"За 3G лицензию можно получить 1,2 млрд. грн.", — считает министр транспорта и связи Виктор Бондарь

Этот год для стратегических объектов страны станет ключевым. Так, в ближайшие несколько недель будет объявлена программа приватизации "Укртелекома", уже осенью начнется корпоратизация "Укрзализныци" и будет запущена приватизация отечественных портов. Теле
Мы продолжаем сражаться с оккупантом на информационном фронте, предоставляя исключительно проверенную информацию и аналитику.
Война лишила нас возможности зарабатывать, просим Вашей поддержки.
Поддержать delo.ua

Этот год для стратегических объектов страны станет ключевым. Так, в ближайшие несколько недель будет объявлена программа приватизации "Укртелекома", уже осенью начнется корпоратизация "Укрзализныци" и будет запущена приватизация отечественных портов. Телекоммуникационные компании также ожидает сюрприз — в ближайшем будущем будет объявлен тендер на 3G связь. Стартовая цена будет от 500 млн. грн.

— Виктор Васильевич, расскажите, будут ли приватизировать "Укртелеком" в этом году и по какому сценарию. Известно, что сейчас правление компании разрабатывает план приватизации. Однако на собрании акционеров было решение развивать оператора. Чего же ожидать?

— Да, действительно, сейчас разрабатывается план. Но в нем будет описано не только то, как продавать компанию, но и что с ней делать в дальнейшем. Это касается и оптимизации корпоративного управления, и численности персонала и т. д. Многие из этих вопросов были описаны в предыдущих постановлениях Кабинета Министров. Однако было принято решение — свести все воедино и принять одним постановлением. Думаю, что через месяц-полтора его подпишут. И мы будем выполнять конкретную программу. А что касается продажи оператора, есть несколько сценариев. Сейчас как раз в политикуме и происходит обсуждение, как это правильно сделать.

— Какие варианты обсуждаются?

— В данном случае можно применить два сценария. Первый — повышать капитализацию и продать немного позже по более высокой цене. Второй — продать сейчас в том состоянии, в котором он находится. По моему мнению, наиболее приемлемый вариант — разбить на пакеты акций и продавать частями. На первом этапе выставить на Лондонскую биржу небольшой пакет — около 25%, и оставшуюся часть на украинском фондовом рынке. Это даст возможность привлечь инвестиции в нужном объеме на развитие компании. Вы должны понимать, что если сейчас в "Укртелеком" не вложить, то через 2-3 года это будет умирающая компания. Большая часть его абонентской базы — это малонаселенные пункты, этот сегмент не приносит ему хорошей прибыли. А если посмотреть, от какого направления можно получать хороший доход — то это международная и междугородняя связь. Но на этом рынке сейчас много альтернативных компаний, условия которых в большинстве своем более выгодны. После того как провести реанимацию предприятия, можно продавать контрольный пакет стратегическому инвестору. Такой подход принесет хорошую пользу. Во-первых, будет довольно разрозненный состав акционеров. Кроме того, мы получим стратегического инвестора, который гарантировано вложит деньги.

— Какая сумма необходима "Укртелекому", чтобы выжить?

— Я думаю, что на первых порах необходимо около 1,5 млрд. евро. Это для развития новых услуг и выведения ее из тупиковой ситуации. Есть еще одно "но". Вопрос в том, насколько государство сможет эффективно помочь развернуть 3G сеть. Нужно понимать, что если выходить на новый рынок, необходимо год-два на то, чтобы развернуть сеть. Год на то, чтобы набрать абонентов. И естественно, их можно заполучить, демпингуя рынок. Затем необходимо пару лет на то, чтобы вернуть вложенные деньги. Если государство сможет этим заняться эффективно, то хорошо. В противном случае, будет упущено время и через несколько лет будет не третье поколение, а четвертое, пятое, и эта лицензия не будет так ценна. Поэтому с моей точки зрения, гораздо эффективней впустить инвестора. Именно поэтому сейчас обсуждаются различные сценарии, как быть с оператором. К примеру, у меня есть еще один возможный вариант привлечения инвестора.

— Что он предполагает?

— Привлечь финансового инвестора, который будет готов вложить чисто рисковые деньги. Это будут именно ни кредитные, ни заемные средства, а именно рисковые. Суть в том, что инвестор вкладывает 1 млрд. евро в компанию. Взамен мы предоставляем ему 25% акций. Мы обязываем инвестора продать свою четверть акций вместе с оставшимися во время будущей приватизации. Ему возвращается четверть вырученной суммы. В данном случае, он либо проиграет, либо выиграет. Если компания продастся дороже чем за 4 млрд. евро, то он заработает, если нет — то потеряет. В данном случае инвестор сам заинтересован, чтобы вложенные средства использовались максимально эффективно. Контроль за использованием ляжет на инвестора. Но ни государство, ни "Укртелеком" не гарантируют возврат денег. Могу сказать, что, несмотря на то, что проект довольно рисковый, потенциальных участников проекта есть несколько. Все они зарубежные. Одна инвестиционная компания и три иностранных банка. К слову, один из них гарантирует, что через 5 лет продаст "Укртелеком" по цене в 7 млрд. евро. Однако такой проект будет трудно реализовать. На данном этапе я внес предложение на рассмотрение ФГИУ и Минэкономики. Они согласны, что это хороший вариант, но все понимают, что юридически его будет трудно запустить. Проще пойти по пути приватизации в лоб, но при этом получить меньше денег.

