На каких инвестиционных решениях теряли больше всего денег известные украинские бизнесмены, предприниматели и инвесторы

В подборку вошли кейсы от: Ивана Компана, Артема Щербины, Петра Чернышева, Андрея Длигача, Сергея Фурсы, Александра Колба, Тимофея Милованова, Андрея Журжия, Любомира Остапива, Дмитрия Карпиловского, Павла Бойко, Андрея Горохова, Дмитрия Богодухова, Романа Кушнира, Дениса Сычкова.

• Иван Компан
• Артем Щербина
• Петр Чернышев
• Андрей Длигач
• Сергей Фурса
• Александр Колб
• Тимофей Милованов
• Андрей Журжий
• Любомир Остапив
• Дмитрий Карпиловский
• Павел Бойко
• Андрей Горохов
• Дмитрий Богодухов
• Роман Кушнир
• Денис Сычков

Иван Компан

Иван Компан — международный консультант по корпоративным финансам, соучредитель First Kyiv Investment Club, преподаватель Эдинбургской бизнес-школы

— Я очень сожалею, что не продал в 2007 году недвижимое имущество, которое у меня есть в Украине. Все имущество. Полностью. Очень сожалею. Этот урок меня научил быть очень аккуратным с недвижимостью. Полностью отбил охоту инвестировать в недвижимость. Я, конечно, не потерял, но недополучил. Если сравнивать с сегодняшним днем, то квартиры тогда стоили вчетверо дороже.

Но ничего уже не поделаешь. Никто не мог знать, что эти три-четыре года в середине нулевых окажутся лучшими за всю историю украинской экономики.

Кроме того, в 2000-м году, во время кризиса "доткомов" я, как и многие другие инвесторы, соблазнился какими-то популярными активами, например, приобрел акции компании Global Crossing, которая тогда была "звездой", но со временем обанкротилась.

А еще в свое время приобрел акции компании Cisco. Она и сейчас на рынке, это хорошая компания. Но цена, по которой торговались ее акции в начале 2000-х, была намного выше, чем сейчас. За 24 года цена ни разу не вернулась к уровню 2000 года.

Но потери должны вас чему-то научить. Торговля ценными бумагами учит нас "не посылать хорошие деньги за плохими". Если вы видите, что уже теряете на каком-то активе, не нужно вкладывать туда дополнительные деньги, пытаясь спасти убыточную инвестицию. Надо отрезать, забыть и искать новые возможности. Иначе потеряете еще больше.

Артем Щербина

Артем Щербина — директор по инвестициям, глава офиса R&D инвестиционно-банковской компании Capital Times

— Основные потери были в начале карьеры. Это был 2009 год, период восстановления после глобального финансового кризиса, когда рынки начинали снова расти. Тогда я фокусировался на украинских активах. В то время своего капитала еще не было, поэтому я обратился к родителям. Мама дала мне небольшую сумму, и мы неплохо заработали. В тот период безумно росли в цене акции "Мотор Сичи", "Азовстали", "Укрнефти". Так, например, несмотря на корпоративный конфликт государства с Игорем Коломойским как акционером "Укрнафты", акции компании дорожали почти на 100% ежемесячно. Это была безумная динамика — там тяжело было не заработать.

На этом фоне я попросил у отца денег для инвестиций. И отец дал мне 100 тысяч гривен — на то время это был эквивалент 12 тысяч долларов. И когда я вложился в рынок на этапе роста, со временем он перестал расти. Это была моя самая большая потеря. Эти деньги не были потеряны полностью. Но эмоционально это была самая большая потеря. И это был лучший урок, который можно было получить в том возрасте. И очень плохо, когда подобные случаи возникают у людей, уже имеющих семьи. Это означает, что у вас что-то не так с финансовой грамотностью.

Петр Чернышев

Петр Чернышев — руководил компаниями Kyivstar и Carlsberg в Украине, а ныне — глава наблюдательного совета Киевского авиационного института

— Самая большая моя потеря — несколько сотен тысяч евро — была следствием инвестиции в немецкую компанию, которая занималась реконструкцией исторических зданий в Германии под жилые квартиры. Владельцы компании, вероятно, оказались мошенниками. Некоторые инвесторы потеряли миллионы евро. В настоящее время продолжаются судебные разбирательства. Все это очень грустно. Меня этот случай многому научил. Произошла эта потеря в 2019 году.

