Украинский бизнес отказывается от российского софта: более 60 тысяч пользователей перешли на Master – IT-Enterprise

Что именно вне фронта позволило стране работать и удерживать устойчивость за эти четыре года?

— Вне фронта страну удержали тысячи ежедневных решений. Украинские компании перестраивали логистику, искали новых поставщиков, переносили производства в более безопасные регионы, автоматизировали процессы и учили команды работать по-новому.

Мы сконцентрировались на том, чтобы помочь им оставаться эффективными даже в условиях постоянной турбулентности. Мы внедряли цифровую трансформацию, автоматизировали процессы, заменяли устаревшие и российские программные решения, переводили бизнес на современные ERP-системы (Enterprise Resource Planning – это комплексная программная система для управления и автоматизации основных бизнес-процессов в едином цифровом пространстве – ред.) . Это позволило компаниям работать меньшей командой, быстрее принимать решения, сохранять контроль над финансами, закупками и логистикой. А значит, стабильно работать и платить налоги.

Наша компания IT-Enterprise сотрудничала с предприятиями, имеющими стратегическое значение для экономики и обороны страны. Среди них – ДТЭК, "Укрнафта", "Укрпочта", "Укрзализныця" и "Интерпайп". Показательный кейс – сотрудничество с фондом "Вернись живым". В рамках этого проекта мы оцифровали и автоматизировали внутренние процессы, внедрили ERP-систему, позволяющую в реальном времени отслеживать движение средств и ресурсов. Доноры получили полную картину использования своих вкладов, что существенно усилило доверие и поддержку. За время полномасштабной войны к нам присоединилось 119 новых клиентов. Только за последний год мы работали со 135 компаниями.

Что вашему бизнесу пришлось сменить или выстроить с нуля, чтобы остаться дееспособным в войне?

— С первых дней полномасштабной войны мы для себя приняли принципиальное решение — не говорить о выживании, потому что это шаг назад. Надо было наоборот: перестраивать процессы и трансформироваться.

Стало очевидно, что работать на российском софте не только токсично, но и опасно. Поэтому мы продолжили инвестировать в комплексные решения для торговли. Речь идет не просто об учетной системе, а о полной экосистеме: учет, POS, ПРРО, бухгалтерия, программы лояльности, управление процессами.

Наши продукты линейки Master фактически заменили российское программное обеспечение в медицине, образовании, армии, коммерческом и бюджетном секторах, а также в торговле. Если раньше основной спрос формировали государственные компании из-за санкционных и регуляторных ограничений, то сейчас резко активизировался частный сектор. Большинство ритейла годами пользовались 1С, поэтому запрос на новую среду был огромен. В результате более 60 тысяч пользователей уже перешли на Master. После публикации официальных перечней запрещенного ПО количество обращений еще возросло. Только в январе 2026 года к нам присоединились 44 новые компании.

Мы также понимали, что страна столкнется с нехваткой квалифицированных кадров. Часть людей уехала, часть ушла защищать государство. Поэтому мы инвестировали в создание цифровых двойников процессов моделей, позволяющих автоматизировать управление производством, логистикой, финансами и уменьшить зависимость от ручной работы. Параллельно мы разработали готовые изменения решений, чтобы компании могли быстрее запускаться и не тратить большие бюджеты на долгие внедрения.

Отдельный фокус – управление персоналом. В военное время поддержка людей, прозрачность коммуникаций и контроль действий стали критически важными. Поэтому мы усилили HR-направление и помогаем клиентам цифровизировать управление командами.

Во что вы сознательно инвестировали в условиях войны и какие из этих решений оказались самыми ценными с точки зрения сегодняшнего дня?

— Мы сознательно инвестируем в несколько направлений. Прежде всего, у людей: обучение, развитие, поддержка команды. Для нас важно не только сохранить специалистов, но и дать им возможность расти и чувствовать стабильность.

Второе направление – внутренние процессы. Война сменила формат работы, и мы перестроили его под гибридную модель. Это требовало новых инструментов управления, более четкой координации и большей дисциплины.

Третье – технологии. Компания активно инвестирует в новые решения, в частности, в искусственный интеллект. Сегодня мы одними из первых внедряем AI-агентов и цифровых ассистентов в проекты наших клиентов. Это открывает для бизнеса новый уровень производительности и создает новые возможности роста.

Отдельный фокус – кибербезопасность. Во время войны это критично. Мы усилили защиту систем, прошли международную сертификацию по информационной безопасности, регулярно проводим обучение программистов по безопасному кодированию и осуществляем PEN-тесты — проверки на устойчивость к кибератакам.

Также мы инвестируем в партнерство. Сильная партнерская сеть позволяет эффективно работать в разных регионах и строить долгосрочное доверие с бизнесом.

Какие потери стали для вас самыми болезненными за эти годы? И какой управленческий или человеческий опыт они дали?

— Самыми болезненными потерями для нас всегда остаются люди. Мы теряли друзей и коллег, даже тех, кто не служил на фронте. В первые дни войны пострадали работники на оккупированных территориях. Что касается бизнеса, прямые убытки были минимальны. В первые годы войны, во время трансформации и изменения клиентской базы, некоторые контракты не приносили ожидаемого дохода, но возникали дополнительные затраты на создание надежной инфраструктуры — офисов, систем управления и организации непрерывной работы.

С 2023 года мы активно наращиваем команду, привлекаем больше качественных специалистов. В прошлом году к компании присоединились 137 новых сотрудников, и сейчас общая численность команды составляет около 500 человек, включая команды IT-Enterprise, SmartTender и Master.