11 октября президент США Дональд Трамп объявил о так называемом энергетическом перемирии между Украиной и Россией . По информации Axios , Белый дом понимает его прежде всего как прекращение взаимных ударов по нефтеперерабатывающим заводам (НПЗ). Однако Киев и Москва не подтвердили достижение такой договоренности. Президент Владимир Зеленский заявил о готовности Украины прекратить атаки на российскую энергетическую инфраструктуру, если Россия прекратит свои удары.

В контексте этой инициативы не совсем понятно, что получает Украина от прекращения атак на НПЗ. Россия имеет крупную нефтеперерабатывающую промышленность, в то время как Украина потеряла большинство своих мощностей еще до полномасштабного вторжения. Из семи предприятий, производивших нефтепродукты после обретения независимости, до начала 2022 года работали всего два. Шебелинский завод остановился 26 февраля из-за угрозы боевых действий, а Кременчугский испытал масштабные российские ракетные удары в апреле того же года. Таким образом, война нанесла разрушительный удар по отрасли, упадок которой начался значительно раньше.

Семь заводов, которые Украина получила в наследство

В начале 1990-х Украина унаследовала от Советского Союза одну из крупнейших нефтеперерабатывающих инфраструктур в регионе. Шесть больших НПЗ работали в Кременчуге, Лисичанске, Одессе, Херсоне, Дрогобыче и Надворной. По данным Национального института стратегических исследований, их совокупная проектная мощность превышала 50 млн. тонн нефти в год. Также работал Шебелинский газоперерабатывающий завод в Харьковской области, перерабатывавший газовый конденсат и нефть и производивший автомобильное горючее. В 2005 году Шебелинское предприятие находилось в правительственном перечне семи нефтеперерабатывающих предприятий, имевших все стадии технологического процесса изготовления нефтепродуктов.

До полномасштабного вторжения большинство этих предприятий уже не работало. В 2005 году остановился Херсонский НПЗ, затем прекратили регулярное производство заводы в Дрогобыче и Надворной. В 2010-х годах перестали стабильно работать Одесский и Лисичанский НПЗ. Отдельные предприятия пытались возобновить производство, но вернуться к постоянной работе у них не получилось.

Советская нефтеперерабатывающая инфраструктура не была приспособлена к новым экономическим условиям. Заводы строили для работы в единой экономической системе СССР, где поставки нефти и сбыт продукции определялись централизованно. После обретения независимости Украина получила предприятия, но потеряла гарантированную поставку дешевого сырья. Поскольку значительная часть нефти поступала из России, экономика украинской переработки зависела от условий российского экспорта.

Как российская нефть стала инструментом влияния

В 1990-х и начале 2000-х украинские НПЗ постепенно переходили в частные руки. Часть предприятий очутилась под контролем российских нефтяных компаний. ТНК-ВР контролировала Лисичанский завод, а "ЛУКойл" – Одесский. У российских инвесторов также были интересы в Кременчуге. На первый взгляд такая модель могла быть выгодной: российские компании имели собственную нефть, а украинские заводы - производственные мощности и доступ к большому рынку горючего.

Однако зависимость от одного направления поставок стала стратегической слабостью. Россия могла изменять условия экспорта сырья, а собственники – решать, на каких предприятиях им выгоднее его перерабатывать. Украинские НПЗ конкурировали не только между собой, но и с заводами России и Беларуси, которые имели более выгодные условия закупки нефти. В частности, Национальный институт стратегических исследований обращал внимание на налоговые и ценовые факторы, ухудшавшие конкурентные позиции украинских перерабатывающих предприятий.

Завозить бензин стало выгоднее, чем производить его в Украине

Нефтепереработка требует регулярных инвестиций в технологии очистки, энергоэффективности и увеличения глубины переработки нефти. Большинство украинских НПЗ были построены еще в советское время и без масштабного обновления их продукция постепенно теряла конкурентоспособность , а производство становилось все дороже. Впрочем, украинские собственники и государство также не обеспечили достаточной модернизации производства.

К примеру, предприятия в Дрогобыче и Надворной не смогли обеспечить стабильный выпуск современного моторного горючего в соответствии с новыми стандартами. Параллельно на украинский рынок поступали бензин и дизель из Беларуси, Литвы, Румынии и других стран. Импортное горючее нередко было дешевле и качественнее продукции старых украинских заводов. Украинские НПЗ теряли покупателей, а сокращение объемов переработки повышало себестоимость продукции.

Как владельцы НПЗ повлияли на упадок отрасли

После обретения независимости украинская нефтепереработка была вынуждена конкурировать с импортом, но и оказалась в непростых условиях регулярных конфликтов между акционерами. А бизнес-решения, которые принимались на заре украинского капитализма, далеко не всегда определяли развитие производства как приоритет.

Показательным примером есть группа "Приват" Игоря Коломойского и Геннадия Боголюбова. В 2000-х годах она получила контроль над Дрогобычским, Надворнянским и Кременчугским НПЗ. Кременчугский завод был крупнейшим и технологически перспективнее двух западноукраинских предприятий. Концентрация переработки на нем могла быть экономически более выгодной, чем одновременная работа трех недозагруженных заводов.

В результате Дрогобычский и Надворнянский НПЗ фактически покинули рынок моторного горючего, а Кременчугский стал главным производственным активом группы. Отдельная история – корпоративный конфликт вокруг "Укртатнафты", оператора Кременчугского НПЗ. После смены контроля над предприятием в 2007 году обострился конфликт с российской "Татнефтью". Впоследствии завод столкнулся с проблемами поставок российской нефти. В то же время, утверждать, что именно приватизация или конкретная бизнес-группа единолично уничтожила украинскую нефтепереработку, было бы упрощением. Важную роль сыграла и государственная политика, не создавшая достаточных стимулов для модернизации отрасли.

