Миллиарды на спасение: как устроен рынок военной медицины в Украине

Delo.ua проанализировало, откуда поступают деньги, кто работает в разных сегментах военной медицины и можно ли говорить о появлении монополистов.

• Рынок без единой кассы
• Аптечки требуют регулярного пополнения
• Производители для фронта: как вырос украинский медицинский бизнес
• Открытые закупки турникетов сконцентрированы вокруг DNIPRO
• От турникета до бронемашины: что показывают открытые цены
• Не только спасение: почему реабилитация становится ключевым сегментом

Рынок без единой кассы

В апреле 2023 года в состав воинской части Командования медицинских сил в Житомирской области поступило почти 30 тысяч американских турникетов SOF. За следующие шесть месяцев военным выдали только 458 из них.

Прямого объяснения этой задержке нет, но сам факт, что распределение ускорилось только после аудита Минобороны — и уже к марту 2024 года подразделения получили почти треть партии — намекает на ответ: проблема была не в недостатке турникетов, а в том, насколько несовершенной и нерегулируемой была сама система их учета и распределения на тот момент войны.

Этот случай — не об единичном сбое, а о состоянии всей военной медицины на раннем этапе войны: изготовить или приобрести качественное средство оказалось не самой сложной задачей. Самым слабым звеном был сам процесс — проверка, учет и доставка уже имеющегося товара в подразделение.

В бюджете-2026 на безопасность и оборону предусмотрено 2,807 трлн грн, а на здравоохранение 258,6 млрд грн. Ни одна из этих сумм не показывает затрат именно на военную медицину. В открытом бюджете нет отдельного консолидированного показателя, охватывающего обеспечение подразделений, лечение в военных и гражданских учреждениях, эвакуацию и реабилитацию.

Для сравнения, в 2021 году на нужды медицинских сил ВСУ планировали 870,6 млн грн, из которых 232 млн грн — на оборудование и медицинские изделия. Это не емкость довоенного рынка, а только один из доступных бюджетных ориентиров.

После 2022 года масштаб закупок воинских частей, местных властей, международных партнеров и благотворительных фондов резко возрос. С 1 января 2026 года централизованные военные закупки сосредоточены в Агентства оборонных закупок ДОТ, но медицинские товары также покупают другие государственные заказчики, больницы и воинские части.

Отдельным потоком остается помощь партнеров. С начала военного положения Украина получила свыше 18 тысяч тонн медицинских грузов стоимостью более 22 млрд грн. Это не оборот рынка: гуманитарные поставки не продажи и предназначаются для всей системы здравоохранения.

Аптечки требуют регулярного пополнения

IFAK или Individual First Aid Kit — индивидуальная аптечка для самопомощи и взаимопомощи при боевом ранении. Ее состав определяет приказ Минобороны №506: два турникета, гемостатические и компрессированные бинты, давящая повязка, окклюзионные наклейки, термоодеяло, перчатки, инструменты и таблетированный набор.

Компоненты используются в ходе боевых действий и учений, аптечки теряются и повреждаются, а стерильные материалы и препараты имеют ограниченный срок годности. После первой помощи требуются ноши, транспорт, препараты крови, инфузионные растворы, антибиотики, анестетики, аппараты ИВЛ и мониторы пациента.

Поэтому военная медицина состоит, по меньшей мере, из трех сегментов: тактических средств, эвакуации и лечения, а также реабилитации. Компании в них могут иметь общие государственные заказчики, но не являются прямыми конкурентами.

Производители для фронта: как вырос украинский медицинский бизнес

Одним из самых заметных изготовителей тактической медицины стала SICH-Ukraine. По данным компании, в 2023 году она изготовила и поставила военным более 500 тысяч турникетов, а по состоянию на сентябрь 2025-го совокупный объем поставок за 10 лет превысил 1,5 млн единиц. Заявленная мощность превышает 100 тысяч турникетов в месяц, но фактического выпуска за 2024-2026 годы предприятие не раскрывало.

