Конец произволу силовиков? Что изменится для бизнеса в случае принятия закона "Маски-шоу стоп"

Через полгода после одобрения парламентом в первом чтении изменений в Уголовный процессуальный кодекс относительно усовершенствования гарантий защиты субъектов хозяйствования при осуществлении уголовного производства народные избранники совместно с участниками рынка, экспертами и представителями тех же силовых структур собрали пожелания всех заинтересованных сторон в редакции законопроекта №12439 ко второму чтению. В ближайшее время документ может быть вынесен на рассмотрение в сессионный зал парламента.

Delo.ua собрало оценки депутатских наработок со стороны стейкхолдеров.

Что изменится для бизнеса

Законопроект №12439 появился на свет как ответ на реальные проблемы бизнеса, переросшие в системную угрозу для экономики страны и послужившие основанием для встреч бизнеса с Президентом Украины Владимиром Зеленским в 2024 и 2025 годах. Результатом этих встреч стало создание Совета по поддержке предпринимательства в условиях военного положения. Рост количества обращений предпринимателей по поводу чрезмерного давления, злоупотребления процессуальными инструментами и несвоевременного реагирования правоохранительных органов на жалобы субъектов хозяйствования продемонстрировали: без системных изменений в уголовном процессе невозможно обеспечить справедливые и равные правила для всех участников процесса.

"Принятие законопроекта №12439 во втором чтении станет качественным шагом в направлении создания более прогнозируемого и справедливого уголовного процесса", — уверена заместитель председателя Комитета защиты бизнеса и прав собственности Федерации работодателей Украины Олеся Снегирева.

Для бизнеса это означает :

● Изменение практики бессрочных арестов средств (ч.3 ст. 170 УПК)

Боль бизнеса: счета могли быть заблокированы бессрочно, даже по делам контрагентов. Это парализовало работу предприятий.

Что изменяет закон: вводится четкий срок ареста — до 4 месяцев. Продление срока ареста возможно только по новому, мотивированному решению суда. Бизнес получает предсказуемость и конец практики "вечных арестов".

● Уменьшение возможности злоупотреблять "неотложными" обысками без оснований для таких обысков (ст. 233, 234, 172, 309 УПК)

Боль бизнеса: обыски часто проводились под предлогом "неотложности", даже когда таких оснований не было.

Что меняется: вводятся предохранители — собственника имущества обязаны уведомить о заседании суда после обыска для процесса легализации такого неотложного обыска, он имеет право присутствовать, привлекать свидетелей, подавать доказательства и обжаловать решение о такой легализации в апелляции. Раньше такой возможности не было. Это делает процедуру прозрачной и уменьшает возможности злоупотреблений.

● Ограниченные права бизнеса при допросе (ст. 96 УПК)

Боль бизнеса: только следователь или прокурор могли задавать вопросы потерпевшему, бизнес оставался "молчаливым".

Что меняет закон: теперь бизнес может задавать вопросы. Это делает процесс более прозрачным и справедливым.

● "Подвешенное" имущество и документы (ст. 98 УПК)

Боль бизнеса: изъятые вещи или документы годами не имели статуса доказательств, отсутствовали определенные сроки предоставления статуса доказательств, что блокировало их возврат, использование и часто означало остановку хозяйственной деятельности.

Что меняет закон: следователь обязан своевременно принимать постановление о признании предмета доказательством. Это делает невозможным затягивание и правовую неопределенность в отношении изъятого имущества.

● "Пропавшие" или "подброшенные" вещи при обыске (ч. 2 ст. 104, ч. 2 ст. 105 УПК)

Боль бизнеса: не все изъятое фиксировалось в протоколе, что создавало простор для манипуляций.

Что меняет закон: все изымаемое обязательно вносится в протокол. Если же — нет, то доказательство автоматически становится недопустимым в суде.

● Формальные решения суда без изучения обстоятельств (ч. 6 ст. 132 УПК)

Боль бизнеса: суды часто принимали решение "на автомате", без глубокого анализа, часто из-за отсутствия полномочий.

Что меняет закон: суд может вызвать свидетелей, экспертов и исследовать материалы при решении вопроса ареста или обыска. Решения становятся более обоснованными.

● Повторные ходатайства от правоохранителей (ч. 8 ст. 132 УПК)

Боль бизнеса: даже после отказа суда правоохранители снова подавали те же ходатайства, истощая бизнес процессуальными действиями.

Что меняет закон: повторные ходатайства возможны только при наличии новых обстоятельств.

● Неограниченное время ожидания доступа к документам (ч. 4 и ч. 8 ст. 163 УПК)

Боль бизнеса: ходатайства о временном доступе к изъятому имуществу могли рассматриваться длительное время, без ограничения в сроках.

