Купил недорого — продал дорого: как работает энергетический арбитраж в Украине и что сдерживает этот рынок

В 2025 году украинский рынок систем накопления энергии (BESS) совершил колоссальный рывок. По данным SolarPower Europe, Украина впервые вошла в пятерку крупнейших рынков накопителей в Европе, введя в эксплуатацию почти 3 ГВтч новых мощностей, а импорт электрических аккумуляторов превысил $1 млрд. Главными катализаторами этого бума стали специальные аукционы "Укрэнерго", запущенные в 2024 году, и в 2024 году.

В технологию уже инвестируют богатейшие украинцы. Ринат Ахметов через "ДТЭК ВИЭ" в партнерстве с американской Fluence вложил 125 млн евро в масштабный комплекс УЗЭ на 400 МВт·час. Холдинг ОККО Виталия Антонова скупает СЭС с системами хранения, а "Новая почта" Вячеслава Климова и Владимира Поперешнюка направила сотни миллионов гривен в собственную энергоавтономию, где батареи выполняют роль надежного "пауэрбанка" для логистической инфраструктуры.

Впрочем, пока большинство крупных игроков используют батареи для подстраховки или долгосрочных контрактов с оператором системы передачи, нераскрытым остается другой потенциал этой технологии — энергетический арбитраж. Это бизнес-модель, построенная чисто на зарабатывании на дневных колебаниях цен. Несмотря на риски и нестабильность, в Украине уже появляются компании, которые пытаются зарабатывать именно на разнице стоимости электроэнергии и даже привлекают под такие проекты инвестиции от населения.

Как сегодня работает арбитраж и сколько можно заработать

Системы накопления энергии (BESS) зарабатывают на арбитраже – разницы между ценой покупки и продажи электроэнергии. В часы низкого спроса батареи накапливают более дешевую электроэнергию, а во время вечерних пиков отдают ее обратно в сеть, когда цена растет. Именно это различие формирует основной доход таких систем.

Украинский рынок сейчас переживает рекордную для себя разницу между дневными и вечерними ценами на электроэнергию и именно она создает возможности для арбитража. По словам трейдерки Джульетты Рагимовой, ежедневная маржа может составить 5–20 тысяч гривен за мегаватт-час, хотя бывают и убыточные дни.

Причина такой маржи – в изменении правил работы рынка. Как объясняет директор направления трейдинга и поставки электроэнергии KNESS Сергей Кравчук, с мая 2026 года Национальная комиссия, осуществляющая государственное регулирование в сферах энергетики и коммунальных услуг (НКРЭКУ), повысила предельные цены на РДН (рынок "на сутки вперед") до 15 тысяч гривен. 17 тысяч, в то время как минимальная цена может опускаться до 10 гривен. Теоретическая ценовая разница на одном мегаватте - более 14 тысяч гривен, средний фактический показатель - 6-9 тысяч.

Почему этот заработок нестабильный

Даже при нынешних ценах высокие прибыли остаются скорее исключением, чем правилом. В феврале 2026 года арбитраж на РДН во много дней был экономически нецелесообразным — ценового разрыва просто не хватало, чтобы покрывать расходы на цикл заряда-разряда, говорит Егор Захарченко, руководитель отдела по работе с ВИЭ, УЗЭ и распределенной генерацией "Д.ТРЕЙДИНГ", который занимается распределенной генерацией. В конце июня того же года ситуация изменилась кардинально: владелец двухчасовой системы накопления энергии мог заработать более 550 евро на каждый 1 МВт ее мощности всего за один день. Сравнение двух периодов указывает, что доходность арбитража зависит не столько от технологии, сколько от сезонности и текущей конъюнктуры рынка. Один и тот же актив может приносить высокий доход летом, но быть экономически невыгодным зимой.

Есть разногласия и в том, сколько раз в сутки реально проводить цикл заряд-разряд. Председатель правления Ассоциации солнечной энергетики Украины Владислав Соколовский считает базовой моделью один цикл в сутки, тогда как два полноценных цикла только на РДН встречаются редко, ведь для этого нужны две пары "дешево-дорого" с достаточной разницей между ценами. Рагимова подтверждает тезис, что провести два цикла в сутки можно только при работе на нескольких сегментах рынка, а не только на РДН.

