Это новое delo.ua. Cайт работает в тестовом режиме

По местам боевой славы Игоря Бакая

Перед майскими праздниками мне представилась возможность побывать на ЮБК. И я решила воочию увидеть, что происходит со здравницами, проданными с легкой руки Игоря Михайловича во времена его руководства Государственным управлением делами

Перед майскими праздниками мне представилась возможность побывать на ЮБК. И я решила воочию увидеть, что происходит со здравницами, проданными с легкой руки Игоря Михайловича во времена его руководства Государственным управлением делами

Для экскурсии по бывшим вотчинам ДУСи у меня был всего один день. Для начала я решила съездить в "Форос" — один из чреды скандально проданных санаториев.

Выезжаю из Симферополя и полтора часа мчусь по дороге к Форосу. В Киеве идет снег, а я изнываю от палящего крымского солнца. Наконец "ГАЗель" останавливается. И, как оказывается, под забором самого санатория.

Еще три минуты — и я стою возле центральной проходной с будкой для охранников. Читаю на синей вывеске: "Санаторний комплекс "ФОРОС". Товариство з обмеженою вiдповiдальнiстю "АЕРОСВIТ КУРОРТ".

О скандальных приобретениях госсобственности авиакомпанией "Аэросвит" я знаю не понаслышке: в марте писала статью о резонансной сделке киевских авиаторов с аэропортом "Борисполь". Теперь вот — земля в Крыму.

Я иду уверенно, и охранник меня не трогает. Петляю по дорожкам между сосен и, наконец, оказываюсь возле центрального входа. Вспоминаю, что "Форос" причисляют к здравницам бизнес-класса. Но на меня серая санаторная махина образца "последние дни "совка" впечатления не производит.

Отправляюсь инспектировать санаторные окрестности. Библиотека с мемориальной табличкой о Горьком закрыта. Рядом с ней — видимо, бывшее жилое помещение с интересным объявлением: "В связи с реконструкцией корпуса №2 просим Вас освободить занимаемое жилье до 29 октября 2004 года". Дальше идут 12 фамилий и подпись: "Администрация ООО "Аэросвит Курорт". На дверях — массивный навесной замок. Из корпуса №2, как видно, жильцов выселили. Но ремонтные работы проводить там никто даже не собирался.

Захожу в главный корпус. В холле полным ходом идет стройка. "Салон элитного трикотажа" — читаю на отделанном пластиком киоске. Заглядываю в санаторную столовую: и здесь время остановилось где-то в конце 80-х, "совок" — "совком".

"За что люди платят в сезон $50-75, а в некоторых случаях — и $140 в сутки?" — пытаюсь понять. И сама себе отвечаю: "Наверное, за крымский воздух и высококлассное лечение".

Апрель для Крыма — это еще "мертвый" сезон. Поэтому в санаторном парке немноголюдно. Местные школьники и работники "Фороса" спешат по делам, устало прогуливаются семейные пары с детьми. Две молоденькие мамочки, видимо, местные, жалуются мне, что теперь им с детьми гулять будет негде: новые собственники "Фороса" собираются сделать санаторный парк платным.

"Как это так?! Был общий парк, а теперь взрослый заплатит за вход 10 грн., а ребенок — 6 грн.!" — возмущается самая бойкая из них.

Перед спуском на пляж встречаю пожилого мужчину в робе — санаторного слесаря — и спрашиваю:

— Как работается?

— Да как! Как в концлагере.

— Зарплату платят?

— Платят, но порезали, а людей посокращали. Ставки пустуют, а зарплаты остались старыми. Мотаюсь теперь.

Он также рассказывает, что новые собственники "Фороса" обещали трудовому коллективу поднять зарплату в три раза и повысить уровень санатория. Но пока ничего не меняется. "Конечно, всем это не нравится. И кто может, бежит отсюда. Люди увольняются в большом количестве", — разочарованно констатирует мой собеседник и добавляет: "А они ничего не боятся".

Его эмоциональный рассказ показался мне интересным, и я решаю пообщаться со старожилами "Фороса" поподробней.

Признаться, я знала, куда ехать. Моя коллега-журналистка как-то отдыхала в Форосе — снимала угол у одной из сотрудниц санатория. Ее-то я и решила расспросить о новых хозяевах здравницы. Женщина встретила меня почему-то с заплаканными глазами. "Я только с поезда — не обращайте на меня внимания", — сказала она мне.

Садимся на скамейку во дворе. Моя собеседница недоверчиво косится на диктофон и полушепотом предупреждает, что тут повсюду — глаза и уши. Но все же начинает свой рассказ:

— Вы знаете, что "Форос" продали не по закону?

Я выражаю удивление, а женщина продолжает:

— "Форос" оформили как подразделение санатория "Гурзуф". Но хоть революция и произошла, однако у нас ничего не меняется.

— А что происходит?

— С начала года новые собственники стали вкладывать сумасшедшие деньги в евроремонт. А еще у нас большие проблемы с общежитиями.

Моя собеседница рассказала, что живет в общежитии при санатории. Я видела — одноэтажные домики барачного типа, но аккуратные и чистые. После того как "Форос" "ушел" от ДУСи, жителей общежитий стал все больше беспокоить вопрос о будущем, а по поселку поползли слухи о возможной продаже жилых объектов и выселении всех лимитчиков.

— Так "Аэросвит" хочет забрать эти здания?

— Самое главное, что общежития числятся как складские помещения. А десятков людей, которые там живут, в документах нет.

