HR marathon Перезагрузка: Как пандемия повлияла на карьеру женщин

Вопрос, как решить проблему с продвижением карьеры женщин все еще неоднозначный и требует подробного и обстоятельного ответа

HR marathon Перезагрузка: Как пандемия повлияла на карьеру женщин HR marathon Перезагрузка: Как пандемия повлияла на карьеру женщин

Рынок труда всегда был "неравнодушен" к женщинам. Причем в худшем понимании этого слова. В большинстве стран, даже развитых и демократичных, разница между мужскими и женскими зарплатами всегда была в пользу первых (в среднем по странам ОЭСР (Организация экономического сотрудничества и развития) она составляет 13%, в Бельгии — 4%, в США — 18,5%, а в России, например, это самый большой по Европе отрыв — 28%, Украина отстает буквально на пару процентных пунктов).

Да и понятия "липкий пол" (карьера, которая остановилась или даже застопорилась на нижних ступеньках карьерной лестницы) и "стеклянный потолок" (невозможность занять топ-позиции, не афишируемая явно, но существующая в реальности) больше ощущаются и отражаются женщинами.

Конечно, существуют законодательные инициативы и общественные организации, ратующие за равноправие и требующие соблюдения равенства не только на страницах законов, конвенций и деклараций. До пандемии их деятельность была достаточно активной и имела определенный успех — сокращение разрыва в заработных платах, увеличение процента женщин в топ-менеджменте (да, благодаря квотам и лоббированию).

Но вопрос, как решить проблему с продвижением карьеры женщин все еще неоднозначный и требует подробного и обстоятельного ответа. Об этом мы с вами будем подробнее говорить на HR marathon 24 июня, а пока давайте разберем уже достаточно давно сформировавшиеся причины, почему большинству успешных женщин, даже без детей и семьи все равно сложнее строить карьеру. 

Как же повлияла пандемия на карьеру женщин "помогла или добила"?

С одной стороны, еще в доковидные времена большое количество женщин, имеющих детей, предпочитали карьере работу, которая могла им позволить совмещать и работу, и материнство.  Существовала даже теория компенсирующих различий, которая объясняла гендерную сегрегацию по секторам экономики и неравенство в зарплатах тем, что женщины выше ценят неденежные характеристики рабочего места — близость к дому, гибкость занятости, сокращенные часы работы, возможность работать из дома, социальный пакет, — которые позволяют им совмещать работу с воспитанием детей, тогда как менее комфортные условия работы мужчин компенсируются их более высокими заработками.

Так вот, если говорить о работе поближе к дому, женщины согласны оплачивать ее из своего кармана. Согласно исследованию Томаса Ле Барбаншона из Университета Боккони, Ролана Ратло из Уорикского университета и Александры Руле из INSEAD, женщины ценят продолжительность пути до работы на 20% сильнее, чем мужчины. Если бы для женщин время в пути на работу имело такое же значение, как для мужчин — то есть стало бы менее важным, — то гендерный разрыв в заработках сократился бы на 10%, рассчитали исследователи.  

А пока гендерный разрыв в устраивающей кандидатов продолжительности дороги до работы составляет 8% для одиноких женщин без детей и 24% для женщин, состоящих в браке и имеющих детей. Поэтому женщины получают работу ближе к дому, но за меньшую оплату. Эта закономерность присуща таким развитым странам как Франция и США. Женщины также чаще соглашаются на частичную занятость и временную работу.

Так что пандемия с ее удаленной работой сыграла на руку тем женщинам, для которых совмещение работы и материнства было критично важным. Но это один из немногих плюсов, который был скомпенсирован негативным фактором необходимости присмотра за детьми, когда садики и школы были закрыты из-за локдаунов и периодов изоляции. 

Такая дополнительная занятость добавила хлопот практически всем работающим матерям, хотя в разных странах ее влияние и, соответственно, уровень критичности, оценивается по-разному.   Наиболее высокие риски потери работы или сокращения рабочих часов в таких странах, как Австралия, Англия, Германия, Сингапур и США, наблюдались среди матерей, особенно с детьми младшего возраста.

По результатам опроса, проведенного в США и включившего первые недели первой волны пандемии, матери с детьми до 5 лет сократили часы работы в 4–5 раз сильнее, чем отцы. В Германии у отцов сокращение занятости также было меньшим, чем у матерей.

В Австралии, с одной стороны, выросло количество времени, которое с детьми проводили отцы, и разрыв между подобной нагрузкой родителей в домохозяйствах, где работают и мать, и отец, несколько сократился; с другой стороны, неоплачиваемая нагрузка матерей тоже возросла по сравнению с доковидными временами.

В Италии большая часть домашней работы легла на плечи женщин, хотя уход за детьми и был распределен несколько более равномерно между супругами. Исследование по Англии показало, что женщины уделяют гораздо больше времени дому и детям и большую долю своего оплачиваемого рабочего времени вынуждены "жонглировать" работой и ребенком. В Испании большая часть дополнительной домашней нагрузки также оказалась уделом женщин. 

Российский опыт показывает, что нагрузка на женщин в пандемию выросла в разы. Например,  Институт социально-экономических проблем народонаселения Академии наук проводил исследование: в среднем объем домашнего труда у женщин увеличился в полтора-два раза. Фактически ко "второй смене" (так называют работу по дому и уход за детьми и престарелыми родственниками) добавилась третья — организация домашнего обучения и досуга для детей.

