Политика 01 января 2007 в 1:01

Фраза с пробелами

Эту фразу Кув де Мюрвиль никогда не произносил в слух, хотя много раз написал ее на бумаге. Даже я не могу ее процитировать в заголовке, так как она слишком вульгарна. Я даже не мог бы предположить, что подобное может написать человек столь благородного в

Всегда в солидном костюме, аккуратен, пунктуален, владеющий собой, немногословен и мало жестикулирующий. Всегда с каменным лицом, но ясным взглядом. Трудно найти другой такой образ идеального политика и дипломата. Свою карьеру Кув де Мюрвиль начал в 1944 году в совете союзников в Италии, где остался и после войны. Потом он работал в Египте, НАТО, США, Германии. Из Бонна перешел на должность министра иностранных дел Франции. Этот пост он занимал десять лет и, наконец, переехал в Matignon- штаб-квартиру французских премьер-министров.


Провокаторы-британцы


В январе 1963 года  министры шести стран Европейского экономического содружества (ЕЭС) обсуждали вопрос принятия в свои ряды Великобритании. Францию на этом заседании представлял министр сельского хозяйства Эдгар Пизани.  Обсуждались исключительно технические вопросы. В ходе совещания из Парижа пришла срочная информация: президент де Голль сообщил на пресс-конференции о неожиданном прекращении любых переговоров о членстве Британии в ЕЭС. Не зная как реагировать, Эдгар Пизани вернулся в Париж.


Как правило, по средам  проходило заседание французского правительства. Министры ожидали, что де Голль объяснит свое жесткое заявление по Великобритании. Но заседание проходило в обычном порядке. Только когда президент  вставал из-за стола, он пробормотал:


“Да… эта пресс-конференция … странное время, господа. Не успеешь что-то сказать, как уже истерика на весь мир. Англия - это остров, как и  Америка, она – не Европа. Спасибо вам, господа”.


Игра в молчанку


Эта фраза была единственным «багажом», с которым Пизани вместе с министром иностранных дел Кув де Мюрвилем вернулись в Брюссель, чтобы объяснить своим иностранным коллегам позицию президента Франции.


Начиная с аэропорта Ле-Бурже, де Мюрвиль был мрачен и молчалив. С этим настроением, не говоря ни слова, министр занял свое место в зале заседания в Брюсселе.


Его бельгийский коллега Поль-Анри Спаак взволнованным голосом обратился к французам: «Каждый из нас осознает серьезность слов, сказанных де Голлем. По этому поводу я бы хотел задать два вопроса нашему уважаемому коллеге, министру де Мюрвилю. Первый: французский президент заявил, что переговоры с Британией прерваны. Значит ли это, что переговоры отложены, или эта тема закрыта навсегда. Второй вопрос: по каким причинам прерваны переговоры?»


Тишина.


Кув де Мюрвиль не поднимая головы от своих бумаг, продолжал что-то писать. Сидящий рядом Пизани, который позже вспоминал об этом случае в своих мемуарах, заметил, что министр пишет только одну фразу. У других создавалось впечатление, что он пишет какое-то заявление, которое вот-вот должно внести полную ясность в происходящее.


Спаак, председательствующей на собрании, не дождавшись ответа, прямо обратился к де Мюрвилю: «Господин министр, вы слышали вопросы? - ответа не последовало. - Может быть, вы сперва хотите услышать мнение своих коллег, или все же будете отвечать сразу?».


«Как хотите, господин председатель», -  наконец забубнил де Мюрвиль.


«Уважаемые господа, если у вас есть вопросы, вы можете их задать господину французскому министру»,- объявил Спаак.


Снова тишина. В это время де Мюрвиль продолжал монотонно черкать в блокноте. Минут пять министр иностранных дел Франции продолжал водить ручкой по бумаге, и, наконец, заговорил: «Что касается первого вопроса…, - де Мюрвиль зыркнул на своего бельгийского коллегу, с которым встречался чаще, чем с любым другим европейским министром, - Франция сказала – переговоры прерваны».


Гробовая тишина. «Что касается второго вопроса, то я слишком уважаю своих коллег, чтобы в это позднее время утомлять их длительными объяснениями, суть которых и так понимают все. Спасибо вам, господин председатель». После этих слов, де Мюрвиль резко встал, молча вышел из зала, прямиком направился в аэропорт. Тем временем Пизани, удивленный поступком министра не меньше других, успел краем глаза посмотреть на фразу, которую де Мюрвиль написал в своем блокноте, может быть, сотни раз.


Она звучала: «Спаак меня подосрал».


Теперь скажите, мог я это написать в заголовке?

Подпишитесь на канал DELO.UA
Загрузка...
Новое видео
Борис Шестопалов: Что сегодня делает бизнес более устойчивым?
Загрузка...