— Как?! — возмущаюсь я.

— А так. У нас ходит много разговоров. Слышала еще, что Президент издал указ, чтоб "Аэросвит" забрал наш санаторий, сделал капитальный ремонт и отдал на баланс поселка. Но это частная фирма. И я знаю, что у нас здесь никакого жилья не будет. Они очень жадные — в этом я убедилась, потому что работаю в "Форосе". Экономится на моющих средствах, на лампочках, на наших зарплатах, а ремонт делается "крутой": ставят даже электронные замки в номерах и евроокна.

Дальше женщина рассказывает, что в апреле новый — назначенный из Киева — директор санатория поднял стоимость номеров, и из-за этого "Форос" потерял клиентов на майские праздники. Вместо запланированных 200 человек согласились, узнав новые расценки, купить путевки только 50.

Мы прощаемся. Я смотрю на часы и решаю, что пора отправляться исследовать следующий объект.

А "Зорi" здесь тихие

Дорожный указатель "Санаторий "Зорi України" я видела по дороге из Ялты к Форосу. И еще тогда решила, что на обратном пути заеду и туда. Но добраться до вожделенного места оказалось не так-то и просто. От автобусной остановки с указателем мне пришлось полкилометра спускаться вниз по асфальтной дороге. Оказалось, что "Зорi" находятся на отшибе и поблизости — ни одного населенного пункта. Жара стояла невыносимая, но я проявляла стойкость. Наконец вдали показались высокие металлические ворота с надписью "Пансионат "Мрия". "Мне дальше", — разочарованно констатирую я. Спускаюсь еще с одной асфальтной горочки и подхожу к долгожданной цели. Неприглядное одноэтажное строение — административный корпус здравницы.

И каким же оказывается мое удивление, когда я читаю на стальной вывеске, привинченной к стене шурупами: "Державне управлiння справами. Санаторний комплекс "ЗОРI УКРАЇНИ"

с. Сiмеїз-2 м. Ялта".

Перед поездкой в Крым я как раз читала бумаги Главного контрольно-ревизионного управления Украины. Там было четко указано, что "в результате незаконных действий руководства Государственного управления делами право собственности на имущество санаторного комплекса "Зори Украины" перешло к ООО "Синтез-Плюс". "Или не успели сменить вывеску, или я чего-то не знаю", — думаю.

Пока я фотографирую табличку и прячу фотоаппарат, возле входных дверей корпуса в это время собирается трудовой коллектив "Зори". Судя по разговору — сотрудники маркетингового отдела. Подхожу пообщаться:

— Говорят, что вас купила какая-то компания?

— Никто нас не покупал. А вам кто сказал?

Чувствую агрессивный настрой админработников и спешу разрядить обстановку:

— Так об этом все знают. И по телевизору сюжеты были, и газеты писали.

— Ничего подобного. Это происки "желтой" прессы. Работаем — как работали. Вон, вывеска же осталась прежняя: "Державне управлiння справами".

При мне были итоговые протоколы КРУ по сделкам ДУСи. Понимаю, что цитирование выдержек из этих документов может закончиться скандалом. И тихо перевожу разговор в другое русло:

— А Бакай здесь у вас отдыхал?

— Да, был… — начинает пожилая брюнетка с химией. Но ее перебивает рослый крепыш со шрамом и начинающейся лысиной:

— Зачем мы ему? У них своих госдач было полно. А это что? Рядовой санаторий.

Желаю недоумевающим "санаторщикам" всего хорошего и иду искать других собеседников.

В просторной комнате бухгалтерии в одиночестве скучает молодая женщина. Нахожу предлог: прошу поставить печать в мое командировочное удостоверение. Пока она ищет печать, я успеваю кое о чем расспросить. Она более информирована, чем коллеги. Или расположена к разговору.

— Говорят, вас купили?

— Да. Но только часть территории. Сам санаторий остался у государства.

— Что-то строят?

— Пока только купили. А земля стоит. Директор наш как раз сегодня уехал в Киев решать вопрос с санаторием.

— А вы довольны?

— Да работы нет. Посетителей как-то стало меньше. Иностранные делегации к нам перестали ездить.

На бывшей даче Брежнева

Время поджимало. К моему большому сожалению, я понимала, что съездить куда-нибудь еще мне не удастся: нужно спешить на поезд. Уже приехав в Киев, я решила провести телефонный репортаж и пообщаться с работниками бывшей дачи Брежнева — пансионата "Глициния", купленного российским "Внешторгбанком" как официальную резиденцию Владимира Путина в Крыму.

По указанному в интернет-каталоге телефону "Глицинии" мне ответил охранник. "Ты — местный или из Москвы?" — интересуюсь у молодого голоса. "Из Симферополя", — докладывает.

Спрашиваю, как позвонить в приемную директора пансионата. "А его нет", — бодро отвечает парень. "Как нет? — удивляюсь. — А кто же следит за пансионатом?". "Да есть там какой-то зам. Я по секрету дам его телефон, но вы не говорите, что узнали номер от меня". Благодарю за инициативность.

В приемной замдиректора милый женский голос мне ответил, что пансионат не работает. "Уже полгода". Спрашиваю: "Почему?". Все тот же голос объясняет: "В связи со сменой собственников".

— Здесь все корпуса стоят голые. И одна охрана.

— Я слышала, что пансионат возвращают государству…

— Нет, девушка. В ближайшее время мы работать не будем. Пока не решится вопрос с собственниками.