До большой войны работали только два завода

В марте 2012 года прекратил переработку нефти Лисичанский НПЗ, контролируемый российско-британской ТНК-ВР. Это было одно из крупнейших предприятий отрасли, способное перерабатывать около 7 млн. тонн нефти в год. Однако владелец объяснял остановку убыточностью переработки. Чистый убыток предприятия в 2012 году составил почти 1 млрд грн против прибыли около 100 млн грн годом ранее. В тот момент большинство других крупных украинских заводов уже не работали на регулярной основе.

Фактически после остановки Лисичанского предприятия Кременчугский остался единственным крупным классическим НПЗ, продолжавшим регулярно производить моторное горючее. Вместе с ним работал гораздо меньший Шебелинский завод. Однако даже Кременчугский НПЗ не использовал полностью свои мощности. В начале 2020-х годов он перерабатывал около 3 млн тонн нефти в год, хотя технические возможности были значительно больше. Ситуация выглядела парадоксально: страна обладала большими законсервированными или остановленными производственными мощностями, но покупала значительную часть горючего за рубежом.

Шебелинка модернизировалась, когда другие закрывались

Отдельное место в истории украинской нефтепереработки занимает Шебелинский завод в Харьковской области. Его традиционно относили к газоперерабатывающей промышленности, поэтому предприятие не попадало в список шести классических крупных НПЗ. Однако завод перерабатывал газовый конденсат и нефть и выпускал автомобильный бензин, дизельное горючее и сжиженный газ. Предприятие входило в государственную группу "Нефтегаз", работало с 1960 года и имело мощность около 500 тыс. тонн сырья в год.

В отличие от большинства крупных украинских НПЗ Шебелинский завод прошел модернизацию в 2015-2018 годах и перешел на выпуск горючего стандарта Евро-5. С 2018 г. его продукция продавалась под брендом Šhebel. По данным "Нефтегаза", в 2021 году предприятие переработало 440,6 тыс. тонн сырья, что составило около 88% его проектной мощности. В частности, оно произвело 130 тыс. тонн автомобильного бензина, 76 тыс. тонн дизельного горючего и 144 тыс. тонн сжиженного газа.

Шебелинский НПЗ был значительно меньше Кременчугского, однако его пример показывал, что украинская нефтепереработка могла развиваться даже в условиях конкуренции с импортом. Предприятие перерабатывало преимущественно украинское сырье, а не зависело от поставок российской нефти. Еще в январе 2022 года завод наращивал объемы переработки : по сравнению с январем 2021 года они увеличились на 4,5% до 44,5 тыс. тонн. Но в феврале 2022 года завод остановился из-за угрозы боевых действий, а его персонал эвакуировали.

Война остановила работу двух последних заводов

После начала полномасштабного вторжения в 2022 году российские войска начали атаковать украинскую нефтяную инфраструктуру . Одной из главных целей ракетных атак стал Кременчугский завод. 2 апреля 2022 года предприятие потерпело масштабный ракетный удар, после которого больше не могло работать в довоенном режиме. В дальнейшем атаки повторялись. К концу июня 2022 года россияне четырежды обстреляли Кременчугский НПЗ, применив в общей сложности 29 ракет.

В ноябре 2022 года государство получило контроль над частной долей "Укртатнафты" , оператора Кременчугского НПЗ. Впоследствии структуру акционеров предприятия уточнили: 43,05% акций принадлежали "Нафтогазу", а остальными корпоративными правами, отчужденными у частных собственников, управляло Министерство обороны. Таким образом, полномасштабная война остановила работу двух предприятий, которые до вторжения обеспечивали основное производство топлива. Однако следует отметить, что кроме семи названных предприятий, в стране существовали меньшие газоперерабатывающие установки и другие производства, информация о текущей работе которых не всегда публична. Впрочем, качество топлива этих установок вызывает дискуссии у специалистов , как и уплата ими налогов. Но и эти предприятия постепенно закрывались из-за российских атак.

Украина осталась с горючим, даже потеряв свои НПЗ

До полномасштабного вторжения значительная часть украинского рынка зависела от горючего из Беларуси и России. В 2021 году из Беларуси поступало около 1 млн. тонн бензина, или 85% всего бензинового импорта. После начала войны это направление фактически исчезло, но Украина смогла заменить поставки импортом из европейских стран. Как отмечают Сергей Куюн и Наталья Курган в исследовании Консалтинговой группы "А-95" , Украина смогла полностью перестроить поставки бензина, заменив белорусские объемы европейскими.

В 2024 году объемы импорта бензина составляли около 1,24 млн. тонн, что примерно соответствовало довоенному уровню, но география поставок принципиально изменилась. Эта модель сохраняется и в 2026 году. За По данным Консалтинговой группы "А-95" , за девять месяцев 2026 года Украина импортировала 4,7 млн тонн дизельного горючего, на 3% больше, чем за аналогичный период предыдущего года. Таким образом, зависимость от российского и белорусского горючего удалось заменить разветвленной системой импорта. Однако это увеличило расходы по логистике и усилило зависимость от работы границ, портов, а также предприятий других стран.

Украина не заинтересована в договоренностях, которые будут предусматривать только прекращение взаимных атак на нефтеперерабатывающую инфраструктуру. В отличие от России, обладающей большой действующей нефтеперерабатывающей промышленностью, к тому же генерирующей весомый процент бюджетных поступлений.