Андрей Длигач

Андрей Длигач — основатель группы компаний Advanter Group и международного бизнес-сообщества Board, соучредитель Центра экономического восстановления

— Из последнего — большой проект, который мы придумали вместе с моим другом, по производству альтернативных молочных продуктов на протеинах. Нашли единомышленника среди производителей молочной продукции — компанию "Дживальдис" Олега Захаряна. Параллельно с развитием этого проекта решили заработать деньги на создании традиционных молочных продуктов.

С учетом того, что рынок традиционных молочных продуктов перенасыщен, мы решили реализовать идею брендовых продуктов. Моя команда проинвестировала в создание бренда "Mimimilk", совершенно иного с точки зрения маркетинга. Мы быстро запустили этот проект в начале полномасштабной агрессии России против Украины, хотя готовили его заранее. Проект взлетел, продажи быстро вышли на уровень сотен миллионов гривен. И в тот момент, когда проект оказался коммерчески успешным, производственный партнёр решил, что дальше он сможет без нас. И все наши инвестиции фактически обнулились. Это десятки миллионов гривен потерь и миллиарды гривен утраченных оборотов.

Почему так вышло? Потому что мой товарищ, с которым мы вместе реализовывали этот проект с нашей стороны, считал, что главное поддерживать диалог и активные производственные отношения с партнером. И это, казалось бы, является гарантией партнерства. Но действительно гарантией партнерства является правильная юридическая форма и ваш постоянный контроль. Как только вы позволяете кому-то контролировать ключевую точку проекта, вы проиграли. Контроль должен быть над юридическим голосованием, над торговыми марками и т.д. Если вы не можете этого делать, не входите в бизнес, который вы не контролируете.

Сергей Фурса

Сергей Фурса — заместитель директора по торговле ценными бумагами инвесткомпании Dragon Capital

— В 2011 году американский фондовый рынок упал, а потом начал расти, и я решил, что в Украине будет то же самое. Я купил фьючерс на Украинскую биржу. А сейчас… нет ни Украинской биржи, ни фьючерса, ни средств. Это были значительные средства, больше 10 тысяч долларов. Это произошло из-за жадности. Сначала ты вкладываешься, потом на падающем рынке не смотря ни на что стараешься сохранить свои позиции, и теряешь еще больше. Это пример ошибочной инвестиции.

Один из выводов из этой истории состоит в том, что необходимо вовремя признавать свои ошибки и идти дальше, а не пытаться хвататься за ошибки, усугубляя их.

Жадность, неготовность признавать ошибки и безапелляционная убежденность в собственной правоте — основные ошибки, которых должен избегать инвестор.

Александр Колб

Александр Колб — соучредитель украинского синдиката частных инвесторов Toloka.vc, основатель и гендиректор агентства диджитал-маркетинга Promodo, соучредитель харьковского IT-кластера

— Когда-то мы реализовали один проект, который, мне казалось, был очень полезным, но мы не исследовали рынок конкурентов, не сделали NVP (продукт с минимальным функционалом, который можно дать пользователям для использования — Ред.), не определили, чего мы хотим достичь и в какие сроки, не просчитали, сколько это нам будет стоить. Мы разработали CMS-систему — платформу, на которой делаются сайты, назвали ее Promodo CMS, инвестировали несколько десятков тысяч долларов и думали, что этот продукт нужен.

Спасибо IT-директору, который в то время работал с нами — через полгода от старта проекта он сказал, что продукт не развивается, никому не нужен, мы просто теряем ресурсы, поэтому нужно проект закрывать. И мы его закрыли. Это был первый урок: прежде чем что-либо делать, проведите исследования конкурентов, посмотрите, есть ли на рынке схожие продукты, определите основные этапы разработки. Таких примеров, к сожалению, очень много.

Тимофей Милованов

Тимофей Милованов — президент Киевской школы экономики, ассоциированный профессор экономики Питтсбургского университета, экс-министр развития экономики, торговли и сельского хозяйства Украины

— Я теряю, как и все, когда падает американский рынок. Вот, например, с начала года потерял 20% стоимости своих активов в результате тарифной политики Дональда Трампа. Но за прошлый год я заработал 20%. Поэтому нужно иметь немного философскую перспективу для этого. Потому что потеря 20% того, что я накопил за 20 лет, это много, когда ты понимаешь, что это квартира или две. Нужно иметь некую "толстую кожу", чтобы на это не реагировать и не паниковать.

