они ползут. Да еще и зигзагообразно: иногда вперед, иногда назад. Это не реформы, а иммитация реформ. Возьмем, к примеру, приватизацию. В соседних государствах приватизация — это колоссальные поступления в бюджет, эффективно работающие предприятия. У нас же из недвижимости сделали средство торговли. Или налоговая политика. О каких реформах можно говорить, когда налоговый пресс сегодня "душит" производителя. Не лучше ситуация с инвестиционной политикой: страшный бюрократический аппарат, непоследовательные законы отнюдь не привлекают внутреннего и внешнего инвестора. Так что настоящие реформы еще не начинались. Какие-то наметки и сдвиги есть, но очень слабые и непоследовательные.

Екатерина Щеглова

ВЯЧеслав МаксимовиЧ Чорновил родился 24 декабря 1937 года в с. Ерков Черкасской области. В 1960 году закончил Киевский университет. С 1960-66 гг. работал на телевидении, радио и в редакциях газет. С 1970-72 гг. и с 1987-89 гг. издавал самиздатовский "Украинский вестник". В 1967, 1972 и 1980 годах арестовывался и осуждался на разные сроки заключения за "антисоветскую деятельность". В 1990-92 гг. — председатель Львовского областного Совета народных депутатов и облисполкома; с марта 1990 года — народный депутат Украины 12-го созыва, с февраля 1992 года — заместитель председателя Постоянной комиссии Верховной Рады Украины по вопросам гласности и СМИ, с марта 1992 года — председатель НРУ, с марта 1994 года — народный депутат Украины 13-го созыва, председатель подкомиссии Постоянной комиссии ВРУ по вопросам культуры и духовности, руководитель депутатской фракции НРУ; с 1995 г. — шеф-редактор газеты "Час-тайм". Автор ряда публицистических работ и книг: "Лихо з розуму", "Правосуддя чи рецидиви терору?", "Хроніка таборових буднів". Награжден Государственной премией Украины им. Т. Шевченко (1996 год), Международной премией Н. Томалина (1975 год).

o o o o