Последняя полная сопоставимая отчетность доступна за 2025 год: выручка SICH-Ukraine составила 520,2 млн грн против 10,7 млн грн в 2021-м. Публичное лицо компании — директор Александр Гадомский, дающий интервью о миллионах поставленных турникетов. Но по регистрационным данным основательницей и конечной бенефициарной владелицей ООО "СИЧ Украина" значится Нина Грива: сам Гадомский был владельцем компании только до 2019 года, после чего остался директором.

"ВК Простір" в 2022 году запустила турникет DNIPRO Gen 2 и производит ноши, медицинские сумки и итоги. В 2025 году выручка предприятия выросла на 31% — до 129,8 млн грн. Конечный бенефициарный владелец компании — днепровский предприниматель Владимир Затируха, которому принадлежат все 100% уставного капитала.

Senta Pharm, выпускающая кровоостанавливающие бинты и салфетки, увеличила выручку с 4,5 млн грн в 2021 году до 184,9 млн грн в 2025-м. Единоличный владелец компании — Константин Бондарев.

AV-Pharma производит турникеты PITON-3, бандажи и аптечки. После пиковых 104,9 млн грн. в 2023 году ее выручка сократилась до 31,4 млн грн в 2025-м. Отчетность не объясняет причины падения, поэтому связывать его только с конкуренцией некорректно. Конечными бенефициарными владельцами числятся Алексей Топчий и директор компании Людмила Макарова, которой принадлежит контрольный пакет в 51%.

"Київгума" производит медицинские изделия и комплектует IFAK продукцией разных поставщиков. В 2025 году ее выручка составила 2,08 млрд грн. Однако компания также работает в крупных гражданских сегментах, поэтому этот показатель нельзя приписывать только военным заказам. Формально 60% общества принадлежат зарегистрированному в Литве "Малому предприятию ДМ Балтик", а конечными бенефициарными владельцами числятся украинец Антон Кравец и гражданин Литвы Дайнюс Мазейко.

В госпитальном сегменте "Юрия-Фарм" производит инфузионные растворы, анестетики, антибиотики и системы для инфузий. В 2025 году компания привлекла €15 млн от ЕБРР на расширение производства и сертификации по стандартам ЕС. Конечные бенефициарные владельцы компании — ее многолетний основатель Николай Гуменюк и Наталья Бобок.

Biopharma Plasma производит альбумин, иммуноглобулины и факторы свертывания крови. По данным Единого государственного реестра, ее руководитель и один из конечных бенефициарных владельцев — Константин Ефименко; другой конечный бенефициар — Василий Хмельницкий.

UTAS производит мониторы пациента и аппараты ИВЛ; компания на 100% принадлежит ее директору Леониду Михальскому. Компания BRAMMER выпускает эвакуационные тележки, ноши и волокуши. Конечные бенефициарные владельцы ООО "Браммер" — директор Ирина Коваль, которой принадлежит 70% уставного капитала, и Татьяна Шевченко с долей 30%.

"Автоспецпром" производит санитарные автомобили на импортных шасси. Его конечные бенефициарные владельцы — Артем и Герман Фистали. Формально 75% уставного капитала принадлежит дочернему предприятию "Регион 2002", еще 25% — Артему Фисталю.

Финансовые показатели этих юридических лиц нельзя напрямую сравнивать: они работают в разных сегментах, а отчетность не отделяет военные контракты от гражданских продаж и экспорта.

Открытые закупки турникетов сконцентрированы вокруг DNIPRO

Исследование контрактов в Prozorro за 2022-2025 годы показало концентрацию открытых закупок турникетов вокруг нескольких брендов. Из примерно 45 тысяч изделий в выборке более 60% пришлось на DNIPRO. SICH и американский CAT вместе с ним обеспечили более 80% закупленных турникетов.

В денежном выражении 179 контрактов составили 25,96 млн грн, а средняя цена одного турникета — около 577 грн. DNIPRO поставлялся в среднем дешевле — примерно по 514 грн за единицу.

Эти цифры описывают только открытые закупки, а не весь рынок. В выборку не попали закрытые оборонные контракты, международная помощь, поставки благотворительных фондов, личные покупки военных и турникеты в составе готовых аптечек. Поэтому называть DNIPRO монополистом на основании этих данных некорректно.

