Партнеры уже подтвердили почти $20 млрд. Еще $32,6 млрд нужно найти. Это не единственная неопределенность. По меньшей мере, 117,3 млрд грн запланированных доходов зависят от налоговых решений, которые парламент еще не принял. Также никто не может гарантировать, что война в 2027 году не будет стоить больше, чем сейчас заложено в бюджет.

Правительство называет проект бюджета сбалансированным. Формально это верно. Но сбалансированный бюджет не означает, что все записанные в него деньги уже гарантированы.

"Дыра" не в арифметике, а в источниках денег

Официально предельный дефицит бюджета-2027 составляет 1,666 трлн грн. Это около 15% прогнозируемого ВВП. Поэтому распространенное высказывание о «дыре на $37 млрд» не нужно путать с официальным дефицитом. Речь идет о другой проблеме. Часть источников, из которых правительство планирует профинансировать уже планируемые расходы, пока не подтвердили.

Руководитель аналитического департамента Concorde Capital Александр Паращий оценивает потенциально необеспеченную часть бюджета в $36,5 или 37,8 млрд. Основу этой суммы составляют $32,6 или 33,7 млрд. внешнего финансирования. Источники этого финансирования еще предстоит определить. Еще примерно $4 млрд это ожидаемые доходы от налоговых и других решений, которые пока не реализованы. Подобные расчеты Паращий публично обговаривал после появления проекта бюджета. И даже эта оценка может быть не окончательной.

Проблема уже знакома из бюджета 2026 года. Сначала ему не хватало около $19 млрд. финансирования. В течение года возникла гораздо большая дополнительная потребность в обороне.

В то же время, экономистка Центра экономической стратегии Александра Мироненко предостерегает от слишком простых объяснений. Она говорит, что правительство якобы поначалу рассчитывало на уменьшение интенсивности войны. По ее словам, фискальный план уже несколько лет строится по отрицательному сценарию. В ней война длится весь год.

Проблема в другом. Сама война становится дороже. Растут расходы на людей, денежное обеспечение и более технологичное вооружение. Одновременно объем военной помощи партнеров в натуральной форме, то есть оружием, боеприпасами и техникой, не всегда можно точно предсказать. Если партнеры передают меньшее, то Украине прийдется покупать необходимое самостоятельно.

Потому, как отмечает Мироненко, денег, предусмотренных на 2027 год, снова может не хватить. Потребность увеличить оборонные расходы в середине года может повториться.

Почти весь прирост оборонного бюджета пойдет не на новое оружие

На первый взгляд оборонный бюджет существенно растет. В 2027 году ресурс на безопасность и оборону должен составить 4,885 трлн. грн. Это на 517,9 млрд грн больше плана 2026 года с изменениями. Но структура прироста показывает другую картину.

На оплату труда с начислениями запланировано 1,792 трлн. Это на 337,5 млрд грн больше. На вооружение и военную технику предусмотрено 2,299 трлн. Это всего на 1,4 млрд грн больше, чем в действующем плане на 2026 год.

Мироненко объясняет, что дополнительные 337,5 млрд. грн. могут не стать ресурсом для заметного повышения выплат военным. Это могут быть средства, необходимые для поддержания существующего уровня обеспечения. Потребность в собственных закупках оружия будет снова зависеть от того, сколько техники Украина получит от партнеров. То есть даже оборонные цифры бюджета косвенно свидетельствуют, что значительная военная помощь из-за границы будет продолжаться.

Где взять еще десятки миллиардов

Паращий считает, что главным источником закрытия потенциального разрыва снова может стать прямая военная помощь партнеров на $20-40 млрд. Ее напрямую не записывают как бюджетное финансирование. Но здесь возникает своеобразный замкнутый круг. Собственные расходы Украины на закупку оружия почти не растут. Это происходит именно потому, что бюджет фактически рассчитывает и на продолжение внешней военной поддержки.

Существенно компенсировать недостаток простой урезкой гражданских расходов также не получится. По оценке Паращия, это может дать всего $5-6 млрд.

"Украине и партнерам нужно искать новый мегапроект с финансированием", говорит Паращий. По масштабу он должен быть сопоставим с большими международными механизмами. К примеру, с кредитами G7, обеспеченными доходами от замороженных российских активов. Или с европейской программой Ukraine Support Loan.

Внутренний рынок тоже, скорее всего, не спасет бюджет. Правительство планирует привлечь через облигации внутреннего государственного займа 544,4 млрд грн. Это примерно на 125 млрд грн больше, чем было предусмотрено на 2026 год.

Однако Мироненко отмечает, что возможности банков, бизнеса и населения ограничены. Внутренний государственный долг стоит дороже льготного финансирования партнеров. Второй год подряд чистое внутреннее привлечение остается низким или отрицательным. Значительные суммы одновременно уходят на погашение старых долгов. Деньги могут появиться. Но они еще должны поступить вовремя.

