"Инфляционное давление будет увеличиваться, но угрозой оттока депозитов это не станет", –  директор-распорядитель ФГВФЛ Светлана Рекрут

"Инфляционное давление будет увеличиваться, но угрозой оттока депозитов это не станет", – директор-распорядитель ФГВФЛ Светлана Рекрут

  • Максим Беркаль

    Кореспондент раздела "Финансы"

Во время широкомасштабной войны украинская банковская система оказалась достаточно устойчивой. И даже несмотря на это, власть ввела 100% гарантию возврата вкладов в случае банкротства банков. Очевидно решение было принято, чтобы предотвратить панику и отток вкладов.

Мы продолжаем сражаться с оккупантом на информационном фронте, предоставляя исключительно проверенную информацию и аналитику.
Война лишила нас возможности зарабатывать, просим Вашей поддержки.
Поддержать delo.ua

Но если в первые дни войны и наблюдалось массовое снятие наличных денег, то со временем стало ясно, что граждане не спешат снимать средства с банковских счетов. Оказалось, что более надежного места для их хранения трудно найти. Об устойчивости банковской системы, присоединении государственного "Ощадбанка" к системе гарантирования вкладов и проблеме ликвидации банков с российским капиталом мы говорили с директором-распорядителем Фонда гарантирования вкладов физических лиц (ФГВФЛ) Светланой Рекрут.

О 100% гарантировании вкладов

Зачем было вводить 100% гарантирование банковских вкладов во время военного положения, если мы регулярно слышим заявления, что банковская система стабильна? Это был просто психологический жест, чтобы граждане не поддались паническим настроениям и не побежали снимали депозиты?

С.Р.: Во всем мире тема сбережений физических лиц – очень чувствительная. И когда мы принимаем решение, мы всегда учитываем комбинацию факторов. Особенно это важно в таких кризисных моментах, как война. Прежде всего, принимаем во внимание определенный паттерн поведения потребителя. Поэтому мы должны были и дали гражданам уверенность и стабильность в текущих кризисных обстоятельствах.

Но мы учитывали и экономические аспекты и мировую практику. Ведь введение 100% гарантии по вкладам – это не изобретение Украины. Это международный опыт, инструмент, который применялся в 1997 году в Японии, затем в 2000 году в Турции и еще несколько раз во время кризиса 2008 года. Такое полное гарантирование по вкладам, кстати, заканчивается, когда заканчиваются кризисные явления.

Это решение должно обеспечить нам достижение первоочередных целей – защита вкладчиков и стабильность банковской системы.

Если суммировать, это не пустая декларация. Мы смогли себе позволить такой шаг, потому что с одной стороны были уверены в устойчивости и ликвидности банков, а с другой - в наличии источников финансирования, если война затянется.

Не отразится ли каким-либо образом гарантия возврата 100% вкладов на депозитных ставках? Не придется ли клиентам банков заплатить более низкой процентной ставкой по депозиту за его гарантированный возврат в полном объеме?

С.Р.: Повышение отчислений банков-участников в Фонд могло бы отразиться на конечном потребителе. Но мы не увеличили сумму отчислений, а наоборот рассматриваем возможность определенного смягчения требований с точки зрения расчета рисков, чтобы банки не платили больше. Наша цель, повторюсь, обеспечение стабильности банковской системы. Принципиальная позиция Фонда – не увеличивать нагрузку на банковскую систему при пересмотре гарантированной суммы возмещения.

Если бы мы, защищая права вкладчиков, переложили бремя на банковскую систему, тогда, простите, это решение было бы непрофессиональным. А мы рассчитываем на то, что таким органическим способом банки будут обеспечены ликвидностью.

Ожидаем ли мы, что ставки по банковским вкладам будут снижаться? Не думаю. На самом деле, тенденция к снижению процентной ставки по вкладам физических лиц наблюдается уже несколько лет. Думаю, ставки достигли рыночного равновесия.

Недавно глава НБУ Кирилл Шевченко заявлял, что в конце этого года инфляция может превысить 20%. Не прогнозируете ли вы отток депозитов физлиц из банковской системы?

С.Р.: Конечно, мы понимаем, что инфляционное давление будет увеличиваться. Сегодня инфляция составляет уже около 16%. Все видят, что делается с ценами на горючее, с ценами на другие категории товаров. Однако что касается депозитов, то я не думаю, что мы будем видеть отток средств со счетов. Во время войны у людей нет более надежного места для хранения денег, чем банк.