С 31 октября 2025 года приказ Минобороны №663 устанавливает минимальные требования к механическим турникетам для сил безопасности и обороны. Для производителей это означает затраты на испытания, документацию и контроль качества — то есть высший барьер входа в государственные закупки.

Отдельный антимонопольный случай в фармацевтике не касается современного рынка турникетов. Решение АМКУ касалось другого юридического лица, двух узких рынков иммуноглобулина и ситуации в 2016 году. Оно не доказывает монопольное положение Biopharma Plasma или какого-либо другого производителя на всем рынке военной медицины в 2026 году.

От турникета до бронемашины: что показывают открытые цены

Разницу между сегментами лучше всего показывает стоимость единицы продукции. Турникет в исследованной выборке Prozorro стоил в среднем около 577 грн. В январе 2026 года военные госпитали получили 50 тысяч гигиенических наборов стоимостью более 26 млн грн, то есть по меньшей мере по 520 грн за набор.

Около 170 млн грн составила ожидаемая стоимость первых торгов на адаптивную одежду для "Пакунку пораненого". По итогам 2025 года Минобороны закупило и организовало поставки более 600 тысяч предметов такой одежды. Ожидаемую стоимость торгов нельзя считать автоматически окончательной ценой всей поставленной партии.

Гораздо большие чеки имеют эвакуационный сегмент. За средства UNITED24 в 2025 году приобрели 30 бронированных медицинских автомобилей за 347,8 млн грн или примерно по 11,6 млн грн за машину. Транспорт имеет бронезащиту, медицинский отсек и крепеж для дефибриллятора, аппарата ИВЛ, монитора пациента, кислородного концентратора и систем спутниковой связи. Первые 13 автомобилей передали военным медикам в июне 2026 года.

Турникеты по исследованной выборке, гигиенические наборы и бронированные автомобили составляют около 400 млн грн. Это закупки за разные годы, а не оценка годового рынка. В сумму не входят закрытые контракты, готовые аптечки, препараты для госпиталей, оборудование, закупки воинских частей и большинство международной помощи.

Массовые расходные материалы формируют регулярный спрос, но пользуются относительно небольшой чек на единицу. Эвакуационный транспорт и реанимационное оборудование нуждаются в значительно большем капитале, более сложных технологиях и часто зависят от импорта. Производители в этих сегментах работают с разными производственными циклами, маржинальностью и потребностью в финансировании.

Не только спасение: почему реабилитация становится ключевым сегментом

Украинские предприятия уже серийно производят массовые компоненты тактической медицины, препараты плазмы, инфузионные растворы, отдельное оборудование и эвакуационный транспорт. Однако открытые данные не позволяют определить долю украинской добавленной стоимости или импорта. Часть сырья, комплектующих, сложного диагностического, хирургического и реанимационного оборудования поступает из-за границы или через донорские программы.

Спрос постепенно расширяется от спасения на поле боя до продолжительного восстановления. В 2025 году реабилитацию в заведениях Минобороны прошли более 33 тысяч военнослужащих. По состоянию на 13 июля 2026 года 6945 украинцев, преимущественно военных и ветеранов, получили лечение или реабилитацию в 33 странах по программе Medevac Ukraine.

Еще €100 млн пять стран-союзниц направляют через механизмы НАТО на модернизацию пяти военных реабилитационных центров в рамках программы Renovator. Это создает потенциальный спрос на реабилитационное и диагностическое оборудование, инженерные роботы, цифровые системы и медицинские услуги. В то же время, перечень поставщиков и распределение средств по контрактам публично не раскрыты.

После 2022 Украина значительно расширила собственное производство для военной медицины. Следующий этап будет зависеть от прогнозируемых контрактов, доступа предприятий к оборотному капиталу, подтвержденного качества и локализации более сложных технологий. Для государства главной задачей остается превратить закупленные изделия и имеющиеся мощности в непрерывный маршрут помощи — от аптечки в подразделении до лечения и реабилитации раненого.