Кроме того, на их плечи лег уход за теми, кто болел коронавирусом дома или был выписан из больницы. Одновременно с тем, что на женщин легла двойная нагрузка дома, около 49,4% опрошенных продолжали работать онлайн. И около 20% выходили на работу. Так что времени на полноценный отдых и восстановление у женщин фактически не оставалось. 

В результате некоторым женщинам в период пандемии пришлось уйти с работы по собственному желанию и попасть в полную экономическую зависимость от супруга или родственников. 

Даже когда матерям удается сохранить занятость и работать из дома,  их производительность  труда страдает сильнее, чем у отцов, поскольку они испытывают более высокую нагрузку семейными делами и чаще сталкиваются с помехами в работе. В перспективе это может повлиять на возможности их профессионального продвижения. Таким образом, пандемия усиливает гендерное неравенство на рынке труда за счет ослабления позиций женщин, особенно матерей.

Впрочем, женщины без детей тоже рискуют больше, чем мужчины.  В 17 из 24 стран ОЭСР больше женщин, чем мужчин потеряло работу. Например, в США, в отличие от предыдущих кризисов (например, глобального финансового кризиса 2008 г.), в 2020 г. именно женщины чаще, чем мужчины, теряли работу и были вынуждены сильнее сокращать свои рабочие часы.

В прошлые кризисы разница между мужской и женской безработицей могла составлять от 0,1 до 1,9 процентного пункта. В этот же кризис безработица среди женщин оказалась на 2,9% выше мужской. Аналогичная ситуация наблюдалась в Канаде и Испании.  

Одно из объяснений наблюдаемых изменений — различия в структуре занятости мужчин и женщин до пандемии. Данные отчета PwC показывают, что во всем мире 40% работающих женщин (почти 510 млн) заняты в секторах, которые, по мнению экспертов Международной организации труда, в наибольшей степени страдают от COVID-19, по сравнению с 37% мужчин, занятых в этих же секторах. Это туризм, сфера развлечения и отдыха, торговля и продовольственные услуги.

Кроме того, во многих развитых странах женщины чаще занимали рабочие места с нестандартными условиями занятости — неполной занятостью, на срочных контрактах, — которые также сильнее пострадали в ходе кризиса. Однако, женщин больше в так называемых жизненно важных секторах и профессиях — медицине, социальном обслуживании, образовании, общественном транспорте, торговле продуктами питания, — занятость в которых не сокращалась в пандемию.

Кстати, если всем странам ОЭСР удастся поднять уровень занятости женщин до уровня Швеции (81%), то ВВП всей группы этих странах может вырасти в долгосрочной перспективе на целых $6 триллионов. Больше всего выиграют страны с самым низким уровнем занятости женщин, такие как Мексика, Италия и Греция.

Итог -  нынешняя рецессия может замедлить продвижение гендерного равенства на многие годы, поскольку она подрывает положение женщин на рынке труда сначала из-за прямой потери занятости, а затем из-за потери профессионального опыта. Это может привести к росту разрыва в оплате труда мужчин и женщин во время рецессии и после нее (прочем, точный результат зависит, например, от развития ситуации во времени ограничения и характера посещения детьми школ, скорости и успешности вакцинации, наличия новых штаммов вируса и т.д.).

По расчетам аналитиков, последствия "коронавирусного" шока в этом плане в США будут преодолены в течение 18 лет, то есть, по сути, в течение жизни поколения, хотя большая часть созданного вновь неравенства будет ликвидирована за два-три года.

При этом автоматизация и роботизация не только не помогут успешному развитию ситуации, но и увеличат гендерный разрыв в зарплате, обнаружили экономисты ЕБРР: рост роботизации на 10% увеличивает зарплатный разрыв на 1,8%. Но это происходит в основном в странах с высоким уровнем гендерного неравенства.

Рост роботизации ведет к росту производительности и, тем самым, к росту зарплат на средне- и высококвалифицированных позициях (низкоквалифицированных роботы замещают). Соответственно, роботизация способствует тому, что у мужчин зарплаты растут быстрее, чем у женщин.

Стали ли эти цифры и тренды откровением?

"Ковидная ситуация и связанные с ней социальные процессы проявили уже имеющиеся тренды, сделав их яркими и очевидными", — считает профессор факультета социологии, доктор философских наук Анна Темкина. 

"Один из уроков пандемии —  отрицательные эффекты на женщин не уходят автоматически. Когда мужчина теряет в доходах в результате карантинных мер пандемии, то обычно восстановление происходит достаточно быстро. У женщин это восстановление либо не происходит вообще, либо происходит с большим-большим опозданием", — отмечает Ирина Гайда. Это означает, что государству и общественным организациям придется приложить значительные усилия для того, чтобы помочь женщинам вернуться хотя бы к доковидному уровню доходов и доступа к медицинским услугам. Не говоря уже о преодолении безработицы и возможностях карьерного роста.

Таким образом, несмотря на диджитализацию, пандемия усугубила положение женщин на рынке труда, фактически отбросив их на несколько десятков лет назад. Ну а о том, как противостоять этим трендам и почему карьера женщин важная для органически сбалансированного роста компании, я расскажу в своем выступлении на HR marathon 24 июня.

Татьяна Пашкина, карьерный консультант, автор книги "48 поучительных историй для HR" 

Загрузка...
Новое видео
"Стендап в Украине сейчас на хайпе": основательницы Business Stand Up Agency
Загрузка...