К тому же после начала войны существенно выросли безналичные платежи. Люди больше пользуются картами. Если у нас в банковской системе превалируют безналичные платежи, то даже при росте потребления депозиты физических лиц переходят в средства юридических лиц. И это то, что мы видим в последнее время. Сейчас остатки средств на счетах юрлиц начали расти. А это признак того, что экономика начала постепенно восстанавливаться, выходя из шокового состояния. Она начинает работу. Соответственно, это и нашло отражение на счетах юридических и физических лиц.

О ликвидации банков с российским капиталом

Относительно "МР банка" и Проминвестбанка (ФИО) – банков с российским капиталом, которые сейчас признаны неплатежеспособными и ликвидируются. Среди самых крупных должников этих учреждений, имеющих просрочку по кредитам, известные украинские компании, которые, как вы на днях говорили, нормально работают. О каких именно компаниях идет речь?

С.Р.: Я не могу назвать эти компании. Для этого у меня есть юридическое основание и понятие банковской тайны.

Но я могу из опыта ликвидации почти 100 банков рассказать о модели поведения заемщиков в целом. К сожалению, мы очень часто видим ситуацию, когда неплатежи по кредитам – результат сознательного решения заемщиков не возвращать долги, а не следствие действия экономических факторов.

Между тем, сейчас ситуация крайне тяжелая и мы понимаем, что уровень кредитного риска будет только расти. То есть предприятиям будет труднее обслуживать свои обязательства. Даже в контексте физического разрушения части их бизнес-инфраструктуры. Поэтому говорить сейчас, что причина невыполнения обязательств заемщиками – это результат только негативной модели поведения, с моей стороны было бы некорректно.

Впрочем, кредитный портфель ФИО и МР банка – это кредиты, которым много лет. Эти дела тянутся еще из предыдущего банковского кризиса. Конечно, все эти кредиты компаний-должников отработаны с точки зрения юридической работы на 100%. Может возникнуть вопрос: в чем тогда проблема справедливо взыскать с компаний денежные средства.

Здесь я вернулась бы к защите прав кредиторов. У нас на сегодняшний день нет прямолинейной процедуры по взысканию задолженности и залогов. Суды иногда затягиваются на 10-15 лет.

Законодательство Украины с точки зрения прав кредиторов (взысканий, банкротств) значительно улучшилось со времен прошлого кризиса. Но все же для наших законодателей еще много работы. И я ожидаю дня, когда мы сможем прогнозировать свою претенциозную работу на перспективу не более чем на два года. Но пока это гораздо длиннее сроки.

Не секрет, что перед российскими ВТБ, Проминвестом, Сбербанком стоял план по активному наращиванию кредитования украинских госструктур. Простит ли последним долги? И не получается ли так, что НБУ заберет у банков рефинанс, а у ФГВФЛ будет отсутствовать необходимая ликвидная масса для выплат?

С.Р.: Здесь следует отметить, что МР банк и ФИО не имеют задолженности перед Нацбанком по кредитам рефинансирования. У ФИО почти нет вкладчиков. Сумма гарантирования там составляет около 3,4 млн. грн. Это банк, долго не активный на рынке, он был под санкциями и запретами суда. Фактически финучреждение находилось в спящем режиме. Соответственно, там будет стандартная процедура ликвидации, по которой средства, полученные от продажи и управления активами, будут направляться на удовлетворение требований кредиторов, и мы ожидаем, что требования всех кредиторов мы удовлетворим.

В МР банка ситуация несколько иная. Там большая сумма гарантирования – около 1,2 млрд грн вкладов физических лиц. К моменту принятия решения о ликвидации МР банка он имел достаточно ликвидности, чтобы покрыть выплату вкладчикам гарантированных 200 тыс. грн и даже выплату обязательств в следующей очереди кредиторов.

Кроме того, существует решение СНБО и указ Президента, в соответствии с которыми состоится   частичное изъятие активов этих банков. Что касается МР банка, то там предусмотрено изъятие части ликвидных средств. Между тем остатка на текущих счетах должно хватить, чтобы обеспечить возврат вкладов физлицам. Денежные средства юридическим лицам мы будем возвращать после реализации активов банка, прежде всего объектов недвижимости, находящихся на его балансе. Поступлений от продаж, по нашим оценкам, будет достаточно, чтобы удовлетворить требования всех юридических лиц.

Пока рынка недвижимости в условиях войны практически нет. Работа реестров только восстанавливается. Поэтому в начале агрессии мы приняли решение приостановить продажу активов. Сейчас готовимся возобновлять продажи. Рынок должен уравновеситься. Благо, государство утвердило компенсационную программу в случае физического разрушения недвижимости. Мы еще не понимаем всех деталей механизма компенсации, но это очень важно.