От чего зависит окупаемость BESS

Единого ответа на вопрос об окупаемости BESS не существует, ведь все зависит от бизнес-модели. По оценкам участников рынка срок окупаемости колеблется от 3 до 10 лет.

По оценке Захарченко, при средних рыночных капитальных затратах до 300 тысяч евро на 1 МВт мощности двухчасовая батарея может окупиться за 3–4 года, но только при условии эффективного управления, то есть работы не только на арбитраже, но и сразу на нескольких сегментах рынка.

Быстрее всего окупаются промышленные BESS и батареи, работающие на рынке вспомогательных услуг: по оценке KNESS, такие проекты возвращают инвестиции за 2,5–3,5 года, тогда как чистый арбитраж — за 3–4 года. Гибридные проекты ВИЭ+УЗЭ демонстрируют окупаемость в пределах 3–5 лет за счет экономии на подключении к сети и снижения штрафов за небаланс на 70–90%.

Соколовский добавил, что наиболее прогнозируемый доход BESS сегодня обеспечивает рынок вспомогательных услуг: победители аукционов Укрэнерго получают пятилетние контракты по фиксированной в евро стоимости. Соответственно, сам по себе арбитраж уже не выглядит лучшей бизнес-моделью для BESS — наиболее прогнозируемый доход обеспечивают долгосрочные контракты, и такие проекты чаще всего интересуют банки и инвесторов.

Какие модели заработка работают лучше арбитража

Практика показывает, что самые большие деньги на украинском рынке BESS сегодня зарабатывают не на арбитраже, а на рынке вспомогательных услуг. KNESS, например, конкретную сумму своих инвестиций не раскрывает, но по собственным данным компании реализовала 140 МВтч мощностей УЗЭ (из них более 80 МВт — в 2025 году именно для вспомогательных услуг Укрэнерго) и на 2026 год запланировала еще около 200 МВт. Среди других победителей спецаукционов Укрэнерго на вспомогательные услуги - "Укргидроэнерго", Cadogan Petroleum, "СЛАВ Групп", "Смарт Трейд Энерджи" и "Инжур Энерджи", хотя суммы их инвестиций ни в одном из открытых источников не фигурируют.

Именно поэтому операторы крупных коммерческих BESS все реже полагаются только на один сегмент рынка. Как объясняет Кравчук, современные системы накопления постоянно переключаются между разными сегментами, максимизируя доход через модель сочетания нескольких источников дохода.

Что сдерживает новые инвестиции

Несмотря на высокую разницу между ценами, масштабирование рынка BESS удерживает ряд системных проблем: многомиллиардные долги на балансирующем рынке, военные риски, дорогостоящее финансирование и дефицит оборудования. Для потенциального инвестора ключевой вопрос сегодня – не возможность заработать, а предполагаемость возврата вложенных средств, поэтому большинство барьеров касаются не технологии, а финансирования и работы рынка.

Относительно необходимости новых стимулов мнения участников рынка разделились. KNESS настаивает на пакете изменений: либерализация прайс-кепов , внедрение механизма отрицательных цен, как в Европе, когда владелец батареи получает доплату за забор избытка энергии из сети в периоды профицита, более жесткая платежная дисциплина на балансирующем рынке из-за спецсчетов, развития корпоративных PPA и MAP и интеграция. Захарченко из ДТЭК, напротив, считает, что инвестиций в УЗЭ уже достаточно, чтобы считать их массовыми, и дополнительные стимулы рынка не нужны, ведь рынок сам себя регулирует, а внимание стоит уделить упрощению процедур подключения гибридных станций СЭС+УЗЕ к сетям.

Как изменится рынок, когда BESS станет больше

Чем больше накопителей будет появляться в системе, тем сильнее они будут сглаживать ценовые пики, а вместе с ними и собственную маржу. Эта тенденция уже видна на рынке солнечной генерации, где все больше новых проектов сразу проектируются вместе с системами накопления энергии.

Для инвесторов это означает, что будущее BESS будет определять уже не простая формула "купил дешево - продал дорого", а способность совмещать несколько источников дохода , эффективно управлять активом и работать с долгосрочными контрактами.