Андрей Журжий

Андрей Журжий — предприниматель и инвестор, юрист, основатель и CEO инвестиционной REIT-компании Inzhur

— У меня есть отличный опыт ориентировочно на 12 миллионов евро ущерба от инвестиций в медицинский каннабис в Европе. Мы были одними из первых, кто стал интересоваться этой темой. В 2019-м получили лицензию на выращивание медицинского каннабиса, построили R&D площадку, собрали команду, имели поставки даже на немецкий рынок. Но все равно не смогли выйти в точку "ноль".

Большую негативную роль сыграла война, потому что мы должны были строить как раз в 2022 году. Третьего февраля, кажется, подписали большой договор на строительство завода на 6 тысяч квадратных метров. Итак, мой самый большой факап — это 12 миллионов евро.

Мой личный вывод из этого кейса — нужно концентрироваться на том, где у тебя есть экспертиза и чему можешь уделять много времени. Потому что так или иначе, особенно на ранних стадиях, роль фаундера важна и даже решающая. Если фаундер не может быть полностью задействован на начальных стадиях, то с большой вероятностью может быть плохой конец. Итак — личное включение и максимум внимания.

Любомир Остапив

Любомир Остапив — финансист, предприниматель, общественный деятель, популяризатор финансовой грамотности, основатель образовательного проекта "Семейный бюджет"

— В свое время, начитавшись правильной инвестиционной литературы, я инвестировал на украинском рынке акций. Во время кризиса 2008-2009 годов я не паниковал. Но я не вышел из украинских акций в 2010 году, когда на выборах президента победил Виктор Янукович. Мой инвестиционный портфель состоял из акций таких компаний как Авдеевский коксохимический завод, Алчевский металлургический комбинат, Укрнефть, Мотор Сич.

В то время как мировые рынки в период с 2009 по 2015 годы существенно восстановились, украинский рынок в тот период фактически впал в кому. Соответственно, я потерял не только на падении акций, но еще и на девальвациюигривны, когда началась первая фаза войны в 2014 году.

Общие потери, если сосчитать с курсовыми разницами, составили более 30 тысяч долларов. Это был болезненный опыт, когда политические риски и несовершенство системы ударили по правильным принципам инвестирования. Ибо с точки зрения принципов инвестирования я делал все правильно, долгосрочно. Но никто тогда не мог подумать, что все на украинском рынке упадет в цене, некоторые компании вообще уйдут с рынка, а гривна девальвирует в разы.

Дмитрий Карпиловский

Дмитрий Карпиловский — основатель и управляющий партнер инвестиционного сообщества "УкрИнвестКлуб"

— У меня как инвестора агрессивного, высокорискового, отрицательных кейсов миллион. И это для моей стратегии нормально. Я ежемесячно теряю деньги в инвестициях. И каждый месяц в других инвестициях зарабатываю. Я когда-то подсчитал: в неудачных инвестициях потерял около двух миллионов долларов. Но это просто путь. Путь рискового инвестора – он таков. Часть сделок, к сожалению, проваливается. Главное, чтобы непровалившиеся соглашения своей доходностью перекрывали менее удачные. У меня это пока что получается.

Если говорить о каких-то фантастически неуспешных соглашениях — на сегодняшний день это была попытка инвестировать в экспорт аграрной продукции. Я там потерял около полумиллиона долларов.

В криптовалюте были такие сделки, которые меня «минуснули» на сотни тысяч долларов.

В реальном секторе очень убыточных сделок я не припомню. Но сделок, где я терял от 10 до 100 тысяч долларов, у меня было десятки. Но ведь сделок, где я заработал десятки или сотни тысяч долларов, тоже много.

Павел Бойко

Павел Бойко — бизнесмен, инвестиционный консультант, частный инвестор, основатель Gonzo Invest

— Я потерял около 350 тысяч долларов из-за чрезмерной самоуверенности. До 30 лет я прошел профессиональный путь от продавца до руководителя сетью супермаркетов. У меня были собственные бизнесы, я создавал лидеров рынка в Украине. Потом у меня все получалось на фондовом рынке. И в какой-то момент я решил создать бизнес, который я смогу масштабировать на западных рынках. Я открыл фэшн-магазины с бижутерией, очками, сумками в столичных торговых центрах — River Mall и Blockbuster.