Что меняет закон: максимальный срок рассмотрения — 15 дней. Если подавшая ходатайство сторона не пришла на заседание — оно остается без рассмотрения.

● Затягивание возврата имущества после отмены ареста (ч.5 ст. 174, ст. 175 УПК )

Боль бизнеса: предприятия ждали месяцами, чтобы вернуть свое имущество даже после снятия ареста.

Что меняет закон: если арест имущества отменен, вернуть его владельцу нужно не позже, чем через 30 дней. Это ставит конец затягиванию процесса.

● Возбуждение уголовных дел "для статистики" (ст. 214 УПК)

Боль бизнеса: уголовные производства по ст.191 УКУ открывались без достаточных оснований, что могло использоваться как инструмент давления.

Что меняет закон: данные в ЕРДР об открытии уголовного производства по ст.191 УКУ теперь может вносить только руководитель органа прокуратуры и только при наличии достаточных доказательств. Это ограничивает практику открытия дел по количественным показателям или по надуманным основаниям.

● Возможность обжаловать "неправильную" подследственность (ст. 216 УПК)

Боль бизнеса: дела могли расследоваться "не тем" органом, создававшим пространство для манипуляций и злоупотреблений.

Что меняет закон: бизнес имеет право ходатайствовать об изменении подследственности, а прокурор обязан быстро рассмотреть такой запрос.

Все вышеуказанное, уверена Олеся Снегирева, повлечет за собой то, что правоохранители станут более осторожными в обращении с бизнесом.

"Во-первых, процедуры и сроки теперь четко очерчены: их нарушение будет иметь процессуальные последствия (отмена постановлений, недопустимость доказательств), усиливается контроль за процессуальными решениями правоохранителей и прокуроров в целом, увеличивается риск апелляционной проверки для "неотложных" обысков. Вместе это создает сдерживающий эффект и отсекает практики, которые использовались для давления", — поясняет собеседница Delo.ua.

Вместе с тем, отмечает советник юридической фирмы Asters Орест Стасюк, ситуация с указанными изменениями в Уголовном процессуальном кодексе выглядит довольно хаотичной — слишком много правок от разных стейкхолдеров.

"Сейчас на самом деле трудно точно сказать, какой вариант будет вынесен на обсуждение и голосование, и что в итоге останется от первоначального проекта", — предупреждает юрист.

Сложность задачи состоит в том, чтобы найти баланс между интересами всех сторон уголовного процесса — и бизнеса, и силовиков. С одной стороны, бизнесу нужна ясность и гарантии, что дела не будут "вечными". С другой стороны, — чтобы изменения фундаментально не навредили высокорисковым производствам, в частности, касающимся национальной безопасности и топ-коррупции.

О том, что праздновать "победу" бизнеса над силовиками рано, говорит специалист Экономической экспертной платформы по правовым вопросам Ефрем Лащук. Так, в редакции законопроекта ко второму чтению появились правки, вызывающие беспокойство. В частности, речь идет о расширении полномочий прокуроров в части открытия уголовных производств. Это создает коррупционные риски, потому что в одних руках сосредотачиваются полномочия по внесению сведений в ЕРДР.

"Значительное внимание народными избранниками и представителями правоохранительных органов было уделено вопросу относительно дополнения ч. 4 ст. 214 УПК Украины, которая будет содержать положение о том, что внесение сведений в Единый реестр досудебных расследований и начало расследования будет осуществляться только в случае, если заявления, сообщения содержат достаточные данные об обстоятельствах, которые могут свидетельствовать о совершении уголовного правонарушения. По мнению отдельных депутатов и представителей бизнеса, такое положение может привести к злоупотреблениям и необоснованным отказам во внесении таких сведений в Реестр, ведь терминология "достаточные данные" носит оценочный (субъективный) характер", — объясняет собеседник Delo.ua.

Несмотря на озвученные (и неозвученные) потенциальные риски, "зашитые" в законопроекте, документ в целом направлен на то, чтобы сбалансировать возможности силовых органов и возможности защиты для предотвращения произвола силовиков. Предлагаемые нововведения не дают преимущество ни одной из сторон, но позволяют сделать уголовный процесс боле состязательным.

"Это не значит, что теперь бизнес сможет игнорировать прокуроров и следователей. Если совершено преступление, то дело должно быть доведено до суда. Мы ведь не за то, чтобы не наказывали виновных. Мы за то, чтобы не было злоупотреблений", — объясняет Ефрем Лащук.

Спрогнозировать четко измеряемый результат возможного принятия законопроекта пока очень сложно, говорит эксперт. Срез первых результатов можно будет производить примерно через год после того, как начнет действовать закон. В целом же, уверен собеседник издания, законопроект нужно принимать. Бизнес — "За".