— Когда станет ясно, когда же компания будет продана и по какому пути?

— Думаю, вначале осени, когда парламент заработает. К этому времени на их рассмотрение предложат план.

— Все операторы сетуют на то, что им не выдают лицензию на 3G связь, а "Укртелеком" получил ее без проблем. Но недавно же был принят план распределения частот и проведена конверсия. Можно ли ожидать компаниям, что в этом году они также смогут получить лицензию?

— Давайте сейчас разберемся, что у нас есть с частотами, и тогда дадим ответ на ваш вопрос. Да, совершенно недавно была утверждена таблица и план распределения радиочастотного ресурса. Если ранее под контролем военных ведомств находились практически все частоты, и в гражданском использовании было только 0,4%, то в этом году все изменилось. Мы сумели отобрать у военных и вывести в гражданское использование 76%. Это огромный потенциал для развития и 3G, и 4G, и 5G. Кроме того, это даст возможность разворачивать другие технологии. Еще один важный момент — это то, что мы сумели сделать евроинтеграцию частотного ресурса. Что имеется в виду. Ранее все частоты были зарезервированы под военных, и при ввозе оборудования его приходилось сертифицировать под наш стандарт. Сейчас эта проблема отпала. Ввоз будет свободным. Кроме того, всю технику, которую мы используем в Украине, можно будет применять за рубежом, поскольку все стандарты едины. Точно также и для иностранцев. Если у него настроено на ноутбуке цифровое телевиденье, он его сможет смотреть и в Украине, при этом не перенастраивая.

Так вот, если вернуться к вопросу о получении лицензии. Думаю, что в этом году мы сможем выдать еще одну лицензию. В данном случае это зависит от Национальной комиссий регулирования рынка связи. Как быстро и слаженно они сработают. В принципе, законодательное и финансовое поле готово. Стартовая цена может быть около 500 млн. грн. И дальше операторы будут торговаться. В конечном итоге можно выйти на сумму 1,200 млрд. грн. Это вполне реальная сумма. Конечно, это зависит от того, кто будет участниками тендера. Если это будут европейские компании, цена будет выше. Мне бы лично хотелось, чтобы на рынок вошли и другие игроки — такие как Vodafone, T-Mobile. Мы бы получили разрозненный, немонополизированный рынок.

— Военные все время говорили, что не могут провести конверсию, поскольку у них нет на это средств. Где же они взялись?

— В бюджете была заложена сумма. Она небольшая — всего около 200 млн. грн. На самом деле, мы сейчас подготовили постановление, которое проходит согласование в министерствах финансов, экономики, юстиции и НКРС. Я предложил модель, на случай если кто-либо хочет освободить частоты и у государства нет денег на это мероприятие. Желающий может обратиться и заказать конверсию за свой счет. Затем, после того, как технически все завершат, будет объявлен тендер на освободившуюся частоту. Тот, кто освобождал на свой страх и риск, также становится участником конкурса и получает такое же право, как и все другие, выиграть тендер.

— А каков же смысл тогда компании вкладывать деньги в конверсию?

— Деньги ей будут возвращены, если она проиграет. Компенсация предусмотрена из той суммы, которую государство получит в результате конкурса. Если же выиграет тот, кто конвертировал, он просто доплатит разницу между той суммой, которая была вложена, и той, которая станет итоговой в результате торгов. Думаю, что этот механизм самый действенный. Если же компания зайдет на конверсию, то она будет любыми путями стараться выиграть тендер. В результате государство получит намного большую сумму по сравнению с тем, если бы вкладывало само и потом продавало. Кроме того, для нас это выгодно еще по одной причине. Деньги компания вкладывает сегодня, а в случае их проигрыша отдавать будем их завтра. Сейчас мы заканчиваем этот механизм отрабатывать. Если он будет принят, думаю, можно ожидать, что в течение ближайших трех недель будут первые проекты.

— Ожидают ли какие-то изменения в этом году "Укрзалицныцю"?

— Да, в сентябре мы будем выходить на корпоратизацию. Сейчас есть множество счетов, и нет нормального контроля, кто какие кредиты берет, кому какие средства нужны. Планируется, что это будет ОАО с двумя-тремя счетами. Где будет четко налажено бюджетирование, планирование и т. д. Этот вопрос уже решен.

— Планируется ли приватизация "УЗ"?

— Нет, это очень важный объект, он не может быть продан.

— Но по отношению к портам, наверное, такого категоричного отношения нет?

— Если посмотреть, их в Украине более 20, это больше, чем во всей Европе. Недавно была принята программа развития портов. Мы сейчас их рейтингуем, и планируется, что первые пять небольших портов будут приватизированы. Но нужно понимать, что это не продажа в классическом смысле слова. Акватория, причал, пограничный, таможенный контроль останутся под контролем государства. Под управление инвестора может перейти инфраструктура, которую он должен развивать. После того, как мы продадим мелкие порты, будем переносить этот опыт на большие.