Даже если договориться о необходимых $52,6 млрд, этого недостаточно. Бюджету нужны деньги не 31 декабря, а в течение всего года. Транши Международного валютного фонда и макрофинансовая помощь ЕС часто зависят от выполнения Украиной конкретных условий. Если нужный закон не был принят вовремя, транш могут перенести. А зарплаты, пенсии и прочие расходы ждать не могут.

В такой ситуации возникает кассовый разрыв. Некоторое время можно покрывать остатками на казначейских счетах. Но этот ресурс ограничен, объясняет эксперт. Это не просто теоретический риск. В июле 2026 года доходы общего фонда бюджета были на 102,4 млрд грн, или на 38,2% ниже плана. Это произошло главным образом из-за того, что в планируемый срок не поступили 89,7 млрд грн международных грантов.

Паращий относится к таким временным разрывам спокойнее. Если правительство уже видит на горизонте понятный источник денег, можно справиться с задержкой. Значительно сложнее, когда нет ни денег, ни решения, откуда они должны появиться.

Еще 117 млрд грн зависят от налогов, которых пока нет

Внешнее финансирование это лишь половина истории. Аналитики KSE Institute Тарас Маршалок и Дмитрий Андриенко подсчитали, что 117,3 млрд грн или 2,1% запланированных доходов бюджета зависят от налоговых изменений. Их еще нужно принять.

Больше, 58,7 млрд грн, правительство ожидает получить от повышения стандартной ставки НДС. Еще 38,5 млрд грн должно дать продление 50-процентного налога на прибыль банков. 11,8 млрд грн принесут изменения в налогообложении международных посылок. 8,3 млрд грн даст дополнительное повышение акцизов на горючее.

Эксперты KSE говорят, что включение таких доходов в проект бюджета можно считать умеренно приемлемым. Однако это делает прогноз менее осторожным. Если законы начнут действовать позже или Рада не поддержит часть изменений, реальные поступления сократятся.

Есть еще один условный ресурс. Это 64,9 млрд. грн. дополнительных таможенных доходов в специальном фонде. Их можно получить только в случае фактического перевыполнения плана таможней. Если перевыполнения не будет, соответствующих расходов тоже не будет.

Если налоговые решения не будут приняты, проблему нужно будет решать уже в течение года. Придется переносить часть расходов, дополнительно занимать, искать новые источники дохода или снова изменять бюджетный закон.

А если экономика пойдет не так, как планируется?

Правительство составляет бюджет-2027 по сценарию, при котором война продолжается. Он учитывает всего 1,3% реального роста ВВП. Инфляция ожидается около 8%. Средний курс - 47,1 гривны за доллар. Но бюджетные доходы зависят не столько от самого показателя ВВП, сколько от зарплат, потребления, импорта, доходов предприятий и курса гривны.

По анализу KSE Institute импорт и курс имеют большое значение. Таможенные платежи должны дать около 1,17 трлн. грн. Это более пятой части доходов бюджета. Наибольшая неопределенность снова связана с войной. Длительные перебои с энергетикой, новые разрушения предприятий, более слабый экспорт или падение занятости сразу повлияют на несколько налогов.

По оценке правительства, которую привели эксперты KSE, негативный макроэкономический сценарий может снизить налоговые доходы общего фонда сводного бюджета на 140-230 млрд грн. Центральная оценка потерь составляет 185,5 млрд. грн. То есть нынешние $32,6 млрд неподтвержденного международного финансирования это уже видимая проблема, но не обязательно ее окончательный размер.

Если денег не хватит, что сократят?

Простейших вариантов нет. Правительство имеет меньше возможностей для изменений в зарплатах, пенсиях, социальных выплатах и других защищенных обязательствах. Расходы на оборону также останутся в приоритете.

Маневрировать можно в первую очередь затратами, которые можно отложить. Это отдельные капитальные проекты, программы развития и часть программ поддержки бизнеса и аграрного сектора, поясняют в KSE Institute.

В этом есть определенный парадокс бюджета-2027. Правительство хочет почти удвоить поддержку экономики и бизнеса до 96 млрд грн. В частности, планируют увеличить финансирование программы кредитования «5-7-9%», «єОселі» и других программ. Но если внешних денег станет меньше, часть таких гибких программ может быть перенесена. Пенсии, зарплаты или оборонные расходы трогать не должны.

Государственный долг тоже не решает проблему бесконечно. К концу 2027 г. он может достичь 110,4% ВВП. Мироненко не считает эту цифру критичной, потому что значительная часть внешнего долга была получена на льготных условиях. Более важно, что расходы по его обслуживанию постепенно растут и все больше конкурируют с другими расходами бюджета.

Так что главная интрига бюджета 2027 года заключается не только в том, сколько Украина хочет потратить. Вопрос другой. Смогут ли Украина и партнеры в ближайшие месяцы превратить десятки миллиардов, которые есть только в бюджетных расчетах, в реальные источники финансирования?

И если для этого действительно нужен еще один международный механизм масштаба ERA или Ukraine Support Loan, то $32,6 млрд. — это не просто цифра в бюджетной таблице. Это фактически счет, на который пока нет плательщика.