Относительно национализации "МР банка". Государство планирует конфисковать его ОВГЗ, после чего Минфин не будет виноват финучреждению. О какой именно сумме средств идет речь? С этого времени министерство финансов будет должно по этим облигациям кому-то другому или вообще никому?

С.Р.: Да, МР банк имел на своем балансе ОВГЗ на сумму 9,5 млрд грн. И в рамках решения СНБО эти ОВГЗ также будут изъяты. Другими словами, государство не будет должником банка.

Об участии Ощадбанка в ФГВФЛ

Почему государственный Ощадбанк стал участником ФГВФЛ на льготных условиях?

С.Р.: Что такое льготные условия? Первое – законодатели разрешили Ощадбанку при вхождении в Фонд платить не 1% от уставного капитала, а 1% от регулятивного капитала. Логика состоит в том, что обычные правила формировались для новосозданных банков, в которых оба вида капитала, как правило, совпадают по размеру.

Учитывая, что Ощадбанк поступает в ФГВФЛ не во время создания, а уже будучи зрелым финучреждением с 30-летней историей существования, расчет производится на уровне 1% от регулятивного капитала. Это более целесообразно даже с учетом рисков.

Также – в первые три года банк будет платить не дифференцированную, а базовую ставку сбора в Фонд. Необходимость этого вызвана тем, что банку требуется период для адаптации к платежам в ФГВФЛ. К тому же, при определенных условиях это могло бы потребовать вмешательства Минфина.

Учитывая, что Фонд гарантирования должен средства Министерству финансов, здесь возникала бы определенная нелогичность, неэффективное обращение средств: Минфин дает средства Ощадбанку – Ощадбанк отдает средства ФГВФЛ – ФГВФЛ отдает деньги обратно Минфину. Поэтому и было принято решение, что Ощадбанк первые три года уплачивает базовую ставку, приводя постепенно свои показатели в соотвествие с нашими требованиями.

Останутся ли в Ощадбанке 100% гарантий по депозитам и после войны? Останутся ли 100% гарантии после войны вообще для банковской системы? Если нет, к какой сумме гарантий вернемся?

С.Р.: Что касается гарантий, то Законом предусмотрено, что в течение полугода со дня вхождения Ощадбанка в Фонд будут сохраняться полные гарантии государства. После завершения этого срока для банка вводятся единые для банковской системы условия гарантирования вкладов: на период военного положения и в течение трех месяцев после его завершения – 100% возмещение средств физических лиц, после этого – гарантированная сумма возмещения по вкладам составит 600 тыс. грн по вкладу.

О капитализации и долгах Фонда

Какова сейчас задолженность ФГВФЛ перед государством? Есть ли планы привлекать дополнительные средства? Рассматривается ли вопрос инвестирования средств, которыми управляет ФГВФЛ?

С.Р.: Фонд гарантирования полностью реструктуризировал свои долги перед государством (Минфином) и полностью капитализирован. Месяц тому назад мы подписали с Министерством финансов договор о реструктуризации наших долгов. Потому сейчас они стали условными. И на сегодняшний день мы имеем 45 млрд грн обязательств перед Минфином в виде основного долга, но он условен, и привязан к поступлениям от банков.

Проценты по кредиту ФГВФЛ от Министерства финансов также перешли в категорию условных обязательств и привязаны к поступлениям Фонда, в частности, от работы со связанными лицами. С Нацбанком, как известно, Фонд гарантирования полностью рассчитался.

То есть, на сегодняшний момент Фонд гарантирования не имеет прямых долгов перед Министерством финансов, имеет положительный капитал и полностью капитализирован.

На сегодняшний день оснований для обращения Фонда за дополнительным финансированием к государству нет. Фонд обладает достаточной ликвидностью, чтобы покрыть все риски. Если же будут дополнительные, непрогнозируемые потрясения, а такое во время войны мы исключать не можем, то по закону ФГВФЛ имеет право обратиться в НБУ или Минфину за дополнительным финансированием.

Фонд также имеет возможность обратиться в Министерство финансов за безвозвратной финансовой помощью.

Что же касается управления ликвидностью, то Фонд активно вкладывает средства в облигации внутреннего государственного займа (ОВГЗ) с разными сроками погашения.

И на протяжении всех последних лет Фонд покрывает все свои операционные расходы, в том числе по взысканию средств со связанных лиц именно за счет процентного дохода. Поэтому можно сказать, что Фонд живет больше на средства, полученные от управления ликвидностью, чем за счет расходования взносов банков-участников.