У меня был расчет: я разбираюсь в ритейле, люблю моду, у меня жена дизайнер — поэтому есть все факторы будущего успеха. Но я не учел тот факт, что не "горю" этим делом. Я не буду, условно, сидеть на улицах Парижа и изучать, кто в какой одежде ходит, как это делал владелец холдинга Inditex, которому принадлежит бренд Zara. Плюс — у меня не было большой экспертности в сфере фэшн.

К некоторым моим ошибкам добавился эффект от пандемии коронавируса. А дальше — война. Мои мечты о том, что я отработаю процесс на Киеве, потом — в регионах, а потом — в Варшаве и Париже, остались мечтами. Я решил, что у меня есть супер эффективный фондовый рынок, я этим горю, и закрыл этот проект, понес убытки и забыл о нем.

Андрей Горохов

Андрей Горохов — генеральный директор инвесткомпании umgi, работающей по модели private equity и специализирующейся на сотрудничестве со средним бизнесом, фокусируясь на Европейских рынках

— Когда-то я исследовал инвестиционный проект, который позволил бы загрузить мощности производителей электроэнергии, в том числе в майнинг криптовалют. В результате мы отказались от этой идеи. Но я проинвестировал определенную сумму собственных средств в крипту, не понимая достаточно этот рынок. Со временем наступила так называемая криптозима, когда цены на криптовалюту упали. Мне это стало не очень интересно и я продал крипту, получив убыток в несколько десятков тысяч долларов. Впоследствии цены на криптовалюту выросли. И сейчас, например, биткоин стоит около 110 тысяч долларов. Я выходил из него, когда он стоил 5 тысяч долларов.

Позже я проинвестировал в то, в чем разбираюсь, в нумизматику, и благодаря правильным инвестициям компенсировал свои потери на криптовалюте. Но этот кейс еще раз подтвердил правило, что инвестиции в актив, который я не понимаю, это фактически игра в казино.

Ну и конечно нужно диверсифицировать инвестиции.

Дмитрий Богодухов

Дмитрий Богодухов — основатель и руководитель группы компаний AccessFinance, специализирующейся на финансовых услугах, включая кредитование и лизинг для физических лиц и бизнеса

— Наибольшие убытки мы понесли, когда развивали новое направление — работу с крупными торговыми сетями. Инвестировали туда десятки тысяч долларов, но результат не оправдал ожиданий. Условия сотрудничества оказались настолько жесткими, что выйти на прибыль было очень сложно.

Еще один важный урок мы извлекли при выдаче кредитов частным клиентам, которые покупали гаджеты в партнерских сетях. Решения необходимо было принимать в считанные минуты, без глубокой проверки. За неимением опыта мы не умели вовремя распознавать мошенников и как следствие потеряли десятки тысяч долларов — долги просто не вернули.

Теперь все иначе. Опыт научил действовать более осторожно, устанавливать четкие критерии отбора и не спешить там, где цена ошибки слишком высока.

Роман Кушнир

Роман Кушнир — инвестор, финансовый эксперт, основатель компании Агро ЭТФ

— Я потерял деньги не из-за "плохих" инвестиций, а из-за доверия не тем людям. Речь, конечно, не о миллионах. Суммы — по 10-30 тысяч долларов за каждую сделку. Но таких примеров у меня десятки. К примеру, вложил в стартап знакомого, но со временем он перестал им заниматься. Впоследствии выяснилось, что он состоит на учете в психоневрологическом диспансере. Проект замер, а деньги вернуть уже невозможно.

Другой случай — инвестиции в товары из Китая, тогда партнер не выполнил своих обязательств. Или еще история с Amazon, когда я вложил деньги, а партнер пропал без объяснений. Было много ситуаций, когда люди нарушали договоренности, разрывали договоры или не придерживались взятых на себя обязанностей.

Денис Сычков

Денис Сычков — принципал Horizon Capital, ведущей инвестиционной компании в Центрально-Восточной Европе

— Примерно треть своих активов я алоцирую в публичные бумаги. Из этой трети 80% — это длинные позиции, в которые я проинвестировал и держу долго. 20% — более короткие позиции, которые я могу активно торговать. Обычно это давало мне дополнительно плюс 7-12% рынка.

Но в апреле 2025 года я зашел в инвестицию с большим левериджем, чем обычно себе позволяю. Взял на себя больший риск по украинским бумагам — Ferrexpo, Астарта. В результате на падающем рынке за месяц я потерял около 40% стоимости портфеля. Когда инвестируешь на публичном рынке, нужно быть к этому готовым.